Производство
химической продукции
в России
Обратный звонок
Заявка на продукт
EN
  • Главная
  • Прения ТОМЕТ по гражданскому иску Уралхим

Прения ТОМЕТ по гражданскому иску Уралхим

Выступление представителей ООО «Томет» в судебных прениях по делу №1-1/2019 



Введение

Ваша честь, уважаемые участники судебного разбирательства и присутствующие в зале судебного заседания!

Выступившие перед представителями гражданского ответчика ООО «Томет» представители потерпевшего ПАО «Тольяттиазот» убедительно обосновали перед судом и отсутствие события преступления, и совершеннейшую неубедительность, и многочисленные дефекты собранных по делу доказательств. Мы полностью разделяем приведенные представителями потерпевшего ПАО «Тольяттиазот» доводы и считаем, что по делу должен быть вынесен оправдательный приговор, а в удовлетворении гражданского иска должно быть отказано в полном объеме.

Уверены, что не менее убедительная позиция в обоснование отсутствия преступления, невиновности обвиняемых по данному уголовному делу лиц и необоснованности гражданского иска прозвучит и от защитников.

Мы считаем, что единственной и реальной целью инициирования уголовного преследования в отношении подсудимых и заявления гражданско-правовых требований к гражданским ответчикам является вовсе не защита нарушенных прав и возмещение вреда. За вуалью жертвы предполагаемого преступления несложно угадываются подозрительно знакомые из 90-х черты. На наш взгляд, такие портретные штрихи скорее присущи тому, кто без разбора и всеми средствами агрессивно поглощает любые экономически успешные предприятия, так как без этого в рамках своей управленческой политики уже давно не может не только развиваться, но и просто выживать.

Не считаем, что цели АО «ОХК «УРАЛХИМ» при разрешении данного уголовного дела всерьез совпадают с установленными уголовным и процессуальным законом России –такими как охрана собственности, защита нарушенных прав и законных интересов, укрепление законности и правопорядка, формирование уважительного отношения к закону и суду.

Считаем, что единственной целью всей работы по настоящему уголовному делу, в которую оказались вовлечены на протяжении последних семи лет многочисленные правоохранительные органы, суды, эксперты, специалисты, переводчики, органы юстиции России и немалого числа иностранных государств, не говоря уже о нескольких сотнях допрошенных свидетелей и более чем пяти тысячах сотрудников ПАО «Тольяттиазот», ООО «Томет», ПАО «Трансаммиак» и длинного перечня других предприятий и организаций, является получение судебного акта об удовлетворении гражданского иска АО «ОХК «УРАЛХИМ».

Хотя гражданский иск довольно скупо описан в уголовно-процессуальном законе РФ и явно не отнесен законодателем к центральным вопросам уголовного производства, именно ему была уделена очень значительная доля стараний гражданского истца, и именно его обоснованием звучало по большей части выступление АО «ОХК «УРАЛХИМ» в судебных прениях.

Следует напомнить, что за годы существования данного уголовного дела гражданский иск непрерывно раздувался, в ход для этого шли совершенно любые аргументы.

Представляется, что главным фактором, определявшим пригодность той или иной правовой нормы как аргумента в очередной редакции гражданского иска, являлось наличие в ней хотя бы одного или двух слов, связанных с ответственностью кого-либо перед кем-либо. Такие аспекты, как применимость нормы к конкретным правоотношениям, обоснованность получившегося таким нехитрым путем довода или хотя бы действие положения закона в соответствующий период времени, намеренно оставлялись за кадром.

В результате гражданский иск АО «ОХК «УРАЛХИМ» преподносит немалое количество позиций, которые можно охарактеризовать как радикальные и при том весьма сомнительные правовые новеллы. Среди совершенно новых для российского закона правовых институтов, вводимых АО «ОХК «УРАЛХИМ», выделяются право собственности акционера на выпущенную акционерным обществом продукцию и право акционера на получение дивидендов в им самим произвольно определенном размере, причем независимо от решений органов общества по этому вопросу. АО «ОХК «УРАЛХИМ» впервые внедрен институт так называемой экономической собственности на акции, возникшей у него из доверенности от настоящего собственника акций и означающий то же самое. Сделки репо по своим целям и правовому содержанию признаны залогом. На стыке уголовного и гражданского права АО «ОХК «УРАЛХИМ» привнесена крайне новаторская идея о солидарной ответственности орудия преступления и обвиняемого как сопричинителей вреда.

В первоначальной редакции исковое заявление АО «ОХК «УРАЛХИМ» содержало требования только от одного АО «ОХК «УРАЛХИМ» в общем размере 1 646 336 983,62 рублей, адресованные 15 гражданским ответчикам. Следующая редакция искового заявления включила уже 20 ответчиков, а размер требований увеличился на 302 483 033 рублей. В дальнейшем число ответчиков выросло до 23, а размер требований – уже до 3 823 500 401,13 рублей. Очередная редакция гражданского иска содержала 25 гражданских ответчиков, а сумма требований АО «ОХК «УРАЛХИМ» от собственного имени достигла своей текущей величины – 10 439 159 177,62 рублей, из которых примерно треть составляют проценты за пользование чужими денежными средствами.

Достигнув того предела, после которого увеличивать далее собственные требования стало решительно невозможно, а размер получившихся требований все еще был недостаточен для решения поставленных задач, АО «ОХК «УРАЛХИМ» применил уже описанный ранее механизм правового новаторства. Результатом явился новый гражданский иск от имени ПАО «Тольяттиазот» на сумму, в 8 раз большую собственного иска АО «ОХК «УРАЛХИМ» и в 51 раз превосходящую первоначальное требование, в отсутствие права на его заявление и против лиц, заявление требований к которым закон даже не предусматривает.

Ваша честь, Вам предлагается посредством удовлетворения вопиюще необоснованного, противоречащего и закону, и разумной логике, скомпонованного из одних только соображений внешней убедительности гражданского иска разрешить стоящую, по нашему мнению, перед АО «ОХК «УРАЛХИМ» задачу: завладеть компаниями ООО «Томет», ПАО «Тольяттиазот» и ПАО «Трансаммиак».

Однако мы убеждены в том, что такая цель миноритарного акционера не может быть достигнута в настоящем процессе, поскольку судебная власть в Российской Федерации является справедливой, независимой и не подверженной никакому влиянию.

В своем выступлении в судебных прениях мы дадим оценку требованиям гражданского истца АО «ОХК «УРАЛХИМ» и докажем его полную несостоятельность.

Анализ исковых требований

Итак, по настоящему уголовному делу к компаниям ООО Томет, Bairiki Inc., Kamara Ltd., Instantania Holdings Ltd., Trafalgar Development Ltd., MAXIM INVEST & FINANCE INC, Ameropa AG, Ameropa Holding AG, Arodoet Enterprises Limited, Kizzie Consulting Limited, Farodot Consulting Limited, Florenta Management Limitted, Evanda Holdings Limited, TRIUMPH DEVELOPMENT LIMITED, а также к Махлаю В.Н., Махлаю С.В., Циви А., Королеву Е.А., Рупрехту-Ведемайеру Б. был заявлен гражданский иск о возмещении вреда, причиненного преступлением, в порядке ст.44 УПК РФ на общую сумму 88 506 969 730 руб. 70 коп. Иск заявлен в пользу АО  «ОХК «УРАЛХИМ» - 10 439 159 177,62 руб.; в пользу ПАО «Тольяттиазот» - 78 067 810 553,08 руб.

 

Исковые требования АО «ОХК «УРАЛХИМ», заявленные от собственного имени, содержат следующие составные части:

1.        Доля АО «ОХК «УРАЛХИМ», рассчитанная специалистом Семеновой, в гипотетической выручке ОАО «Тольяттиазот», рассчитанной экспертами Семилютиной и Валентеем (т.е. не в фактической выручке ОАО «Тольяттиазот», а в ее величине, предполагаемой экспертами), от реализации продукции в пользу компании «Nitrochem Distribution AG», исчисляемая пропорционально размеру доли акций АО «ОХК «УРАЛХИМ» в общем числе акций ОАО «Тольяттиазот» – 6 913 665 844,26 ₽.

Истец именует данную часть «недополученная прибыль ОАО «Тольяттиазот», «утраченные дивиденды», «доля АО «ОХК «УРАЛХИМ» в общей рыночной цене реализованной продукции».

Истец указывает, что выплаты, составляющие данную сумму, должны были быть произведены в его пользу в даты, составляющие «крайний срок выплаты дивидендов» акционерам ОАО «Тольяттиазот» за 2008-2011 в соответствии с положениями статьи 42 Федерального закона «Об акционерных обществах» в применимой редакции и уставом ОАО «Тольяттиазот».

2.        Проценты за пользование чужими денежными средствами (ст.395 ГК РФ), начисляемые на размер доли АО «ОХК «УРАЛХИМ» в рассчитанной экспертами Семилютиной и Валентеем гипотетической выручке ОАО «Тольяттиазот» за 2008-2011 года. Срок начисления процентов исчисляется за период с даты окончания предельного срока выплаты ОАО «Тольяттиазот» дивидендов за соответствующий год по произвольно выбранную дату 24.07.2017 – 3 525 493 333,36 ₽.

Оставим за рамками тот факт, что выручку от реализации продукции ОАО «Тольяттиазот» представители государственного обвинения полагают средствами, предназначенными для финансирования преступной деятельности, что наделяет притязания на долю в ней своего рода символизмом.

Изложенные АО «ОХК «УРАЛХИМ» доводы представляют собой неразделимое сплетение никак не сочетаемых между собой понятий и оснований. Одни и те же денежные средства парадоксальным образом охарактеризованы сразу и как выручка ОАО «Тольяттиазот», и как прибыль ОАО «Тольяттиазот», и как дивиденды в пользу АО «ОХК «УРАЛХИМ», и даже как непостижимая с правовой точки зрения доля одного акционерного общества в выручке другого.

Проценты за пользование чужими денежными средствами рассчитываются истцом на всю сумму взятой из заключения специалиста Семеновой расчетной величины доли АО «ОХК «УРАЛХИМ» в гипотетической выручке ОАО «Тольяттиазот», которая именуется при этом, причем вопреки содержанию собственно заключения специалиста Семеновой, отсутствующим в российском законодательстве любого периода «утраченными дивидендами».

Исковые требования АО «ОХК «УРАЛХИМ», заявленные от имени ПАО «Тольяттиазот», вычислены гражданским истцом как разность двух величин:

·         Из общей суммы якобы нанесенного ПАО «Тольяттиазот» совершенным обвиняемыми преступлением ущерба, принятой АО «ОХК «УРАЛХИМ» равной общей рыночной цене продукции ОАО «Тольяттиазот», реализованной компании «Nitrochem Distribution AG» в период 2008-2011 г.г. – 84 981 476 397,34 ₽;

·         вычитается доля АО «ОХК «УРАЛХИМ», рассчитанная специалистом Семеновой, в гипотетической выручке ОАО «Тольяттиазот», рассчитанной экспертами Семилютиной и Валентеем – 6 913 665 844,26 ₽.

Такая методика расчета очевидно некорректна и противоречит фактическим обстоятельствам. Также, АО «ОХК «УРАЛХИМ» целенаправленно смешивает правовые подходы к этому расчету с целью в очередной раз наделить заявленные им требования свойством внешней убедительности.

В своем гражданском иске АО «ОХК «УРАЛХИМ» прямо указывает: «Как было указано выше, следственными органами было установлено, что в результате совершенного обвиняемыми преступления ПАО «Тольяттиазот» был нанесен ущерб на общую сумму 84 981 476 397 рублей 34 копейки, а с учетом поданного гражданского иска АО «ОХК «УРАЛХИМ» сумма ущерба для ПАО «Тольяттиазот» составляет 78 067 810 553,08 рублей».

То есть, в одном абзаце АО «ОХК «УРАЛХИМ» указывает два различных значения одной и той же величины, тем самым приводя два взаимоисключающих с правой и логической точек зрения тезиса:

1)      Ущерб причинен ПАО «Тольяттиазот» в размере 84 981 476 397,34 ₽ - общего размера гипотетической выручки, рассчитанной экспертами Семилютиной и Валентеем, от реализации всей якобы похищенной продукции, что составляет 100% ущерба.

2)      Ущерб причинен ПАО «Тольяттиазот» в размере 78 067 810 553,08 ₽ - в связи с тем, что сумма из пункта 1 выше подлежит уменьшению на сумму 6 913 665 844,26 ₽, составляющую долю АО «ОХК «УРАЛХИМ», рассчитанную специалистом Семеновой, в гипотетической выручке ОАО «Тольяттиазот», рассчитанной экспертами Семилютиной и Валентеем.

 

Предложенное истцом обоснование своего права на обращение с гражданским иском к определенному им составу гражданских ответчиков содержит ничуть не меньше логических противоречий и нисколько не больше конкретики, чем его аргументы по существу требований.

АО «ОХК «УРАЛХИМ» приводит ссылку на классическую норму статьи 71 Федерального закона «Об акционерах обществах» об ответственности перечисленных закрытым перечнем членов органов управления акционерного общества за причиненные их виновными действиями обществу убытки и о праве акционера предъявить требования исключительно к данным лицам. Положения указанной статьи коррелируют с также приведенными аналогичной нормой статьи 65.2 ГК РФ и общими правилами статей 15 и 1064 ГК РФ.

Однако одновременно с этим АО «ОХК «УРАЛХИМ» ссылается и на введенную в ходе недавней реформы гражданского законодательства и в любом случае не применимую к правоотношениям до сентября 2014 года статью 53.1 ГК РФ об ответственности за причиненные по его вине обществу убытки лица, имеющего фактическую возможность определять действия компании.

Также гражданский истец ссылается на статью 84 Федерального закона «Об акционерах обществах» об ответственности заинтересованного лица акционерного общества за причиненные им обществу убытки и на статью 93 того же закона, определяющий ответственность аффилированного лица общества за причиненный им обществу имущественный ущерб.

На основании цитирования подряд текста всех этих норм, каждая из которых устанавливает конкретные основания и вид ответственности, а также определяет закрытый круг подлежащих ей лиц, гражданский истец делает свой собственный вывод: будто бы по их смыслу ответственность за возмещение ущерба от преступления может быть возложена «на лицо, во владении которого находится имущество, фактически принадлежащее обвиняемому».

Между тем, указанный тезис из процитированных гражданским истцом норм закона совершенно не следует. Кроме того, он попросту непонятен.

Во-первых, в приведенных нормах никаким образом не идет речи ни о совершении преступления, ни о владении каким-либо имуществом как об основании для возникновения ответственности. Согласно им, гражданско-правовая ответственность возникает из неисполнения имеющими определенный статус по отношению к обществу лицами конкретных видов обязанностей в отношении того же общества.

Далее, совершенно не раскрыто содержание владения (на каком праве, по какому основанию) и вид имущества, в отношении которого владение осуществляется, которые создавали бы, по мнению АО «ОХК «УРАЛХИМ», ответственность за другое лицо.

Не установлено нормами законодательства РФ, и при этом абсолютно непонятно, правовое значение понятия «имущество, фактически принадлежащее обвиняемому». Вновь не пояснено, на каком праве такое имущество должно принадлежать обвиняемому: праве собственности или ином вещном праве, аренде или каком-то ином вытекающем из договора праве владеть или пользоваться этим имуществом, либо на каком-то еще. Не поясняется суть «фактической» принадлежности имущества лицу: как она определяется и от каких иных видов принадлежности («теоретической?») и по каким признакам она от них отличается.

Совершенно не упрощает понимания приведенных позиций и проистекающий по какой-то причине из этого вывод АО «ОХК «УРАЛХИМ» о том, что «обязанность солидарного возмещения среда от преступления должна быть возложена на компании, принадлежащие подсудимым».

Наконец, гражданский истец заключает, что приведенные в его иске иностранные компании явились орудием преступления, что создает для них солидарную ответственность с лицами, совершившими предполагаемые преступления, поскольку имущественный вред был причинен ими совместно.

АО «ОХК «УРАЛХИМ» оставляет при этом неразрешенным в своем гражданском иске вопрос относительно оснований привлечения в качестве гражданского ответчика российского юридического лица ООО «Томет». Ссылка на то, что 100% доли единственного участника ООО «Томет» компании Triumph Development Ltd. является собственностью подсудимого Циви, противоречит фактическим обстоятельствам и опровергается материалами дела, согласно которым акционерами Triumph Development Ltd. являются компании Sine Nominees Limited и Semper Fidelis Nominees Limited: приобщенными АО «ОХК «УРАЛХИМ» копиями учредительных документов (том 414, листы 6-252), опросным листом Циви (том 341, листы 144-149), опросным листом Рупрехта (том 341, листы 151-163).

Заявленный в ходе судебных прений АО «ОХК «УРАЛХИМ» довод о том, будто ООО «ТОМЕТ» формально владеет агрегатом аммиака № 7, фактически принадлежащим подсудимым, столь же неконкретен, сколь голословен и нелеп, не подкреплен относимыми и допустимыми доказательствами. Что означает формальность владения ООО «Томет» оборудованием, не только находящимся на его балансе, но и дважды арестованным именно по причине нахождения на оном? В чем выражается фактическая принадлежность этого оборудования подсудимым и каким именно из них?

Почему не привлечены в качестве других потерпевших и гражданских истцов более 800 остальных акционеров ПАО «Тольяттиазот», и как бы при их участии определялась сумма ущерба, причиненная ПАО «Тольяттиазот»? Кому полагался бы причиненным ущерб в таком случае – ПАО «Тольяттиазот» или его акционерам?

Почему требования заявлены применительно к суммам выручки ПАО «Тольяттиазот» до применения налогов, уплата которых превращает ее в чистую прибыль? Почему при расчете требований не учтены удерживаемые при начислении и выплате дивидендов налоги?


Вопросы по результатам анализа исковых требований

При ознакомлении с доводами гражданского истца незамедлительно возникает много вопросов, без ответов на которые разрешение многочисленных ранее упомянутых коллизий не является возможным:

·                    Какую гражданско-правовую природу имеют требования АО «ОХК «УРАЛХИМ» о выплате в его пользу доли в гипотетической выручке, рассчитанной специалистом Семеновой? Кому принадлежит эта выручка, находится ли она в долевой или совместной собственности с АО «ОХК «УРАЛХИМ» и по каким основаниям из нее подлежит выделению доля данного общества?

·                    Соответствует ли такая доля данному в законе определению дивидендов и регулируется ли она в силу этого нормами закона о дивидендах, при том, что самой специалистом Семеновой данная величина рассчитана вовсе не как дивиденды?

·                    Подлежат ли в соответствии с гражданским законодательством начислению на какие-либо заявленные АО «ОХК «УРАЛХИМ» к взысканию суммы проценты за пользование чужими денежными средствами? Если да, то с какого момента?

·                    В каком размере, по мнению АО «ОХК «УРАЛХИМ», все же причинен предполагаемый ущерб ПАО «Тольяттиазот» - 84 981 476 397,34 ₽ или 78 067 810 553,08 ₽?

·                    Какая из этих величин составляет 100% предполагаемого ущерба ПАО «Тольяттиазот»: первая, вторая или обе сразу?

·                    Кому, по мнению АО «ОХК «УРАЛХИМ», причинен ущерб в размере 6 913 665 844,26 ₽: ПАО «Тольяттиазот», АО «ОХК «УРАЛХИМ» или обоим?

·                    Кому принадлежало право собственности на якобы похищенную продукцию ОАО «Тольяттиазот» на сумму 6 913 665 844,26 ₽: ОАО «Тольяттиазот», АО «ОХК «УРАЛХИМ» или обоим сразу? По какому правовому основанию?

·                    По какой причине при гражданско-правовом исчислении взыскиваемых по гражданскому иску сумм якобы причиненного ущерба (а не при разрешении вопроса о квалификации действий, составляющих предполагаемое мошенничество, по признаку «причинение значительного ущерба гражданину» либо по признаку «в крупном размере» или в «особо крупном размере», как предписано пунктом 32 цитируемого АО «ОХК «УРАЛХИМ» Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 №51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»), кто бы и в каком бы размере ни являлся по ним должником, не учтен размер фактически поступившей за реализованную в период 2008-2011 г.г. продукцию выручки?

·                    Обладало ли АО «ОХК «УРАЛХИМ» декларируемым им количеством акций в течение всего периода с 12.11.2007 по 10.03.2012 или хотя бы по состоянию на те даты, которые могут являться значимыми для определения наличия у него права на заявление требований?

·                    Какие нормы закона делают орудие преступления сопричинителем вреда, несущим солидарную ответственность наряду с лицом, совершившим преступление?

·                    Причем здесь ООО «Томет» и другие гражданские ответчики, не являющиеся обвиняемыми по данному уголовному делу? По каким установленным Гражданским кодексом РФ основаниям все гражданские ответчики несут материальную ответственность за действия обвиняемых по данному делу физических лиц, даже независимо от обоснованности предъявленных им обвинений?

·                    Какое конкретно имущество, «фактически принадлежащее» подсудимым, находится во «владении» перечисленных истцом компаний? Во владении каких конкретно лиц оно находится? На каком праве, результатом которого является владение, оно принадлежит названным компаниям?

·                    Находится ли это имущество в собственности этих компаний? Каким образом эта собственность допускает фактическую принадлежность имущества другим лицам? На каком праве оно «фактически принадлежит» подсудимым? Каким конкретно подсудимым принадлежит какое имущество каких компаний? Из чего это право вытекает?

·                    Какое правовое значение имеют якобы следующие из материалов данного уголовного дела факты аффилированности между перечисленными АО «ОХК «УРАЛХИМ» российскими и иностранными юридическими лицами? Что вообще понимает АО «ОХК «УРАЛХИМ» под аффилированностью? Соответствует ли фактическим обстоятельствам и подлежащему применению закону мнение гражданского истца о наличии такой аффилированности?

·                    Какими доказательствами все это подтверждается применительно к каждой из включенных в перечень гражданских ответчиков компаний?

Ответов на эти вопросы, а соответственно и разрешения хотя бы одной из перечисленных коллизий, гражданским истцом не было дано ни в исковом заявлении, ни в выступлении в судебных прениях, ни где-либо в материалах дела. А ведь каждый из вопросов задан потому, что без ответа на него гражданский иск не отвечает требованиям гражданского процессуального законодательства о содержании искового заявления – статья 131 ГПК РФ. И без ответов на эти вопросы невозможно вынесение по гражданскому иску окончательного судебного акта, отвечающего двум главным определенным законом – статьей 195 ГПК РФ – критериям: законности и обоснованности.

Содержание этих понятий абсолютно полно раскрыто в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 «О судебном решении». Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению. Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Предоставление недостающих сведений суду является исключительно обязанностью гражданского истца. Это прямо следует из положений части 1 статьи 56 ГПК РФ, распределяющей бремя доказывания в производстве по гражданским делам: каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Необходимо упомянуть и содержание принципиально важной для рассмотрения гражданского иска формулы допустимости доказательств, закрепленной в статье 60 ГПК РФ: обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. На значимость этого в подходе к оценке доказательств указывали и допрошенные по данному уголовному делу специалисты.

Вопреки этому, упомянутый нами ранее подход АО «ОХК «УРАЛХИМ» к выбору правовых норм в обоснование исковых требований, который проще всего описать формулой «цитировать как можно больше норм закона невзирая на их применимость» задействован и применительно к подбору доказательств.

АО «ОХК «УРАЛХИМ» и представители государственного обвинения в своих доводах применительно к гражданскому иску подменяют стандарт доказывания и требования к допустимости доказательств, установленные императивными нормами гражданского процесса, которыми урегулирован и порядок рассмотрения гражданского иска в уголовном процессе, своим собственным, намного более низким нормативам.

В результате, якобы открыто, с согласия собеседника проведенная видеосъемка, запечатлевшая при этом исключительно торс жительницы карибских островов во многих деталях, выдается за доказательство имитационной сущности операций юридического лица, а бухгалтерские или иные документы этой компании в дело не представляются. Показания свидетелей предлагаются суду как доказательство аффилированности одного лица по отношению к другому, хотя именно ради простоты установления аффилированности на основании допустимых доказательств законодатель и установил для этой юридической категории закрытый список простых и четких критериев. При этом те же самые свидетели заявляют в суде о том, что никогда не видели документов, подтверждающих только что высказанные ими суждения об аффилированности, и в деле таких документов также не обнаруживается ни участниками дела, ни привлеченными специалистами.

В этом отношении приходит на ум классическая формулировка из североамериканской прецедентной судебной практики, указывающую на некорректность представления в материалы дела великого множества документов без объяснения значения каждого из них для дела. Она была выражена в споре между государством и гражданином по фамилии Дункель в 1991 году и резко указывает на отсутствие у суда обязанности выполнять за стороны работу по поиску крайне редких ценных крупиц, зарытых в огромной толще материалов дела. Мы вспоминаем об этой позиции, глядя на более 500 томов материалов настоящего уголовного дела, в весьма значительной части наполненных при деятельном участии представителей АО «ОХК «УРАЛХИМ» тоннами документации, не находящей постраничной оценки или хотя бы адресной ссылки в процессуальных документах и объяснениях со стороны гражданского истца, и к тому же часто повторяющейся.

От ответов на вопросы о том, кто же именно являлся аффилированными лицами каждой из приведенных АО «ОХК «УРАЛХИМ» компаний, и по каким конкретно установленным законом основаниям, представители гражданского истца последовательно уклонились. Вопреки обещаниям, объяснений на этот счет не было дано ни при двух допросах А.В  Ермизина, ни в судебных прениях, как не изложили этого и в исковом заявлении или в письменных объяснениях. Ответ А.В  Ермизина «все подтверждается материалами дела» на любые вопросы самым прямым образом отсылает к позиции суда по делу с участием гражданина Дункеля.

Наличие в исковом заявлении требуемых по закону сведений изначально является не просто обязанностью подавшего его лица, но и неотъемлемым условием рассмотрения судом гражданского иска по существу, не говоря уже об оценке судом заявленных требований. Не суд, не гражданские ответчики, не иные участвующие в деле лица должны восполнять те зияющие дыры, что вынужденно, за неимением хоть какой-то аргументации по материальному закону, оставил в своем гражданском иске АО «ОХК «УРАЛХИМ». В своем текущем, неполном, неконкретном виде гражданский иск не пригоден к рассмотрению, не должен рассматриваться по существу и тем более не может быть удовлетворен.

В полномочиях суда не рассматривать и не удовлетворять этот гражданский иск, что является единственно возможным по закону его разрешением.

Теперь дадим правовую оценку основным доводам АО «ОХК «УРАЛХИМ».


Об отсутствии причинения вреда АО «ОХК «УРАЛХИМ» независимо от наличия или отсутствия преступления 


Отсутствие права АО «ОХК «УРАЛХИМ» на долю в общей рыночной цене реализованной ОАО «Тольяттиазот» продукции.

Невозможность определения такой доли в размере, пропорциональном количеству принадлежащих акционеру акций.

Прежде всего, обращает на себя внимание некорректность самого понятия права акционера на долю в общей рыночной цене реализованной акционерным обществом продукции. Российское законодательство, действовавшее как в период с ноября 2007 г. по март 2012 г., так и действующее в настоящее время в принципе не позволяет определять доли акционеров (участников) хозяйственных обществ в общей рыночной цене реализованной продукции.

Коммерческие организации, к которым относятся и акционерные общества, являются собственниками имущества, переданного им в качестве вкладов (взносов) их учредителями (участниками, членами), а также имущества, приобретенного этими юридическими лицами по иным основаниям (ч.3 ст.213 ГК РФ).

Учредители (участники) хозяйственных обществ, внесшие в оплату уставного капитала денежные средства или иное имущество, утрачивают свои права на такое имущество, а хозяйственное общество напротив приобретает на него вещное право.

В качестве эквивалента переданным вложениям (деньгам или иному имуществу) акционеры в акционерном обществе получают в нем акции, а не доли в реализованной продукции.

Как и иные корпоративные организации, акционерное общество характеризуется имущественной обособленностью.

Принцип имущественной обособленности юридического лица является одним из базовых принципов корпоративного права и выражается в том, что юридическое лицо обладает собственным имуществом, обособленным от имущества его учредителей (участников, членов).

Учредители акционерного общества, передавшие при создании акционерного общества деньги или иное имущество в оплату уставного капитала, утрачивают право собственности на такое имущество. Право собственности возникает у юридического лица, учредители и акционеры не контролируют судьбу имущества. В коммерческих корпорациях за переданное имущество учредители получают доли участия, акции, паи, и далее осуществляют распоряжение этими долями, акциями или паями. Правовой режим имущества таких юридических лиц не связан с волей учредителей. Имущество не может быть произвольно изъято учредителями (участниками). Даже в тех организациях, из которых допускается выход (производственные кооперативы, хозяйственные товарищества, общества с ограниченной ответственностью, если это предусмотренному их уставом), участникам, реализовавшим право на выход выдаётся не внесённое при создании имущество, а действительная стоимость доли (пая), рассчитываемая в установленном порядке (как стоимость чистых активов, приходящихся на долю, с учетом неделимых фондов, и пр.).  

Учредители юридического лица не сохраняют никаких прав на имущество, внесенное в формируемый уставный капитал (складочный капитал, паевой фонд), они приобретают имущественное право на акции, полученные от создаваемого юридического лица взамен переданного имущества. За предоставленное юридическому лицу имущество учредитель получает имущественный эквивалент - акции. Во всех юридических лицах данной группы  (корпоративных коммерческих организациях) связь участника с имуществом после создания юридического лица оказывается минимальной - она проявляется только в виде формирования устава и участии в формировании органов юридического лица.  

Таким образом, акционеры не обладают какими-либо имущественными правами на имущество акционерного общества, в т.ч. на реализованную обществом продукцию, поскольку последнее обособлено от их имущества и принадлежит акционерному обществу на праве собственности.

Таким образом, в рассматриваемом периоде акционеры не имели долей в реализованной обществом продукции и не имеют их в настоящее время.

Одним из прав акционеров является право на дивиденды, то есть право на получение части прибыли акционерного общества, полученный за определенный период времени (квартал, полугодие, девять месяцев, год).

Для материализации данного права (выплаты акционерам дивидендов) необходимо наличие нескольких условий, имеющихся в совокупности, а именно:

наличие у общества чистой прибыли;

принятие общим собранием акционеров решения о выплате дивидендов;

отсутствие у общества ограничений на выплату дивидендов, установленных законом.

внесение акционера, претендующего на получение дивидендов, в список лиц, имеющих право на получение дивиденда.

Источником выплаты дивидендов является прибыль общества после налогообложения (чистая прибыль), которая определяется по данным бухгалтерской (финансовой) отчетности общества. Дивиденды по привилегированным акциям определенных типов также могут выплачиваться за счет ранее сформированных для этих целей специальных фондов общества.

Бухгалтерская прибыль (убыток) представляет собой конечный финансовый результат (прибыль или убыток), выявленный за отчетный период на основании бухгалтерского учета всех хозяйственных операций организации и оценки статей бухгалтерского баланса по правилам, принятым нормативными правовыми актами по бухгалтерскому учету (п.79 Приказа Минфина РФ от 29 июля 1998 г. N 34н «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации»).

В бухгалтерском балансе финансовый результат отчетного периода отражается как нераспределенная прибыль (непокрытый убыток), т.е. конечный финансовый результат, выявленный за отчетный период, за минусом причитающихся за счет прибыли установленных в соответствии с законодательством РФ налогов и иных аналогичных обязательных платежей, включая санкции за несоблюдение правил налогообложения (п. 83 ПБУ № 34/н).

Таким образом, чистая прибыль определяется по итогам определенного периода и является финансовым результатом всех хозяйственных операций организации (доходных и расходных), а не только результатом реализации продукции, и оценки статей бухгалтерского баланса.

Чистая прибыль не определяется от общей рыночной цены реализации продукции по конкретной сделке (сделкам). Чистая прибыль не равна общей рыночной цене реализованной обществом продукции.

Само понятие «общая рыночная цена» использовано неконкретно и, по-видимому, предполагает валовую выручку от реализации продукции.

Кроме того, даже если финансовый результат конкретных сделок общества является положительным, это еще не является условием образования у общества чистой прибыли, поскольку иные статьи бухгалтерского баланса могут нивелировать такой финансовый результат.

Соответственно абсолютно недопустимо определять не только долю акционера в общей рыночной цене реализованной обществом продукции, но и размер дивидендов от общей рыночной цены реализованной акционерным обществом продукции.

Более того, как правило, акционерные общества направляют на выплату дивидендов не всю чистую прибыль общества, а только определенный процент чистой прибыли, направляя оставшуюся прибыль на нужды общества, например, реализацию инвестиционной программы. То есть вся полученная чистая прибыль не направляется «по умолчанию» на выплату дивидендов.

Решение о выплате дивидендов принимается общим собранием акционеров (ч.3 ст.42, пп.10.1., 11 ч.1 ст. 48 Закона об АО). При этом рекомендации по размеру дивиденда по акциям и порядку его выплаты находятся в  компетенции совета директоров (пп.11 ч.1 ст.65 Закона об АО), а размер дивидендов, утвержденный на общем собрании акционеров, не может быть больше размера дивидендов, рекомендованного советом директоров общества (ч.3 ст.42 Закона об АО).

Нельзя не учитывать и тот факт, что принятие решения о выплате дивидендов – это право, а не обязанность общества. Общество не может быть понуждено к выплате дивидендов в том случае, когда решение об объявлении дивидендов не принималось. Иски о выплате дивидендов возможны только в случае, если дивиденды были объявлены, но не выплачены, что подтверждено многочисленной судебной практикой.

Таким образом, определение долей акционеров (пропорционально принадлежащему им количеству акций) в реализованной обществом продукции в принципе не является корректным и не соответствует законодательству РФ в рассматриваемом периоде и в настоящее время.

Акционеры могут претендовать только на дивиденды - долю в чистой прибыли общества за определенный период времени, которая определяется по совокупности всех хозяйственных операций общества в данном временном периоде и лишь при условии наличия в совокупности четырех условий для выплаты дивидендов, упомянутых ранее.

В связи с вышеизложенным:

1.                 В соответствии с законодательством РФ, действовавшем в период с ноября 2007 по март 2012 г., акционеры не имели право на долю в общей рыночной цене реализованной акционерным обществом (ОАО) продукции;

2.                 Нельзя определить долю акционера в общей рыночной цене реализованной акционерным обществом (ОАО) продукции в размере, пропорциональном количеству принадлежащих акционеру акций.

 Аналогичные приведенным выше доводам ООО «Томет» показания дала допрошенная в судебном заседании 23.04.2019 г. специалист Шиткина Ирина Сергеевна, доктор юридических наук, профессор кафедры предпринимательского права, руководитель программы магистратуры по направлению «Корпоративное право» Юридического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова. 


Отсутствие у АО «ОХК «УРАЛХИМ» прав на имущество ОАО «Тольяттиазот» в соответствии с законодательством, действовавшем в период с ноября 2007 г. по март 2012 г.

В судебных заседаниях 17.05.2018 г. и 17.01.2019 г. был допрошен представитель потерпевшего АО «ОХК Уралхим» А.В. Ермизин. Обосновывая нарушение прав данного потерпевшего, он заявил, что к уголовно-правовому понятию «право на имущество» наиболее близко стоит гражданско-правовое понятие «обязательственные права». Также он показал, что АО «ОХК «УРАЛХИМ» является акционером ПАО «Тольяттиазот», владеющим около 10% акций общества, то есть имеет обязательственные права участника по отношению к ПАО «Тольяттиазот» в размере, равном доле участия в уставном капитале эмитента, а значит, обладает «правом на имущество» ПАО «Тольяттиазот» (по смыслу статьи 159 УК РФ).

Ермизин совершенно некорректно, в противоречие положениям закона, разделяет некие уголовно-правовое и гражданско-правовое понимание прав на имущество, к тому же наделяя их различным содержанием и приводя в качестве источника такого права единственную норму статьи 159 УК РФ.

На самом же деле, такого разделения не существует, понимание прав на имущество в уголовном и гражданском праве, как и во всех отраслях законодательства РФ, едино. УК РФ не является источником имущественных прав, в том числе установленным статьей 8 ГК РФ. Понятия имущественных и обязательственных прав относятся к совершенно различным, не сопоставимым между собой классификациям и никак не могут друг другу соответствовать в той или иной мере близости.

Согласно общепринятой в гражданском праве классификации, права по основным видам разделяются на следующие:

1) По категориям правоотношений, из которых вытекают такие права:

·         Имущественные и неимущественные права. Имущественные правоотношения возникают в связи материальными и некоторыми нематериальными объектами, и отражают либо принадлежность имущества определенному субъекту, либо переход имущества (в порядке исполнения договорных и внедоговорных обязательств, в силу общего или частного правопреемства и т.п.). Неимущественные правоотношения возникают в связи с защитой неотчуждаемых прав и свобод человека и других нематериальных благ, а также в отношении результатов интеллектуальной деятельности. К личным неимущественным правам можно отнести, например, право авторства.

·         Вещные и обязательственные права. Вещные права устанавливают правовую связь субъекта (правообладателя) и объекта права (вещи). К вещным правам относятся право собственности, право хозяйственного ведения, оперативного управления, сервитуты и ряд других прав. Обязательственные права вытекают из обязательственных правоотношений, то есть принадлежат управомоченному лицу в силу факта наличия между ним и обязанным лицом правовой связи – обязательства, например, право покупателя требовать поставки товара от поставщика. Обязательственные права могут возникать и при отсутствии договорных отношений  – из деликта.

·         Корпоративные права. Несмотря на то, что корпоративные правоотношения получили легальное определение в ч.1 ст. 2 ГК РФ только 1 марта 2013 г., в доктрине гражданского права эти правоотношения выделялись и в рассматриваемый период времени.

2) По характеру взаимосвязи управомоченного и обязанного лица выделяют:

·         Абсолютные права. При осуществлении абсолютного права решающее значение имеет деятельность управомоченного субъекта по реализации права, которому корреспондирует обязанность неопределенного круга субъектов. Примером абсолютного права можно назвать право собственности.

·         Относительные права. При реализации относительного права управомоченному лицу противостоит строго определенное обязанное лицо. К относительным правам можно отнести обязательственные права, например, право требовать исполнения обязательства в соответствии с условиями такого обязательства.

3) Преимущественные права

Правоотношения, включающие в свое содержание преимущественные права, выделяют в отдельную категорию правоотношений. Преимущественные права предоставляют их субъектам определенные привилегии перед другими субъектами. Например, залогодержатель имеет преимущественное (первоочередное) право перед другими кредиторами залогодателя на удовлетворение своих требований за счет стоимости заложенного имущества.

 Гражданскому праву неизвестна категория «обязательственные имущественные права», она представляет собой некорректное смешение двух видов классификаций. Утверждение А.В. Ермизина о соответствии понятию имущественного права понятия обязательственного права является соотнесением двух совершенно разных и несопоставимых свойств одного объекта, в данном случае – права.

С учетом этого, при оценке прав АО «ОХК «УРАЛХИМ» как акционера ОАО «Тольяттиазот», следует исходить из сущности прав акционеров в акционерном обществе, включая имущественные права.

В рассматриваемый период времени юридические лица классифицировались по правам участников на имущество юридических лиц следующим образом:

·         юридические лица, в отношении которых их участники имели обязательственные права (хозяйственные товарищества и общества, производственные и потребительские кооперативы) – с принятием Федерального Закона от 5 мая 2014 года № 99-ФЗ, вступившем в силу с 1 сентября 2014 года, указанные юридические лица квалифицированы как корпоративные;

·         юридические лица, на имущество которых их учредители имели право собственности или иное вещное право (государственные и муниципальные унитарные предприятия, а также учреждения) - с принятием Закона от 5 мая 2014 года № 99-ФЗ, вступившем в силу с 1 сентября 2014 года, указанные юридические лица квалифицированы как унитарные;

·         юридические лица, в отношении которых их учредители (участники) не имели имущественных прав (общественные и религиозные организации (объединения), благотворительные и иные фонды, объединения юридических лиц (ассоциации и союзы) – ст.48 ГК РФ в редакции по состоянию на исследуемый период.

Подчеркнем, что в настоящее время существует две основные классификации юридических лиц: 1) на коммерческие и некоммерческие; 2) на корпоративные и унитарные организации (ст.65.1 ГК в текущей редакции), а права участников корпоративных организаций именуются корпоративными (членскими).

При этом, как в период с 2007 г. по 2012 г., так и в настоящее время правовой режим имущества, переданного учредителями хозяйственного общества, а также приобретенного ими по иным основаниям, в российском законодательстве оставался неизменным.

Так, коммерческие организации, к которым относятся и хозяйственные общества, являются собственниками имущества, переданного им в качестве вкладов (взносов) их учредителями (участниками, членами), а также имущества, приобретенного этими юридическими лицами по иным основаниям (ч.3 ст.213 ГК РФ). Учредители (участники) хозяйственных обществ, внесшие в оплату уставного капитала денежные средства или иное имущество, утрачивают свои права на такое имущество, а хозяйственное общество напротив приобретает на него вещное право. В качестве эквивалента переданным вложениям (деньгам или иному имуществу) учредители (участники) корпорации получают в ней доли участия (доли в уставном капитале, акции, паи).

В отличие от хозяйственных обществ, государственные и муниципальные предприятия владели и в настоящее время владеют имуществом на ограниченном вещном праве - праве хозяйственного ведения, учреждения – на праве оперативного управления, фонды, автономные некоммерческие организации, религиозные организации - на праве собственности.

Равно как и ГК РФ, Закон об АО называл права акционеров по отношению к обществу (но не его имуществу!) обязательственными правами (ч.1 ст.2). Отметим, что в данной части Закон об АО и в настоящее время не приведен в соответствие с ч.2 ст. 65.1 ГК РФ, который сейчас именует такие права корпоративными (членскими).

К основным правам относятся следующие права участников хозяйственного общества:

·         участвовать в управлении делами общества;

·         получать информацию о деятельности общества;

·         принимать участие в распределении прибыли хозяйственного общества;

·         получать в случае ликвидации хозяйственного общества часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость;

·         другие права, предусмотренные ГК РФ, Законом об АО, уставом общества.

Ранее нами уже отмечалось, что одним из базовых принципов корпоративного права является принцип имущественной обособленности юридического лица, который выражается в том, что юридическое лицо обладает собственным имуществом, обособленным от имущества его учредителей (участников, членов).

Принцип обособленности имущества акционерного общества прямо закреплен в законодательстве (ч.1 ст.48, ч.1 ст.66 ГК РФ, ч. 3 ст.2 Закона об АО). Кроме того, по общему правилу, общество и акционеры не несут ответственности по обязательствам друг друга (абз.2 ч.1 ст.2, ч.2 ст.3 Закона об АО).

Признак имущественной обособленности закреплен в легальном определении словами «имеет обособленное имущество», корреспондирующими с положениями п. 1 ст. 2 ГК РФ об «имущественной самостоятельности» участников правовых отношений, регулируемых гражданским законодательством. Признак имущественной обособленности проявляется в наличии у юридического лица баланса (сметы), счета и др. Юридическое лицо может иметь вещные права, обязательственные права, исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, иные имущественные права и обязанности. Совокупность имущественных прав (обязанностей), вещей, иных объектов права, принадлежащих юридическому лицу, образует его имущественную массу. Имущество юридического лица обособленно от имущества его учредителей (участников), от имущества государства. Учредитель (участник) или собственник имущества юридического лица не отвечает по обязательствам юридического лица, юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, кроме случаев, предусмотренных законом (п. 2 ст. 56 ГК РФ).

В соответствии с п. 3 ст. 213 ГК РФ коммерческие и некоммерческие организации, кроме государственных и муниципальных предприятий, а также учреждений, являются собственниками имущества, переданного им в качестве вкладов (взносов) их учредителями (участниками, членами), а также имущества, приобретенного этими юридическими лицами по иным основаниям. В литературе эта норма трактуется как признание юридического лица единственным собственником принадлежащего ему имущества.  Этот вывод находит подтверждение и в правовых позициях, выраженных судом. Так, в соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» коммерческие организации признаются собственниками имущества, переданного им в качестве вкладов (взносов) их учредителями (участниками, членами), а также имущества, приобретенного этими юридическими лицами по иным основаниям.

Приведенная норма повторяется и в ст. 66 ГК РФ, в соответствии с которой имущество, созданное за счет вкладов учредителей (участников), а также произведенное и приобретенное хозяйственным товариществом или обществом в процессе деятельности, принадлежит на праве собственности хозяйственному товариществу или обществу.

В соответствии со ст. 136, 218 ГК РФ право собственности на плоды, продукцию и доходы, полученные в результате использования имущества принадлежат собственнику этого имущества. В соответствии с этим право на доходы, полученные от использования имущества акционерного общества в процессе деятельности акционерного общества принадлежит самому акционерному обществу.

Таким образом, в рассматриваемый период времени акционеры не обладали и в настоящее время не обладают какими-либо имущественными правами на имущество акционерного общества, поскольку последнее обособлено от их имущества и принадлежит акционерному обществу на праве собственности.

Акционеры могут получить имущество акционерного общества в двух случаях:

1)      при ликвидации общества, но только при условии, что завершены расчеты с кредиторами общества (ч.1 ст.23, ч.2 ст.31 Закона об АО).  Такое право есть у владельцев обыкновенных акций общества (ч.2 ст.31 Закона об АО), а также у владельцев привилегированных акций, если по таким акциям к моменту ликвидации были начислены, но не выплачены дивиденды и (или) уставом определена ликвидационная стоимость по привилегированным акциям (ч.1 ст. 23 Закона об АО);

2)      при выплате дивидендов имуществом, если такой способ выплаты предусмотрен уставом обществом и общим собранием акционеров принято решение о выплате дивидендов имуществом (ч.1 ст. 42 Закона об АО).

Иных случаев, при которых акционеры могут получить имущество общества, в рассматриваемый период времени, равно как и в настоящее время, закон не содержит.

 Невозможность возврата ранее переданного участником имущества, за исключением имущества, которое изначально передавалось участником в пользование обществу, или получения иного имущества, приобретенного обществом по иным основаниям, свойственна всем хозяйственным обществам. Даже в случае выхода участника из общества, такой участник по общему правилу получает не имущество в натуре, а действительную стоимость доли (пая), то есть денежный эквивалент. Лишь с согласия участника в ООО может быть выдано в натуре имущество такой же стоимости.

 С учетом вышеизложенного, согласно российскому законодательству никогда, в том числе в рассматриваемый период времени, АО «ОХК «УРАЛХИМ» не обладало правами, в том числе «обязательственными имущественными», на имущество акционерного общества, хотя в период с ноября 2007 г. по март 2012 г. имели иные обязательственные права, установленные законом и уставом общества, которые с 1 марта 2013 года именуются корпоративными (членскими) правами. 


Невозможность для акционеров распределить денежные средства, вырученные от реализации продукции акционерного общества, в качестве дивидендов в соответствии с законодательством, действовавшем в период с ноября 2007 г. по март 2012 г.

Для правовой оценки притязаний АО «ОХК «УРАЛХИМ» на его «долю в общей рыночной цене реализованной продукции» как на «утраченные дивиденды», необходимо прежде всего проанализировать правовую природу дивидендов.

Корпоративное законодательство до настоящего времени не содержит легальной дефиниции дивиденда. Под дивидендом понимают часть чистой прибыли акционерного общества, приходящуюся на одну обыкновенную или привилегированную акцию, подлежащую распределению между акционерами.

В налоговом праве дивидендом признается любой доход, полученный акционером (участником) от организации при распределении прибыли, остающейся после налогообложения (в том числе в виде процентов по привилегированным акциям), по принадлежащим акционеру (участнику) акциям (долям) пропорционально долям акционеров (участников) в уставном (складочном) капитале этой организации (ч.1 ст. 43 НК РФ).

Права акционеров на дивиденды различаются в зависимости от вида принадлежащих им акций – обыкновенных и привилегированных.

Акционеры - владельцы обыкновенных акций общества имеют право на получение дивидендов (ч.2 ст.31 Закона об АО), но при этом размер таких дивидендов заранее не установлен и каждый раз определяется решением общего собрания акционеров.

В отношении владельцев привилегированных акций размер дивиденда и (или) стоимость, выплачиваемая при ликвидации общества (ликвидационная стоимость) по привилегированным акциям каждого типа должны быть определены в уставе общества в твердой денежной сумме или в процентах к номинальной стоимости привилегированных акций (ч.2 ст.32 Закона об АО). Размер дивиденда и ликвидационная стоимость по привилегированным акциям считаются определенными также, если уставом общества установлен порядок их определения.

В зависимости от периодичности выплаты дивиденды бывают годовыми (выплачиваются по результатам деятельности компании за год) и промежуточными (квартальными).

Для выплаты акционерам дивидендов необходимо наличие нескольких условий, имеющихся в совокупности:

1) Наличие у общества чистой прибыли по итогам соответствующего периода.

Источником выплаты дивидендов является прибыль общества после налогообложения (чистая прибыль), которая определяется по данным бухгалтерской (финансовой) отчетности общества. Дивиденды по привилегированным акциям определенных типов также могут выплачиваться за счет ранее сформированных для этих целей специальных фондов общества.

Бухгалтерская прибыль (убыток) представляет собой конечный финансовый результат (прибыль или убыток), выявленный за отчетный период на основании бухгалтерского учета всех хозяйственных операций организации и оценки статей бухгалтерского баланса по правилам, принятым нормативными правовыми актами по бухгалтерскому учету (п.79 Приказ Минфина РФ от 29 июля 1998 г. N 34н «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации»).

В бухгалтерском балансе финансовый результат отчетного периода отражается как нераспределенная прибыль (непокрытый убыток), т.е. конечный финансовый результат, выявленный за отчетный период, за минусом причитающихся за счет прибыли установленных в соответствии с законодательством РФ налогов и иных аналогичных обязательных платежей, включая санкции за несоблюдение правил налогообложения (п. 83 ПБУ № 34/н).

Таким образом, чистая прибыль определяется по итогам определенного периода и является финансовым результатом всех хозяйственных операций организации и оценки статей бухгалтерского баланса.

Чистая прибыль не определяется от результата реализации продукции по конкретной сделке (сделкам). Кроме того, даже если финансовый результат конкретных сделок общества является положительным, это еще не является условием образования у общества чистой прибыли, поскольку иные статьи бухгалтерского баланса могут нивелировать такой финансовый результат.

2) Общим собранием акционеров общества принято решение о выплате промежуточных дивидендов или распределении прибыли по итогам года.

Решение о выплате как промежуточных, так и годовых дивидендов отнесено к компетенции общего собрания акционеров (ч.3 ст.42, пп.10.1., 11 ч.1 ст. 48 Закона об АО).

Решение принимается большинством голосов акционеров - владельцев голосующих акций общества, принимающих участие в собрании.

Решение общего собрания о выплате дивидендов является дополнительным юридическим фактом, опосредующим обязательство общества по выплате дивидендов. Иными словами, абстрактное право на получение дивидендов, есть у каждого акционера в силу принадлежности ему акций, но субъективное право требовать выплаты дивидендов возникает только при наличии установленных законом оснований.

Также следует подчеркнуть, что рекомендации по размеру дивиденда по акциям и порядку его выплаты находятся в  компетенции совета директоров (пп.11 ч.1 ст.65 Закона об АО), а размер дивидендов, утвержденный на общем собрании акционеров, не может быть больше размера дивидендов, рекомендованного советом директоров общества (ч.3 ст.42 Закона об АО).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 15 постановления Пленума ВАС РФ от 18.11.2003 N 19, решение о выплате (объявлении) дивидендов, в том числе о размере дивиденда и форме его выплаты, принимается общим собранием акционеров по акциям каждой категории (типа), в том числе по привилегированным, в соответствии с рекомендациями совета директоров общества.

То есть акционеры не могут принять решения о выплате дивидендов в размере, большем, чем рекомендовано советом директоров. При этом по смыслу ч.5 ст.32 Закона об АО, даже в отношении привилегированных акций, по которым размер дивиденда установлен в уставе, совет директоров может рекомендовать неполную выплату дивидендов.

3) Отсутствуют ограничения на выплату дивидендов.

В силу ч.1 ст. 43 Закона об АО общество не вправе принимать решение (объявлять) о выплате дивидендов:

·         до полной оплаты всего уставного капитала общества;

·         до выкупа всех акций, которые должны быть выкуплены в соответствии со ст. 76 Закона об АО;

·         если на день принятия такого решения общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с законодательством РФ о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате выплаты дивидендов;

·         если на день принятия такого решения стоимость чистых активов общества меньше его уставного капитала, и резервного фонда, и превышения над номинальной стоимостью определенной уставом ликвидационной стоимости размещенных привилегированных акций либо станет меньше их размера в результате принятия такого решения;

·         в иных случаях, предусмотренных федеральными законами.

 Общество не вправе принимать решение (объявлять) о выплате дивидендов (в том числе промежуточных) по обыкновенным акциям и привилегированным акциям, размер дивидендов по которым не определен, если не принято решение о выплате в полном размере дивидендов (в том числе накопленных дивидендов по кумулятивным привилегированным акциям) по всем типам привилегированных акций, размер дивидендов (в том числе промежуточных) по которым определен уставом общества (ч.2 ст. 43 Закона об АО).

Общество не вправе принимать решение (объявлять) о выплате дивидендов по привилегированным акциям определенного типа, по которым размер дивиденда определен уставом общества, если не принято решение о полной выплате дивидендов (в том числе о полной выплате всех накопленных дивидендов по кумулятивным привилегированным акциям) по всем типам привилегированных акций, предоставляющим преимущество в очередности получения дивидендов перед привилегированными акциями этого типа (ч.3 ст. 43 Закона об АО).

Согласно ч.4 ст. 43 Закона об АО общество не вправе выплачивать объявленные дивиденды по акциям:

·         если на день выплаты общество отвечает признакам банкротства в соответствии с законодательством РФ о банкротстве или если указанные признаки появятся у общества в результате выплаты дивидендов;

·         если на день выплаты стоимость чистых активов общества меньше суммы его уставного капитала, резервного фонда и превышения над номинальной стоимостью определенной уставом общества ликвидационной стоимости размещенных привилегированных акций либо станет меньше указанной суммы в результате выплаты дивидендов;

·         в иных случаях, предусмотренных федеральными законами.

4) Акционер включен в список лиц, имеющих право на дивиденды.

Согласно ч.4 ст.42 Закона об АО, в редакции, действующей в период  с ноября 2007 г. по март 2012 г., список лиц, имеющих право получения дивидендов, составляется на дату составления списка лиц, имеющих право участвовать в общем собрании акционеров, на котором принимается решение о выплате соответствующих дивидендов. Для составления списка лиц, имеющих право получения дивидендов, номинальный держатель акций представляет данные о лицах, в интересах которых он владеет акциями.

Акционер, внесенный в список и впоследствии переставший быть участником акционерного общества, сохраняет свое право на получение дивидендов (Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 26 апреля 2012 г. N ВАС-5159/12).

Выплаченные акционеру дивиденды (деньгами или имуществом) являются собственностью акционера.

Как уже отмечалось, для выплаты дивидендов необходимо, чтобы все вышеперечисленные условия наличествовали в совокупности, то есть выполнялись одновременно. В ситуации, когда хотя бы один из них не выполняется, выплата дивидендов не представляется возможной.

Важно также учитывать, что принятие решения о выплате дивидендов – это право, а не обязанность общества. Общество не может быть понуждено к выплате дивидендов в том случае, когда решение об объявлении дивидендов не принималось. Иски о выплате дивидендов возможны только в случае, если дивиденды были объявлены, но не выплачены.

Размер прибыли, направляемой на выплату дивидендов, определяется исходя из приоритетных задач, стоящих перед акционерным обществом, поэтому важнейшую роль в определении целесообразности выплаты дивидендов и максимального размера дивидендов принадлежит совету директоров (наблюдательному совету) акционерного общества.

Это связано с тем, что в корпорации соединяются различные интересы: акционеров, работников, кредиторов, государства и пр., и поэтому нельзя упрощенно понимать суть деятельности коммерческой корпорации как только лишь извлечение и распределение прибыли. Акционерное общество несет социальную ответственность перед государством и обществом, реализуя не только частные задачи повышения благосостояния акционеров, но и выполняя важные социальные задачи (создание рабочих мест, строительство и поддержание объектов социальной инфраструктуры в том числе в рамках государственно-частного партнерства и пр.).

Поэтому специальный порядок распределения прибыли служит обеспечению баланса интересов многих субъектов и социальных групп, зависящих от деятельности корпорации. Одна из задач права состоит в том, чтобы создать такой правовой режим деятельности субъектов экономики и предпринимательства, который обеспечит баланс интересов участников экономических отношений и их защиту, ликвидирует социальное неравенство.

Для решения этой задачи установлен специальный порядок распределения прибыли акционерного общества, при котором не существует непосредственной корреляции между размером полученной прибыли и размером объявляемых дивидендов. Непосредственной зависимости между чистой прибылью и размером выплачиваемых дивидендов не было исторически и не существует в настоящее время, размер дивиденда почти никогда не является пропорциональным полученной предпринимателем прибыли.

В судебной практике достаточно давно сложилась устойчивая правовая позиция, согласно которой суды отказывают в удовлетворении исков о выплате дивидендов (Постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 29 апреля 2005 г. по делу N А31-3938/12, Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 9 декабря 2009 г. по делу N А72-4090/2009, Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 1 сентября 2009 г. N А33-9804/2008). При этом не имеет правового значения даже сам факт наличия у общества возможности выплатить дивиденды, то есть факт наличия чистой прибыли.

В деле N А40-171248/2015 Арбитражный суд Московского округа указал:

даже при наличии чистой прибыли акционерное общество вправе принять решение о невыплате дивидендов; дивиденды не являются гарантированным источником доходов акционеров; принятие решения о начислении дивидендов и их выплате акционерам пропорционально размещенным акциям является правом, но не обязанностью общества.

В деле № А27-11324/2013 Седьмой арбитражный апелляционный суд, с которым в последующем согласился и суд кассационной инстанции, отметил, что:

отсутствие установленных законом ограничений на принятие решения о выплате дивидендов само по себе не означает, что общество обязано принять решение о выплате дивидендов. Соответственно, акционерное общество вправе принять решение как о начислении и выплате дивидендов, так и об обратном.

В Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 6 марта 2018 г. N Ф05-1448/18 по делу N А40-171248/2015 суд указал, ... даже при наличии чистой прибыли акционерное общество вправе принять решение о невыплате дивидендов; дивиденды не являются гарантированным источником доходов акционеров; принятие решения о начислении дивидендов и их выплате акционерам пропорционально размещенным акциям является правом, но не обязанностью общества.

В Постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2014 по делу № А27-11324/2013 суд, с которым в последующем согласился и суд кассационной инстанции, отметил, что ... отсутствие установленных законом ограничений на принятие решения о выплате дивидендов само по себе не означает, что общество обязано принять решение о выплате дивидендов. Соответственно, акционерное общество вправе принять решение как о начислении и выплате дивидендов, так и об обратном…

В свою очередь, в Определении Конституционного Суда РФ от 17 января 2017 г. N 1-О по вопросу о конституционности положений ст.32 и 42 Закона об АО по запросу миноритария дочернего общества Газпрома – АО УК Арсагера, сформулированы следующие правовые позиции:

... право заявителя как акционера на получение дивидендов в соответствующем размере и за соответствующий период, равно как и корреспондирующая этому праву обязанность АО ... полно и своевременно осуществить такую выплату могли возникнуть на основании самостоятельного юридического факта - принятия в установленном порядке соответствующего решения общим собранием акционеров этого общества.

При этом предполагается, что, приобретая акции того или иного типа, лицо принимает на себя все риски, связанные как с прибыльностью (убыточностью) деятельности общества в целом, так и с теми ограничениями, которые налагаются в силу прямого указания закона на владельцев отдельных типов акций (в частности, невозможность голосования на общих собраниях акционеров).

Соответственно, нет оснований считать, что АО "Управляющая компания «Арсагера» было лишено возможности предвидеть такие последствия приобретения им привилегированных акций АО «Газпром газораспределение Ростов-на-Дону», как неполучение им в тот или иной период ожидаемой прибыли - даже при наличии у этого акционерного общества положительного финансового результата........

Более того, в судебной практике признается даже возможность общества отменить ранее принятое решение о выплате дивидендов (например, Определение ВАС РФ от 18.11.2013 N ВАС-16283/13).

Форма выплаты дивидендов может быть денежной и неденежной. Обычно, в абсолютном большинстве случаев, дивиденды выплачиваются деньгами, но закон не запрещает передачу в счет выплаты дивидендов иного имущества, признаваемого объектом права в соответствии с законодательством, не изъятого из оборота и не ограниченного в обороте.

Выплата дивидендов имуществом практикуется преимущественно компаниями с единственным акционером и компаниями с государственным участием.

Следует отметить, что в компаниях с большим количеством акционеров выплата дивидендов в неденежной форме практически нереализуема в силу определенной специфики такой формы выплаты.

Как отмечено в Кодексе корпоративного поведения (утвержден Распоряжением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 4 апреля 2002 г. N 421/р "О рекомендации к применению Кодекса корпоративного поведения"), в случае выплаты дивидендов иным имуществом существенно затрудняется оценка реально выплаченных дивидендов, а получение дивидендов в виде такого имущества может быть сопряжено с дополнительными обязательствами для акционеров (п.2.1.1 Главы 9).

 Субъективное право акционера требовать выплаты дивидендов возникает с момента принятия общим собранием акционеров решения о выплате дивидендов.

Таким образом, в рассматриваемый период времени акционеры не могли распределить денежные средства, вырученные от реализации продукции акционерного общества, в качестве дивидендов, но могли получить дивиденды за определенный период времени (первый квартал, полугодие, девять месяцев, год) при условии, что:

1) у общества есть чистая прибыль;

2) общим собранием акционеров принято решение о выплате дивидендов;

3) у общества отсутствуют ограничения на выплату дивидендов.

4) акционер, претендующий на получение дивидендов, включен в список лиц, имеющих право на получение дивиденда. 


Отсутствие причинения вреда АО «ОХК «УРАЛХИМ» предполагаемым преступлением и необоснованность признания его гражданским истцом

В соответствии с п.1 ст.42 УПК РФ, юридическое лицо является потерпевшим в случае причинения вреда его имуществу и деловой репутации.

Согласно с п.1 ст.44 УПК РФ:

Гражданским истцом является физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением.

Согласно ст.128 ГК РФ:

К объектам гражданских прав относятся вещи, включая наличные деньги и документарные ценные бумаги, иное имущество, в том числе безналичные денежные средства, бездокументарные ценные бумаги, имущественные права; результаты работ и оказание услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

Исходя из позиции государственных обвинителей и гражданского истца, предметом хищения является только продукция ОАО «Тольяттиазот». Таким образом, предполагается причинение вреда имуществу ОАО «Тольяттиазот». Гражданский истец же, обосновывая заявленное требование, ошибочно указывает, что вред был причинен имуществу АО «ОХК «УРАЛХИМ».

Как было подробно рассмотрено ранее, дивиденды не могут выплачиваться сверх размера, установленного решением общего собрания акционеров общества; дивиденды, на получение которых у АО «ОХК «УРАЛХИМ» имелось право, были выплачены ему в полном объеме.

Как следует из материалов дела, а также текста искового заявления, в рассматриваемый период акционерами ОАО «Тольяттиазот» были приняты следующие решения, связанные с выплатой дивидендов:

·         21 марта 2009 года – принято решение о выплате дивидендов за 2008 год в общей сумме 485 580 000 рублей;

·         29 мая 2010 года – принято решение дивиденды за 2009 год не выплачивать;

·         15 марта 2011 года – принято решение о выплате дивидендов за 2010 год в общей сумме 582 693 036 рублей;

·         10 марта 2012 года – принято решение о выплате дивидендов за 2011 год в общей сумме 2 913 465 180 рублей.

В пользу АО «ОХК «УРАЛХИМ» дивиденды были выплачены в следующем размере:

·         за 2008 год: 47 262 805 рублей, из них удержан налог 4 071 374 рублей;

·         за 2009 год: 0 рублей (в связи с принятым общим собранием акционеров ОАО «Тольяттиазот» решением не выплачивать дивидендов никому из акционеров);

·         за 2010 год: 22 500 рублей, из них удержан налог 2 025 рублей (в связи с продажей АО «ОХК «УРАЛХИМ» абсолютного большинства своих акций ОАО «Сбербанк», которому и были выплачены дивиденды по этим акциям);

·         за 2011 год: 283 689 270 рублей, из них удержан налог 25 532 034 рублей.

Кроме того, по проданным АО «ОХК «УРАЛХИМ» на основании сделок купли-продажи ОАО «Сбербанк» акциям ОАО «Тольяттиазот» были выплачены в пользу ОАО «Сбербанк» дивиденды за 2010 год в размере 56 715 354 рублей, из них удержан налог в размере 5 104 382 рублей.

Указанные сведения следуют из справки ПАО «Тольяттиазот» №И-2019-ФЭБ/10-1620 от 15.03.2019 (том 511, лист дела 149).

Данные решения были приняты общим собранием акционеров ОАО «Тольяттиазот» в пределах своей компетенции в соответствии с положениями ФЗ «Об акционерных обществах» с учетом рекомендаций Совета директоров. Незаконными данные решения признаны не были, со стороны АО «ОХК «УРАЛХИМ» исковых заявлений об их обжаловании не предъявлялось. Размер подлежащих выплате дивидендов определялся в твердой сумме, а не в виде процента/доли от прибыли ОАО «Тольяттиазот» по итогам отчетного года.

Решения о выплате дивидендов по итогам 2008, 2010, 2011 годов и установлении размера подлежащих выплате дивидендов, а также решение не выплачивать по итогам 2009 года дивиденды были приняты общим собранием акционеров ОАО «Тольяттиазот», являются действительными и в установленном законом порядке не отменены, размер дивидендов определен в твердой сумме.

Как было нами подробно разобрано выше, размер прибыли ОАО «Тольяттиазот» в каком-либо из этих годов никаким образом не оказывает влияния на принятие решения о выплате или невыплате дивидендов и на размер дивидендов, об уплате которых может принять решение общее собрание акционеров.

Довод Истца о недополучении им дивидендов, основан исключительно на предположении, что, если бы в 2008, 2009, 2010 и 2011 годах ОАО «Тольяттиазот» имело большую прибыль, то общее собрание акционеров ОАО «Тольяттиазот» приняло бы решение о выплате акционерам дивидендов в большем размере. Как очевидно следует из проанализированных нами норм применимого законодательства, такое предположение не имеет под собой ни малейшей почвы.

Даже если предположить, что в рассматриваемый период времени прибыль ОАО «Тольяттиазот» была бы больше, чем фактически полученная, это не создало бы у ОАО «Тольяттиазот» обязанность выплатить своим акционерам дивиденды в большем размере по сравнению с объявленными и фактически выплаченными. У АО «ОХК «УРАЛХИМ» и иных акционеров ОАО «Тольяттиазот», соответственно, не возникало права требовать дивиденды в большем размере по сравнению с объявленными и фактически выплаченными.

Объявленные по акциям ОАО «Тольяттиазот» по итогам 2008, 2010, 2011 годов дивиденды были в установленном законом порядке выплачены лицам, имеющим право на их получение. Каких-либо претензий со стороны АО «ОХК «УРАЛХИМ» в связи с данными выплатами не поступало.

С точки зрения действующего законодательства, а также законодательства, действовавшего в период, рассматриваемый в настоящем уголовном деле, «недополученными» дивидендами можно полагать только те, которые были объявлены (по которыми было принято решение общим собранием акционеров), но не выплачены акционеру.

В отношении необъявленных дивидендов у акционеров не существует и не может существовать никаких имущественных прав, как не существует и самого такого объекта права – если решение о выплате дивидендов не принято, их размер не установлен, то такие дивиденды в принципе никогда не возникали.

Заявляя требование о возмещении якобы недополученных дивидендов, Истец фактически выражает несогласие с принятыми общим собранием акционеров ОАО «Тольяттиазот» решениями, связанными с выплатой дивидендов в 2009-2012 годах. Вместе с этим, обжалование решений общих собраний участников акционерных обществ осуществляется в ином судебном порядке – путем подачи иска в арбитражный суд.

Как мы подробно пояснили ранее, произведенная ОАО «Тольяттиазот» продукция, равно как и прибыль от ее реализации, является имуществом ОАО «Тольяттиазот» и не является имуществом его акционеров.

Как следует из приведенных выше положений УПК РФ, для признания обоснованным заявленного потерпевшим гражданского иска о возмещении вреда, причиненного преступлением, необходимо установить следующие обстоятельства:

·         вред причинен имуществу потерпевшего;

·         вред причинен непосредственно преступлением.

Ни одно из приведенных обстоятельств не подтверждается ни материалами дела, ни пояснениями представителей АО «ОХК «УРАЛХИМ».

Таким образом, независимо от обоснованности мнения некоторых участников со стороны обвинения о совершении обвиняемыми преступления, довод АО «ОХК «УРАЛХИМ» о причинении вреда его имуществу сам по себе противоречит действующему законодательству, так как АО «ОХК «УРАЛХИМ» не причинено имущественного вреда. Следовательно, АО «ОХК «УРАЛХИМ» признано потерпевшим по уголовному делу в нарушение закона и безосновательно.

Данная позиция в полной мере соответствует сложившейся судебной практике по делам с полностью аналогичными обстоятельствами, в том числе позициям Верховного Суда РФ.

Так, Определением Судебной коллегии по уголовным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19.08.2015 постановлено, что в случае хищения имущества акционерного общества имущественный вред причиняется исключительно обществу, но не его акционерам, так как они не обладают вещными правами на имущество предприятия. В таких случаях восстановление прав акционеров по общему правилу происходит путем восстановления законных прав самого общества. Как результат, вывод органов предварительного следствия и суда первой инстанции о том, что в результате хищения имущества открытого акционерного общества причинен имущественный вред его акционеру, признан необоснованным, а акционер признан потерпевшим по уголовному делу без достаточных к тому оснований.

С данной позицией согласились суды вышестоящих инстанций. Постановлением от 19.10.2015 судьи суда Ямало-Ненецкого автономного округа (И.Я. Полухятов), постановлением от 07.12.2015 судьи Верховного Суда РФ (О.К. Зателепин) было отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. Заместителем Председателя Верховного Суда РФ (В.А. Давыдов) оснований для передачи кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции усмотрено не было. 


Отсутствие у АО «ОХК «УРАЛХИМ» прав акционера ОАО «Тольяттиазот» в период с 12.11.2007 по 01.07.2008.

Из письменных доказательств, представленных в материалы настоящего уголовного дела самим потерпевшим АО «ОХК «УРАЛХИМ», однозначно прослеживается момент возникновения у данного потерпевшего права собственности на акции ОАО «Тольяттиазот» и, как результат, прав его акционера – 01.07.2008. Конкретно, это следует из выписок по счетам депо, составленных депозитариями, ответственными за ведение счетов депо АО «ОХК «УРАЛХИМ»: ЗАО «ВТБ Регистратор», ЗАО «Депозитарная компания «Уралсиб», ПАО «Сбербанк России», ООО «Уралсиб Капитал», «ИНГ Банк Евразия» (ЗАО) –  т. 425 л.д. 213-241.

Начало течения периода предполагаемого некоторыми участниками со стороны обвинения преступления относится к существенно более ранней дате, а именно 12.11.2007. При этом АО «ОХК «УРАЛХИМ» не указывает на причинение ему ущерба в результате предполагаемого преступления начиная с даты 01.07.2008, начиная с которой он впервые стал акционером ОАО «Тольяттиазот».

Очевидно, что между 12.11.2007 и 01.07.2008 ущерб АО «ОХК «УРАЛХИМ», неразрывно связанный с его статусом акционера ОАО «Тольяттиазот», причинен быть никак не мог просто по причине отсутствия у потерпевшего такого статуса. Это прямо подтверждается письменными доказательствами, содержащимися в томе 425 дела.

В данном контексте не имеет правового значения и ссылка АО «ОХК «УРАЛХИМ» на момент возникновения у акционеров ОАО «Тольяттиазот» права на получение дивидендов по результатам 2008 года. Такое решение было принято общим собранием акционеров 21.03.2009. Оно не наделяет и по закону не может наделять АО «ОХК «УРАЛХИМ» правами акционера ОАО «Тольяттиазот» в период до 01.07.2008.

Также, в своих исковых требованиях, заявленных по данному уголовному делу, гражданский истец АО «ОХК «УРАЛХИМ» именует предъявленные им ко взысканию суммы дивидендами. При этом, однако, расчет этих сумм однозначно определяет их как долю в выручке ОАО «Тольяттиазот» от реализации определенных видов продукции в конкретные периоды. Не останавливаясь в рамках данного пункта на обоснованности подобных притязаний гражданского истца, отмечаем, что выручка возникала у ОАО «Тольяттиазот» вовсе не в даты принятия общим собранием его акционеров решений о выплате дивидендов, а равномерно в течение каждого года по мере деятельности по производству продукции и ее реализации. Кроме того, дивиденды не являются производными от выручки, так как закон определяет их как часть совершенно иной величины – чистой прибыли общества. Далее, наличие выручки не подразумевает возникновение у акционерного общества чистой прибыли, так как величина издержек общества, а также налоговых выплат и иных обязательных платежей, может превышать сумму выручки, результатом чего явится убыток и невозможность в силу закона выплачивать дивиденды. 


Отсутствие у АО «ОХК «УРАЛХИМ» прав акционера ОАО «Тольяттиазот» в период с 30.11.2009 года по 02.11.2011 года в заявленном им в гражданском иске объеме.

Согласно тексту гражданского иска, АО «ОХК «УРАЛХИМ», обосновывая свое право на получение заявленной суммы дивидендов, указывает, что в период, когда ему якобы был причинен вред (2008 – 2012 годы), Истец являлся собственником пакета акций ОАО «Тольяттиазот» в размере 9,737177% от общего числа акций.

Указанное, однако, опровергается материалами настоящего уголовного дела.

Как следует из материалов дела, между АО «ОХК «УРАЛХИМ» и ОАО «Сбербанк» были заключены следующие договоры репо:

·         30 ноября 2009 года в отношении принадлежащих АО «ОХК «УРАЛХИМ» акций ОАО «Тольяттиазот» в количестве 9 452 561 штук (9,733318% от общего числа акций) заключен договор №14/СА-А купли-продажи ценных бумаг с обязательством обратной продажи-выкупа сроком до 15 ноября 2010 года,

·         13 ноября 2010 года в отношении принадлежащих АО «ОХК «УРАЛХИМ» акций ОАО «Тольяттиазот» в количестве 9 452 559 штук (9,733316% от общего числа акций)  заключены договоры №03/СА-А; №04/СА-А; №05/СА-А купли-продажи ценных бумаг с обязательством обратной продажи-выкупа сроком до 02 ноября 2011 года.

Согласно условиям приведенных договоров, АО «ОХК «УРАЛХИМ» обязуется передать, а ОАО «Сбербанк» принять и оплатить принадлежащие АО «ОХК «УРАЛХИМ» акции ОАО «Тольяттиазот».

Как признает сам АО «ОХК «УРАЛХИМ», данные сделки были исполнены, в период с 30 ноября 2009 года по 02 ноября 2011 года АО «ОХК «УРАЛХИМ» собственником переданных акций ОАО «Тольяттиазот» не являлся, собственником данных ранее принадлежавших АО «ОХК «УРАЛХИМ» акций являлось ОАО «Сбербанк».

Ссылка представителя АО «ОХК «УРАЛХИМ» на то, что в рамках сделок репо представляемое им лицо являлось «экономическим собственником» всего пакета акций в размере порядка 10%, и в силу этого имело всю полноту прав акционера ОАО «Тольяттиазот» в отношении того же пакета, несмотря на отсутствие права собственности на акции, не выдерживает никакой критики.

Как было подробно исследовано нами ранее, права акционера, включая право на получение дивидендов, неразрывно связаны с правом собственности на акции.

Понятие «экономического собственника» не предусмотрено никакими нормами законодательства РФ и используется АО «ОХК «УРАЛХИМ» только для того, чтобы не называть вещей своими именами. Конкретно, таким образом представитель гражданского истца пытается укрыть почти полную утрату АО «ОХК «УРАЛХИМ» статуса акционера ОАО «Тольяттиазот» после продажи почти всех своих акций в пользу ОАО «Сбербанк» (с соответствующим переходом всех прав акционера к ОАО «Сбербанк»). Также он пытается укрыть и представление на общем собрании акционеров ОАО «Тольяттиазот» посланником АО «ОХК «УРАЛХИМ» интересов не этой компании, а ОАО «Сбербанк» на основании доверенности от ОАО «Сбербанк», без какого-либо перехода к АО «ОХК «УРАЛХИМ» права собственности на акции и неразрывно связанного с ним права на получение дивидендов в результате выдачи такой доверенности.

В результате совершений сделок репо право собственности на акции, а следовательно и все неразрывно вытекающие из него права акционера, в установленном договорами РЕПО количестве полностью перешли от АО «ОХК «УРАЛХИМ» к ОАО «Сбербанк». Участвовавшее в общих собраниях акционеров ОАО «Тольяттиазот» в этот период лицо, осуществлявшее права по проданных в пользу ОАО «Сбербанк» акциям, действовало на нем как представитель ОАО «Сбербанк» по доверенности и ничем в этом плане не отличалось от представителей других акционеров ОАО «Тольяттиазот». Представитель АО «ОХК «УРАЛХИМ» на этих собраниях голосовал и иным образом осуществлял права акционера не по проданному в пользу ОАО «Сбербанк» пакету акций, а лишь по тому микроскопическому пакету акций ОАО «Тольяттиазот», который еще оставался у АО «ОХК «УРАЛХИМ». Даже если это было одно и то же физическое лицо, оно действовало отдельно от двух различных юридических лиц – АО «ОХК «УРАЛХИМ» и ОАО «Сбербанк», согласно данным каждым из этих лиц указаниям по порядку голосования, заполняло от их имени разные комплекты бюллетеней для голосования, его голоса от каждой из компаний учитывались раздельно именно как голоса АО «ОХК «УРАЛХИМ» и голоса ОАО «Сбербанк».

Оставшийся у АО «ОХК «Уралхим» пакет акций после передачи акций в пользу ОАО «Сбербанк» по вышеуказанным договорам составлял, соответственно, в период с ноября 2009 по ноябрь 2010 – 0,00385% и в период с ноября 2010 по ноябрь 2011 – 0,003861% от общего числа акций ОАО «Тольяттиазот».

Переход права собственности на акции по договорам РЕПО также подтверждается и ФЗ «О рынке ценных бумаг», согласно п.1 ст.51.3 которого:

договором репо признается договор, по которому одна сторона (продавец по договору репо) обязуется в срок, установленный этим договором, передать в собственность другой стороне (покупателю по договору репо) ценные бумаги, а покупатель по договору репо обязуется принять ценные бумаги и уплатить за них определенную денежную сумму (первая часть договора репо) и по которому покупатель по договору репо обязуется в срок, установленный этим договором, передать ценные бумаги в собственность продавца по договору репо, а продавец по договору репо обязуется принять ценные бумаги и уплатить за них определенную денежную сумму (вторая часть договора репо).

В соответствии со ст.31 ФЗ «Об акционерных обществах», право участвовать в общем собрании акционеров с правом голоса по всем вопросам его компетенции, а также право на получение дивидендов имеют акционеры – владельцы обыкновенных акций общества. Таким образом, поскольку в период с 30 ноября 2009 года по 02 ноября 2011 года АО «ОХК «УРАЛХИМ» акционером ОАО «Тольяттиазот» с пакетом акций в рзмере почти 10% не являлся, у АО «ОХК «УРАЛХИМ» оставалось в собственности менее 0,004% акций ОАО «Тольяттиазот».

Исходя из пояснений представителя АО «ОХК «УРАЛХИМ» А.В. Ермизина, данных им в судебных заседаниях 17.05.2018 и 17.01.2019, в приведенный период ОАО «Сбербанк» выдавало АО «ОХК «УРАЛХИМ» доверенности на участие от его имени в голосовании по принадлежащим ОАО «Сбербанк» акциям по всем вопросам повестки дня собрания акционеров ОАО «Тольяттиазот».

Согласно ч.1 ст.185 ГК РФ

доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

Таким образом, в приведенный период, когда АО «ОХК «УРАЛХИМ» передал акции ОАО «Тольяттиазот» по договорам РЕПО, представитель АО «ОХК «УРАЛХИМ», принимая участие в голосовании по принадлежащим ОАО «Сбербанк» акциям по всем вопросам повестки дня общего собрания акционеров ОАО «Тольяттиазот», лишь действовал в интересах ОАО «Сбербанк», представляя его интересы на основании выданной доверенности. АО «ОХК «УРАЛХИМ» в своих интересах правами акционера ОАО «Тольяттиазот» по акциям, переданным в пользу ОАО «Сбербанк» не распоряжался ввиду фактического отсутствия таких прав.

Также, согласно показаниям Ермизина А.В., в приведенный период ОАО «Тольяттиазот» в пользу АО «ОХК «УРАЛХИМ» по акциям, являвшимся предметом договоров РЕПО, дивиденды не выплачивал. Договорами РЕПО была установлена обязанность ОАО «Сбербанк» перечислить в адрес АО «ОХК «УРАЛХИМ» сумму полученных от ОАО «Тольяттиазот» дивидендов в случае поступления таковых. То есть право получения дивидендов по акциям ОАО «Тольяттиазот», переданных по договорам РЕПО, в период с 30 ноября 2009 года по 02 ноября 2011 года принадлежало ОАО «Сбербанк» - акционеру ОАО «Тольяттиазот» и отсутствовало у АО «ОХК «УРАЛХИМ».

Последующая обязанность ОАО «Сбербанк» перечислить полученную от ОАО «Тольяттиазот» сумму в адрес АО «ОХК «Уралхим» возникала из договорных отношений по договорам РЕПО, а не из корпоративных отношений между эмитентом и акционером. Она никаким образом не затрагивала права и обязанности ОАО «Тольяттиазот» и не создавало для АО «ОХК «УРАЛХИМ» каких-либо прав требования в отношении ОАО «Тольяттиазот».

 

Иные основания необоснованности требований АО «ОХК «УРАЛХИМ», заявленных от собственного имени 

Отсутствие ответственности ООО «Томет» и иных гражданских ответчиков по требованиям АО «ОХК «УРАЛХИМ» за вред независимо от наличия или отсутствия преступления.

Согласно ч.1 ст.54 УПК РФ:

 в качестве гражданского ответчика может быть привлечено физическое или юридическое лицо, которое в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации несет ответственность за вред, причиненный преступлением.

По общему правилу ч.1 ст.1064 ГК РФ таким лицом является или непосредственный причинитель вреда, или, в прямо установленных законом случаях, иное лицо.

Таким образом, законодательство устанавливает следующие обязательные условия установления ответственности за вред, причиненный преступлением:

·         ответственность за вред установлена ГК РФ;

·         ответственность возникает за имущественный и моральный вред, причиненный непосредственно преступлением;

·         ответственность возникает перед лицами, вред которым причинен непосредственно преступлением;

·         совершившее преступление лицо несет ответственность за свои виновные действия или, в прямо установленных законом случаях, ответственность за совершившее преступление лицо несут вместо него другие лица.

Как мы уже пояснили, вменяемое подсудимым по настоящему уголовному делу преступление в любом случае, независимо от его наличия, в принципе не могло причинить вред имуществу АО «ОХК «УРАЛХИМ».

Вместе с этим, вне зависимости от необоснованности требований, заявленных к подсудимым, ни ООО «ТОМЕТ», ни кто-либо другой из остальных 14 ответчиков – юридических лиц не могут нести ответственность за якобы совершенное подсудимыми преступление.

По мнению представителей АО «ОХК «УРАЛХИМ», изложенному в гражданском иске, российское законодательство содержит правовые основания для привлечения к солидарной ответственности ООО «ТОМЕТ» и перечисленных иностранных компаний за предполагаемые незаконные действия подсудимых. Этот довод якобы основан на представленных АО «ОХК «Уралхим» трех письменных мнениях специалистов.

Вместе с тем, как следует из текста этих документов, вопрос об ответственности юридических лиц не входил в предмет исследования.

Важно отметить, что юридическое лицо не может являться соучастником преступления в силу ст. 19 УК РФ, так как не является субъектом уголовного права. Соответственно, юридическое лицо не может и причинять вред преступлением, так как в принципе не способно совершить преступление согласно российскому закону. Гражданским ответчиком в уголовном деле юридическое лицо может выступать исключительно в том случае, когда законом прямо предусмотрена его ответственность за действия физического лица, совершившего преступление.

Однако, к предмету исследования специалистами относилась совершенно иная ситуация.

Как следует из заключений специалистов, которые представило АО «ОХК «УРАЛХИМ», они основаны не на исследованных материалах дела или обвинительном заключении, а на умозаключениях представителя АО «ОХК «УРАЛХИМ» адвоката А.В. Низова, представившего специалистам свое видение дела, в теоретической форме. Адвокатом при постановке вопросов перед специалистами была описана ситуация, когда юридическое лицо выступает орудием преступления, совершенного физическим лицом. Исходя из такой формулировки задачи, специалисты исследовали не ситуацию, когда компания несет ответственность за физическое лицо, несмотря на отсутствие влекущих вред действий со своей стороны, а принципиально другую - в которой физическое лицо и компания «равноценно» и непосредственно соучаствуют в совершении преступления и являются сопричинителями вреда из него.

Вследствие этого специалисты указали на нормы ст.1080 ГК РФ о солидарной ответственности сопричинителей вреда. Однако ни на какие нормы российского законодательства, которые устанавливали бы ответственность компании за физическое лицо без преступных или иных действий с ее стороны ни один из специалистов не сослался.

В обвинительном заключении отсутствуют указания на то, что перечисленные Истцом юридические лица выступали орудием предполагаемого преступления или сопричинителями вреда наряду с подсудимыми. Таким образом, выводы специалистов о порядке применения ст. 1080 ГК РФ в любом случае не имеют отношения к оценке приписанных подсудимым деяний.

Необоснованной является и ссылка АО «ОХК «УРАЛХИМ» на ст.93 Закона «Об акционерных обществах». Участниками гражданско-правовых отношений по данной норме являются общество и его аффилированное лицо, а основанием возникновения правоотношений выступает вред, причиненный этим лицом компании вследствие ненадлежащего информирования об установленных законом фактах.

Однако, из совокупных положений ст. 31, 42, 44 УПК РФ следует, что гражданский иск, подлежащий разрешению при рассмотрении уголовного дела, должен быть прямо связан с преступлением. Следовательно, применительно к рассматриваемому делу и с учетом ст. 159 УК РФ суд не вправе рассматривать никакие иные исковые требования, кроме как связанные с возмещением реального ущерба, причиненного непосредственно преступлением лицами, являющимися подсудимыми.

Согласно ст. 1064 ГК РФ, обязанность возмещения вреда может быть законом возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Эта формулировка означает, что законом должна быть напрямую предусмотрена специальная ответственность невиновного лица за действия лица, виновно причинившего вред. Такими случаями в соответствии с ГК РФ являются, например, ответственность страховщика за застрахованное лицо; ответственность работодателя за вред, причиненный работником; ответственность казны Российской Федерации за вред, причиненный государственными органами и их должностными лицами; ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда; ответственность родителей за вред, причиненный их детьми и так далее.

Однако положения ст. 84 и ст. 93 Закона «Об акционерных обществах», на которые ссылаются представители АО «ОХК «УРАЛХИМ», не предусматривают ответственность юридического лица за виновные действия другого лица, причинившего вред. Эти положения закона регулируют совершенно иные гражданско-правовые отношения, выходящие за пределы возмещения ущерба, причиненного предполагаемым хищением продукции ОАО «Тольяттиазот» лицами, которых представители государственного обвинения и гражданские истцы полагают причастными к совершению преступлений, и предусматривают самостоятельные способы защиты права.

 Отдельно необходимо отметить использование в обосновании гражданского иска обстоятельств, которые представители потерпевшего по непонятной причине именуют установленными. В гражданском иске указано, будто материалами дела установлено, что 100% доля компании TRIUMPH DEVELOPMENT LIMITED в ООО «ТОМЕТ» является собственностью Циви Э.Г. и, соответственно, ООО «ТОМЕТ» является собственностью Э.Г. Циви.

Эти утверждения не только противоречат действительности, о чем мы подробно расскажем далее, но и не соответствуют уголовно-процессуальному закону. В действительности обстоятельства, которые представители потерпевшего именуют «установленными», входят в предмет доказывания по настоящему уголовному делу и могут считаться установленными только вступившим в законную силу приговором суда.

Точно так же, только вступившим в законную силу приговором суда может быть установлен факт владения подсудимыми рядом компаний, включая других гражданских ответчиков по делу, и их причастности к совершению какого-либо преступления.

 Как уже указывалось выше, ответственность за совершившее преступление лицо несут вместо него другие лица только в прямо установленных законом случаях. Следовательно, вне зависимости от очевидной необоснованности доводов Истца о том, что Э.Г. Циви является собственником компании TRIUMPH DEVELOPMENT LIMITED, являющейся учредителем ООО «ТОМЕТ», ООО «ТОМЕТ» в любом случае не несет ответственности по обязательствам своего учредителя – компании TRIUMPH DEVELOPMENT LIMITED, равно как и по обязательствам собственников компании TRIUMPH DEVELOPMENT LIMITED в силу прямого указания закона на отсутствие ответственности обществ с ограниченной ответственностью по обязательствам своих участников (ч.1 ст.3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»). 


Невозможность требовать в судебном порядке уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами по требованию АО «ОХК «УРАЛХИМ» о возмещении вреда, причиненного преступлением, заявленному им от собственного имени, за период, предшествующий вступлению в силу приговора суда

Исходя из текста искового заявления, помимо взыскания основного долга, гражданский истец также полагает подлежащими взысканию и начисляемые проценты за пользование чужими денежными средствами, исчисляемыми в порядке ст.395 ГК РФ. Срок начисления этих процентов исчисляется за период с даты окончания предельного срока выплаты ОАО «Тольяттиазот» дивидендов за 2008-2011 годы по произвольно выбранную дату 24.07.2017.

Как мы ранее пояснили, данную часть заявленных к взысканию сумм гражданский истец АО «ОХК «УРАЛХИМ» именует «недополученной прибылью ОАО «Тольяттиазот», «утраченными дивидендами», «долей АО «ОХК «УРАЛХИМ» в общей рыночной цене реализованной продукции». При этом он по каким-то причинам избегает надлежащего пояснения относительно правовой природы своих притязаний на долю в выручке другого юридического лица, но привязывает сроки предполагаемых выплат к датам, вытекающим из регулирования сроков выплаты дивидендов лицам, которым такие выплаты причитаются по закону.

Вместе с тем, независимо от реальной правовой природы суммы так называемого основного долга, проценты за пользование чужими денежными средствами не могут быть начислены на нее в принципе.

На основании п. 1 ст. 395 ГК РФ, в редакции, действовавшей до 01 июня 2015 года, за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо - в месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. При взыскании долга в судебном порядке суд может удовлетворить требование кредитора, исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения решения. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Относительно права кредитора начислить проценты на основании ст. 395 ГК РФ по обязательствам о возмещении вреда Верховный Суд Российской Федерации в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08 октября 1998 года N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами", действовавшим до 24 марта 2016 года, разъяснил, что:

В том случае, когда суд возлагает на сторону обязанность возместить вред в деньгах, на стороне причинителя вреда возникает денежное обязательство по уплате определенных судом сумм. С момента, когда решение суда вступило в законную силу, если иной момент не указан в законе, на сумму, определенную в решении при просрочке ее уплаты должником, кредитор вправе начислить проценты на основании п. 1 ст. 395 ГК РФ.

Таким образом за период до момента вступления в силу судебного акта, которым на причинителя вреда может быть возложена обязанность по уплате определенных судом сумм, у кредитора отсутствует право начислить проценты на основании ст. 395 ГК РФ. Требование о взыскании таких процентов не подлежит удовлетворению судом.

Аналогичную позицию занимает Верховный Суд Российской Федерации и в отношении обязанности причинителя вреда по уплате процентов. Так, в п. 57 постановления Пленума от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" указано, что:

обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

Данная позиция находит полное отражение в практике Самарского областного суда. В частности, апелляционное определение от 29.06.2018 по делу N 33-7675/2018 применяет ровно такую же позицию при вынесении судебного акта об изменении решения суда первой инстанции (Центрального районного суда г. Тольятти) в части отказа во взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период, предшествовавший вынесению окончательного судебного акта по уголовному делу.

До вступления в силу судебного акта, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, у причинителя вреда не имеется обязательства о возмещении убытков. В этой связи не подлежит применению и ст. 395 ГК РФ, устанавливающая ответственность за неисполнение обязательства, поскольку само обязательство отсутствует.

Таким образом, вне зависимости от необоснованности требования АО «ОХК «УРАЛХИМ» о взыскании в свою пользу основного долга, является незаконным требование АО «ОХК «УРАЛХИМ» о взыскании процентов на сумму основного долга в порядке ст.395 ГК РФ за период до установления обязанности гражданских ответчиков возместить вред по настоящему делу. 


Невозможность взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами по требованиям от имени АО «ОХК «УРАЛХИМ» с лиц, не являющихся плательщиками дивидендов.

С учетом приведенного гражданским истцом обоснования необходимости взыскания суммы основного долга, требование АО «ОХК «УРАЛХИМ» о взыскании процентов на сумму основного долга в порядке ст.395 ГК РФ с гражданских ответчиков выглядит особенно абсурдно.

Как следует из одной из версий предложенного гражданским истцом обоснования исковых требований, сумму основного долга составляют «утраченные дивиденды» АО «ОХК «УРАЛХИМ». Обязанность выплаты дивидендов своим акционерам возложена законом на эмитента, то есть в данном случае - на ОАО «Тольяттиазот», так что о сроке исполнения такого обязательства речь может вестись исключительно применительно к ОАО «Тольяттиазот».

Применительно же к гражданским ответчикам, ни о каком применимом к ним сроке выплаты дивидендов речи вестись не может. У гражданских ответчиков по настоящему делу не имеется и не имелось обязательств по осуществлению выплаты заявленных в исковом заявлении сумм в пользу Истца. Тем более, не имелось у них такого обязательства в установленный законом и учредительными документами ОАО «Тольяттиазот» для выплаты дивидендов срок.

Даже гражданский истец, причем в данном случае обоснованно, не указывает, что у кого-либо из лиц, являющихся гражданскими ответчиками, имелось обязательство по выплате в его пользу суммы денежных средств, заявленной в гражданском иске, и не приводит сроков возникновения такого обязательства.

Это также подтверждает невозможность начисления на суммы якобы подлежащих выплате дивидендов процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст.395 ГК РФ. Поскольку само обязательство отсутствовало, отсутствовал и срок его исполнения, вследствие чего и исполнение такого обязательства не могло быть просрочено в принципе. 


О пропуске АО «ОХК «УРАЛХИМ» срока исковой давности по требованиям, заявленных им от собственного имени

Согласно ч. 2 ст. 44 УПК РФ:

Гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции.

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ:

Основание гражданского иска, характер и размер вреда, причиненного преступлением, подлежит доказыванию по уголовному делу. Доказывание производится по правилам уголовно-процессуального законодательства.

Следует отметить, что при рассмотрении гражданского иска в уголовном деле процессуальные вопросы такого иска решаются по нормам уголовного законодательства, а материально-правовые вопросы - по нормам гражданского законодательства. Следовательно, при определении гражданской ответственности, размера возмещаемого ущерба и порядка возмещения, должны применяться правила гражданского законодательства.

Согласно статье 196 ГК РФ, общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Как следует из текста искового заявления, Истец необоснованно полагает, что ему был причинен вред преступлением, поскольку были недополучены дивиденды, якобы подлежавшие выплате, соответственно:

·         за 2008 год – не позднее 21 марта 2010 года (таким образом, требование об их возмещении могло быть предъявлено не позднее 21 марта 2013 года);

·         за 2009 год – не позднее 31 мая 2011 года (таким образом, требование об их возмещении могло быть предъявлено не позднее 31 мая 2014 года);

·         за 2010 год – не позднее 15 мая 2011 года (таким образом, требование об их возмещении могло быть предъявлено не позднее 15 мая 2014 года);

·         за 2011 год – не позднее 12 мая 2012 года (таким образом, требование об их возмещении могло быть предъявлено не позднее 12 мая 2015 года).

Вместе с этим, как следует из материалов уголовного дела, впервые к ООО «ТОМЕТ» исковые требования были предъявлены 23 июня 2015 года, сумма исковых требований составляла 3 823 500 401,13 рублей.

Таким образом, на момент предъявления требований к ООО «ТОМЕТ» срок исковой давности был пропущен – настоящим заявляем о пропуске срока исковой давности.

К гражданским ответчикам – иностранным юридическим лицам исковые требования были предъявлены в ноябре 2018 года.

Таким образом, на момент предъявления требований к Bairiki Inc., Kamara Ltd., Instantania Holdings Ltd., Trafalgar Development Ltd., MAXIM INVEST & FINANCE INC, Ameropa AG, Ameropa Holding AG, Arodoet Enterprises Limited, Kizzie Consulting Limited, Farodot Consulting Limited, Florenta Management Limited, Evanda Holdings Limited, TRIUMPH DEVELOPMENT LIMITED срок исковой давности был пропущен – настоящим заявляем о пропуске срока исковой давности.

 

О необоснованности заявленных АО «ОХК «УРАЛХИМ» требований о взыскании денежных средств в пользу ПАО «Тольяттиазот» в счет вреда, причиненного преступлением 

Невозможность рассмотрения требования о привлечении к ответственности лиц в порядке ст. 71 ФЗ «Об акционерных обществах» в порядке уголовного судопроизводства

Как следует из текста искового заявления, гражданский истец АО «ОХК «УРАЛХИМ» обосновывает свое право обратиться с иском о взыскании в пользу ПАО «Тольяттиазот» убытков, якобы причиненных совершенным преступлением, положениями статьи 71 ФЗ «Об акционерных обществах».

Согласно п.5 ст.71 ФЗ «Об акционерных обществах»:

Общество или акционер (акционеры), владеющие в совокупности не менее чем 1 процентом размещенных обыкновенных акций общества, вправе обратиться в суд с иском к члену совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору), временному единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору), члену коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и к управляющей организации (управляющему) о возмещении причиненных обществу убытков в случае, предусмотренном абзацем первым пункта 2 настоящей статьи.

Согласно п.2 ст.71 ФЗ «Об акционерных обществах»:

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

Вместе с этим, согласно ч.1 ст.54 УПК РФ в качестве гражданского ответчика может быть привлечено физическое или юридическое лицо, которое в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации несет ответственность за вред, причиненный преступлением.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены ст. 1064 ГК РФ, на которую также ссылается Истец в исковом заявлении. Ст. 1064 ГК РФ устанавливает самостоятельное основание ответственности за вред, причиненный имуществу лица, который подлежит возмещению именно тем лицом, которое причинило вред.

Ст.71 ФЗ «Об акционерных обществах», в свою очередь, устанавливает специальное основание ответственности за виновные действия исключительно в сфере реализации лицами полномочий органов управления акционерных обществ. При этом в силу прямого указания закона, такое основание ответственности может быть применено только в отсутствие иных установленных федеральными законами оснований ответственности.

Отдельно необходимо отметить, что ст.53.1 и 65.2 ГК РФ, на которые ссылается Истец в обоснование заявленного требования, не подлежат применению, поскольку они вступили в законную силу уже после момента предполагаемого причинения ущерба ответчиками. Статьи 53.1 и 65.2 ГК РФ вступили в силу лишь с 01 сентября 2014 года, ранее аналогичных специальных норм ГК РФ не содержал. Обратной силы данным нормам законом не предоставлено.

Дополнительно к своей неприменимости к рассматриваемым правоотношениям, ст.53.1 и 65.2 ГК РФ, равно как и ст. 1064 ГК РФ также и не устанавливают специальной ответственности за виновные действия в сфере реализации лицами полномочий органов управления акционерных обществ, которая установлена ст.71 ФЗ «Об акционерных обществах».

Поскольку в силу ч.1 ст.54 УПК РФ не могут быть привлечены в качестве гражданских ответчиков лица, несущие ответственность по иным основаниям, кроме как установленным ГК РФ, предъявление в рамках гражданского иска в уголовном процессе требования к гражданским ответчикам о привлечении их к ответственности в порядке ст.71 ФЗ «Об акционерных обществах» неправомерно и противоречит УПК РФ, поскольку такая ответственность является специальной и не установлена ГК РФ.

Также не установлено ГК РФ и права участника акционерного общества заявлять в пользу акционерного общества, акционером которого он является, иски о возмещении причиненного акционерному обществу вреда.

Требование о привлечении к ответственности лиц в порядке ст. 71 ФЗ «Об акционерных обществах» является корпоративным спором и подлежит рассмотрению в порядке арбитражного судопроизводства (п.2 ч.6 ст.27 АПК РФ, глава 28.1 АПК РФ).

Согласно п.9 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»:

Требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 ГК РФ, в том числе в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или возражений на статью 277 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом с учетом положений пункта 4 статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) споры по искам о привлечении к ответственности лиц, входящих или входивших в состав органов управления юридического лица, в том числе в соответствии с абзацем первым статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации, являются корпоративными, дела по таким спорам подведомственны арбитражным судам (пункт 2 части 1 статьи 33 АПК РФ) и подлежат рассмотрению по правилам главы 28.1 АПК РФ.

Данное положение находит применение и в последующей судебной практике Верховного Суда РФ. Например, Определение Верховного Суда РФ от 17.06.2015 по делу №305-ЭС15-5754, А40-164985/14 устанавливает:

Таким образом, требование о возмещении убытков, предъявленное к ответчику как бывшему руководителю юридического лица, является корпоративным спором и отнесено законом к подведомственности арбитражных судов, поэтому судом кассационной инстанции дело обоснованно направлено в Арбитражный суд города Москвы для рассмотрения по существу.

Правовая квалификация предъявленного требования соответствуют действующим разъяснениям, данным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», и разделению компетенции судов различных систем.

Ссылка АО «ОХК «УРАЛХИМ» на положения ч.10 ст.31 УПК РФ не опровергает вышеизложенной позиции, поскольку в уголовном судопроизводстве в рамках гражданского иска к гражданскому ответчику могут быть рассмотрены только требования, основанные на ответственности, установленной ГК РФ, в силу прямого указания на то ст.54 УПК РФ. Требования, основанные на ответственности, установленной ст.71 ФЗ «Об акционерных обществах», не могут являться предметом гражданского иска в уголовном процессе, подлежат рассмотрению исключительно в рамках арбитражного судопроизводства в соответствии с правилами подведомственности, установленными АПК РФ.

Таким образом, требование АО «ОХК «УРАЛХИМ» о возмещении в пользу ПАО «Тольяттиазот» вреда, причиненного преступлением, основанное на положениях ст.71 ФЗ «Об акционерных обществах», не может быть удовлетворено, поскольку вообще не подлежит рассмотрению в порядке уголовного судопроизводства. 


Исковые требования в порядке ст.71 ФЗ «Об акционерных обществах» не могут быть адресованы ООО «ТОМЕТ», юридическим лицам - гражданским ответчикам по данному уголовному делу, иностранным физическим лицам А. Циви и Б. Рупрехту-Ведемайеру

Как уже указывалось выше, возможность предъявления иска акционером о возмещении причиненных акционерному обществу убытков установлена п.5 ст.71 ФЗ «Об акционерных обществах».

При этом в данной статье определен исчерпывающий список ответчиков, к которым может быть предъявлен такой иск. Акционер вправе обратиться в суд с таким иском к следующим лицам:

·         члену совета директоров (наблюдательного совета) общества,

·         единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору),

·         временному единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору),

·         члену коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции),

·         управляющей организации (управляющему).

Вместе с этим, АО «ОХК «УРАЛХИМ»заявляет в порядке ст.71 ФЗ «Об акционерных обществах» требование к 20-ти ответчикам, из которых только три (Махлай В.Н., Махлай С.В., Королев Е.А.) входили в состав органов управления ОАО «Тольяттиазот».

Мы уже подробно останавливались на том, что ООО «ТОМЕТ» является самостоятельным юридическим лицом и в соответствии с ГК РФ, ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не несет ответственность за вред, причиненный необоснованно вменяемым подсудимым по настоящему уголовному делу преступлением.

Эта же позиция в полной мере применима и к иным юридическим лицам – гражданским ответчикам.

Ни ООО «ТОМЕТ», ни иные перечисленные в исковом заявлении юридические лица никогда не являлись управляющей организацией ОАО «Тольяттиазот». Соответственно, ни ООО «ТОМЕТ», ни иные перечисленные в исковом заявлении юридические лица никогда не осуществляли в отношении ОАО «Тольяттиазот» действий, связанных с реализацией прав и обязанностей управляющей организации. Поскольку такие действия никогда не осуществлялись, такими не имевшими места действиями в принципе не могли быть причинены убытки ПАО «Тольяттиазот».

Это в полной мере справедливо и в отношении обвиняемых А. Циви и Б. Рупрехта-Ведемайера, которые никогда не являлись членами совета директоров (наблюдательного совета), единоличным исполнительным органом (директор, генеральный директор), временным единоличным исполнительным органом, членами коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции), либо управляющим ОАО «Тольяттиазот».

Вместе с этим, обязательным условием привлечения лица к ответственности в порядке ст.71 ФЗ «Об акционерных обществах» является совершение лицами, входящими в состав органов управления акционерного общества, при осуществлении своих полномочий виновных действий, причинивших убыток акционерному обществу.

Таким образом, ООО «ТОМЕТ», иные юридические лица, являющиеся гражданскими ответчиками по настоящему делу, а также А. Циви, Б. Рупрехт-Ведемайер, вообще не могут выступать ответчиками по требованию о взыскании убытков в пользу ПАО «Тольяттиазот», заявленному его акционером в порядке ст. 71 ФЗ «Об акционерных обществах».

 

Гражданским истцом пропущен срок исковой давности по заявленному АО «ОХК «УРАЛХИМ» в пользу ПАО «Тольяттиазот» требованию.

Согласно ч.1 ст.196 ГК РФ:

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч.1 ст.200 ГК РФ:

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п.10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»:

Арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ). В связи с этим не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником юридического лица. Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица.

Предполагаемые действия руководителей ОАО «Тольяттиазот», якобы причинившие ОАО «Тольяттиазот» убытки, описаны самим АО «ОХК «УРАЛХИМ» в процессуальных документах по данному уголовному делу еще в 2012 году, причем таким же образом, как излагается позиция данного гражданского истца в настоящее время.

15 февраля 2012 года АО «ОХК «УРАЛХИМ» в материалы уголовного дела было представлено исковое заявление о возмещении в пользу АО «ОХК «УРАЛХИМ» вреда, причиненного предполагаемым преступлением.  При этом состав руководящих лиц ОАО «Тольяттиазот» также был известен Истцу и был указан в исковом заявлении.

Вместе с этим, с исковым заявлением от имени ПАО «Тольяттиазот» о возмещении вреда, причиненного преступлением, АО «ОХК «УРАЛХИМ» обратился только в 2017 году, то есть спустя пять лет после того, как Истцу уже очевидно было известно как о действиях руководителей ПАО «Тольяттиазот», якобы причинивших ПАО «Тольяттиазот» убытки, так и о персональном составе таких руководителей.

При этом доказательств обращения в ОАО «Тольяттиазот» с просьбой обратиться в суд с подобным иском или иного досудебного урегулирования спора гражданский истец не представил.

Таким образом, поскольку требование о возмещении вреда, причиненного преступлением, в пользу ПАО «Тольяттиазот» было заявлено АО «ОХК «УРАЛХИМ» спустя пять лет после того, как Истцу уже было известно об обстоятельствах предполагаемого причинения вреда, на момент предъявления такого требования срок исковой давности был пропущен.

Настоящим ООО «Томет» заявлет о пропуске срока исковой давности по всем заявленнм требованиям.

 

Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованиям, заявленным АО «ОХК «УРАЛХИМ» от имени ПАО «Тольяттиазот», не могут быть начислены без установления обязанности ответчиков возместить вред и не могут быть исчислены до даты установления такой обязанности.

В своем гражданском иске в интересах ПАО «Тольяттиазот» заявивший такой иск АО «ОХК «УРАЛХИМ» полагает подлежащими взысканию и проценты за пользование чужими денежными средствами, исчисляемыми в порядке ст.395 ГК РФ.

Как уже было обоснованно изложено нами ранее, обязательство по выплате денежной суммы в рамках возмещения вреда возникает с момента установления такой обязанности. Наименование истца и заявление требований в своих интересах или в интересах иного лица не имеют значения для определения момента возникновения этого обязательства.

Таким образом, дополнительно к необоснованности требования АО «ОХК «УРАЛХИМ» о взыскании в пользу ПАО «Тольяттиазот» суммы основного долга, также незаконным и необоснованным является и требование АО «ОХК «УРАЛХИМ» о взыскании процентов на сумму основного долга в порядке ст.395 ГК РФ.

 

Необоснованный отказ от включения в расчет суммы предполагаемого ущерба сумм выручки от сделок купли-продажи якобы похищенной продукции на основании неприменимых к данным правоотношениям разъяснений Верховного Суда РФ

Вне зависимости от необоснованности требования АО «ОХК «УРАЛХИМ» о взыскании солидарно с ответчиков в пользу УРАЛХИМ 10 439 159 177,62 рублей и в пользу ПАО «Тольяттиазот» 78 067 810 553,08 рублей в счет вреда, причиненного преступлением, произведенные УРАЛХИМ расчеты причиненного вреда являются ошибочными.

Согласно тексту гражданского иска, Истец считает, что подсудимые похитили у ОАО «Тольяттиазот» продукцию общей стоимостью 88 506 969 730,70 рублей. Данная сумма проистекает из размера выручки ОАО «Тольяттиазот» от реализации продукции в инкриминируемый период.

Однако, согласно материалам дела, что не отрицается и самим АО «ОХК «УРАЛХИМ», указанная продукция была реализована ОАО «Тольяттиазот» на основании возмездных сделок купли-продажи. В счет оплаты за данную продукцию ОАО «Тольяттиазот» получило 65 525 294 273,20 рублей, данные денежные средства поступили на счет ОАО «Тольяттиазот».

Прибыль, полученная ОАО «Тольяттиазот» при реализации продукции, которую гражданский истец полагает входящей в состав похищенной выручки, учитывалась органами управления ОАО «Тольяттиазот» при принятии решений о выплате дивидендов в рассматриваемый период.

Ссылка на Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 №51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» в обоснование причинения АО «ОХК «УРАЛХИМ» вреда в сумме всего размера выручки, причем в ее гипотетическом, расчетном размере, необоснована и является еще один примером применения гражданским истцом любых положений, позволяющих придать убедительности незаконным и необоснованным требованиям.

В указанном Постановлении, в пункте 32, прямо указано, что при разрешении вопроса о квалификации действий, составляющих предполагаемое мошенничество, по признаку «причинение значительного ущерба гражданину» либо по признаку «в крупном размере» или в «особо крупном размере», следует исходить из общей стоимости имущества, похищенного всеми участниками преступной группы. То есть речь идет лишь о том, что для оценки того, значительным ли является ущерб; и крупным ли, а то и особо крупным ли, является размер совершенного мошенничества, необходимо сложить стоимость имущества, похищенного каждым из членов группы.

В данном пункте не содержится ни слова о подсчете причиненного предполагаемым преступлением ущерба, о необходимости исключить при оценке похищенного имущества полученную за него выручку.

Таким образом, помимо отсутствия надлежащего правового обоснования заявленных требований, Истец в своем исковом заявлении также приводит и ошибочные расчеты, не учитывающие фактических обстоятельств, подтвержденных в том числе материалами настоящего дела.

 

Относительно непривлечения в качестве потерпевших иных акционеров ПАО «Тольяттиазот»

В соответствии с ч.1 ст.42 УПК РФ:

потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации. Решение о признании потерпевшим принимается незамедлительно с момента возбуждения уголовного дела и оформляется постановлением дознавателя, следователя, судьи или определением суда. Если на момент возбуждения уголовного дела отсутствуют сведения о лице, которому преступлением причинен вред, решение о признании потерпевшим принимается незамедлительно после получения данных об этом лице.

Как следует из обвинительного заключения, материалов уголовного дела, подсудимым вменяется хищение продукции ОАО «Тольяттиазот». Это в свою очередь, по мнению части представителей стороны обвинения, причинило вред имущественным правам АО «ОХК «УРАЛХИМ» как акционера ОАО «Тольяттиазот», который обладал правами в отношении спорной продукции и дохода от ее реализации и признан потерпевшим по настоящему делу.

Доводы о том, что акционеры наделены имущественными правами в отношении собственности эмитента, являются незаконными и абсурдными, поскольку противоречат основополагающим положениям гражданского права, в частности об обособленности имущества юридического лица.

Вместе с этим, обоснование позиции обвинения таким очевидно неправомерным доводом в свою очередь означает нарушение органами следствия положений ст.42 УПК РФ в части определения потерпевших по настоящему делу.

Согласно п.1 ст.31 ФЗ «Об акционерных обществах»:

Каждая обыкновенная акция общества предоставляет акционеру - ее владельцу одинаковый объем прав.

Если следовать логике обвинения, получается, что вред причинен имущественным правам не только АО «ОХК «УРАЛХИМ», но и всех остальных акционеров ОАО «Тольяттиазот». Иной подход означал бы преимущество в правах АО «ОХК «УРАЛХИМ» перед иными акционерами ПАО «Тольяттиазот», что противоречит положениям ст.31 ФЗ «Об акционерных обществах».

Пункт 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2010 № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.05.2017 N 17) разъясняет следующее:

Лицо может быть признано потерпевшим как по его заявлению, так и по инициативе органа, в производстве которого находится уголовное дело. Решение о признании лица потерпевшим принимается незамедлительно с момента возбуждения уголовного дела, а в случае, когда сведения о лице, которому преступлением причинен вред, отсутствуют на момент возбуждения уголовного дела, - незамедлительно после получения данных об этом лице. Отказ в признании лица потерпевшим, а также бездействие дознавателя, следователя, руководителя следственного органа, выразившееся в непризнании лица потерпевшим в указанные сроки, могут быть обжалованы этим лицом в досудебном производстве по уголовному делу в порядке, предусмотренном статьями 124 и 125 УПК РФ, поскольку правовой статус лица как потерпевшего устанавливается исходя из фактического его положения и лишь процессуально оформляется постановлением, но не формируется им.

Таким образом, исходя из обвинительного заключения, гражданского иска, все акционеры ОАО «Тольяттиазот» являются потерпевшими по настоящему делу и в их отношении подлежало вынесению постановление о признании таковыми. Список акционеров ОАО «Тольяттиазот» имеется в материалах уголовного дела и был известен органам следствия. Однако в нарушение положений ст.42 УПК РФ, в их отношении постановление о признании потерпевшими вынесено не было.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2010 № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.05.2017 N 17):

В тех случаях, когда по поступившему в суд уголовному делу будет установлено, что лицо, которому преступлением причинен вред, не признано потерпевшим по делу, суд признает такое лицо потерпевшим, уведомляет его об этом, разъясняет права и обязанности, обеспечивает возможность ознакомления со всеми материалами дела (статья 42 УПК РФ). В решении суда о признании лица потерпевшим должно быть указано, какими действиями, из вмененных подсудимому, и какой именно вред ему причинен, в том числе при причинении вреда сразу нескольких видов (физического, имущественного и морального, вреда деловой репутации).

Однако судом акционеры ОАО «Тольяттиазот», за исключением АО «ОХК «УРАЛХИМ» и Е.Я. Седыкина, потерпевшими по настоящему делу не были признаны.

Такой избирательный подход в определении потерпевших по настоящему делу нарушает положения ст.42 УПК РФ о порядке определения потерпевших, а также ст.31 ФЗ «Об акционерных обществах» о равенстве акционеров в своих правах. Подобные действия очевидным образом свидетельствуют о необоснованном предоставлении преимущества отдельным акционерам АО «ОХК «Уралхим» и Седыкину, предвзятости и отсутствии беспристрастности при ведении производства по настоящему уголовному делу.

 

Невозможность рассмотрения данного уголовного дела в части гражданского иска в отсутствие надлежащего уведомления гражданских ответчиков

В настоящее время продолжается рассмотрение настоящего уголовного дела, включая гражданские иски, в отсутствие гражданских ответчиков, не уведомленных о времени и месте их рассмотрения. Однако рассмотрение дела в таком положении невозможно в силу норм гражданско-процессуального закона РФ.

В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 150 ГПК РФ при подготовке дела к судебному разбирательству судья извещает о времени и месте разбирательства дела заинтересованных в его исходе граждан или организации. Согласно части 2 статьи 167 ГПК РФ в случае неявки в судебное заседание кого-либо из лиц, участвующих в деле, в отношении которых отсутствуют сведения об их извещении, разбирательство дела откладывается. Согласно части 2 стать 169 ГПК РФ при отложении разбирательства дела назначается дата нового судебного заседания с учетом времени, необходимого для вызова участников процесса или истребования доказательств, о чем явившимся лицам объявляется под расписку. Неявившиеся лица и вновь привлекаемые к участию в процессе лица извещаются о времени и месте нового судебного заседания.

В томах дела 505, 506 содержатся датированные январем 2019 года запросы об оказании правовой помощи по данному уголовному делу. Эти запросы подписаны председательствующим по делу судьей А.А. Кирилловым, переведены на иностранные языки и адресованы органам Министерства юстиции РФ. В них председательствующий просит оказать содействие в направлении в уполномоченные органы иностранных государств запросов о вручении вызовов в судебное заседание представителям гражданских ответчиков – иностранных юридических лиц.

Такие запросы составлены в отношении гражданских ответчиков, зарегистрированных в юрисдикциях:

·         Республика Кипр:

o   Arodoet Enterprises Limited (том 505, листы дела 152-167),

o   Evanda Holdings Limited (том 505, листы дела 168-183),

o   Entouraga Limited (том 505, листы дела 184-199),

o   Florenta Management Limited (том 505, листы дела 200-212),

o   Farodot Consulting Limited (том 505, листы дела 213-225),

o   Kizzie Consulting Limited (том 505, листы дела 226-238);

·         Виргинские Острова:

o   Instantania Holdings Ltd (том 505, листы дела 239-251),

o   Maxim Invest & Finance Inc (том 505, листы дела 252-264);

o   Швейцарская Конфедерация:

o   Ameropa Holding AG (том 506, листы дела 1-13),

o   Ameropa AG (том 506, листы дела 14-26);

·         Китайская Народная Республика:

o   Triumph Development Ltd (том 506, листы дела 27-39);

·         Сент-Люсия:

o   Kamara Ltd (том 506, листы дела 40-52);

·         Ангилья:

o   Trafalgar Developments Ltd (том 506, листы дела 53-65);

·         Сент-Китс и Невис:

o   Bairiki Inc (том 506, листы дела 66-78).

В качестве оснований для обращения в уполномоченные органы иностранных государств указаны:

·         для Республики Кипр – международный договор между СССР и Республикой Кипр от 19.01.1984,

·         для Швейцарской Конфедерации – Европейская конвенция о взаимной правовой помощи по уголовным делам (заключена в г. Страсбурге 20.04.1959) и Конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам (заключена в г. Гааге 15.11.1965),

·         для Китайской Народной Республики – международный договор между РФ и Китайской Народной Республикой от 19.06.1992,

·         для Сент-Люсии и Сент-Китс и Невиса – Конвенция Организации Объединенных Наций против транснациональной организованной преступности (принята резолюцией 55/25 Генеральной Ассамблеи от 15.11.2000),

·         для Виргинских Островов и Ангильи – оснований не приведено, запросы направлены в порядке международной вежливости.

В тексте всех запросов о вручении документа и самих подлежащих вручению документов – вызовов в суд указано, что судебные заседания по уголовному делу назначены на 11, 12, 18, 19, 25, 26 июля 2019 года.

В соответствии со статьей 456 УПК РФ, гражданский ответчик, их представители, находящиеся за пределами территории Российской Федерации, могут быть с их согласия вызваны должностным лицом, в производстве которого находится уголовное дело, для производства процессуальных действий на территории Российской Федерации. Запрос о вызове направляется в порядке, установленном частью третьей статьи 453 настоящего Кодекса.

Согласно части 3 статьи 453 УПК РФ, запрос о производстве процессуальных действий направляется через Министерство юстиции Российской Федерации - по вопросам, связанным с судебной деятельностью всех судов, за исключением Верховного Суда Российской Федерации.

Следовательно, полномочиями по направлению иностранному гражданскому ответчику процессуально обязывающих документов, уведомляющих его о привлечении к участию в деле в данном качестве, о времени и месте судебного разбирательства, обладает исключительно должностное лицо, в производстве которого находится настоящее уголовное дело: в данном случае, председательствующий по делу судья. Подлежащие вручению за рубежом в установленном главой 53 УПК РФ и международными договорами РФ порядке судебные документы могут исходить исключительно от судьи.

Исходя из этого, произведенное в январе 2019 года председательствующим направление через Министерство юстиции РФ запросов о производстве процессуальных действий в адрес уполномоченных органов других государств является единственно возможным в силу закона способом уведомления иностранных гражданских ответчиков о времени и месте судебного разбирательства.

При этом в материалах данного уголовного дела отсутствуют доказательства исполнения уполномоченными органами иностранных юрисдикций указанных запросов, в связи с чем не имеется законных оснований считать названных ранее гражданских ответчиков (за исключением тех, кто, уже направил для участия в данном уголовном деле своих представителей) надлежаще уведомленными о времени и месте рассмотрения предъявленных к ним гражданских исков потерпевшего АО «ОХК «Уралхим».

Совершенные председательствующим по делу судьей А.А. Кирилловым и представителем потерпевшего АО «УХК Уралхим» А.В. Низовым действия по направлению непосредственно в адрес иностранных гражданских ответчиков информационных сообщений о нахождении в производстве Комсомольского районного суда г. Тольятти данного уголовного дела не влекут, независимо от факта их получения адресатом, надлежащего уведомления иностранных гражданских ответчиков о времени и месте судебного разбирательства. Такой порядок уведомления противоречит установленному статьями 456, 453 УПК РФ единственно возможному порядку.

Направление представителем потерпевшего АО «ОХК «Уралхим» А.В. Низовым как адвокатом обращений в компетентные органы иностранных государств с запросами о вручении за границей судебных или внесудебных документов на основании статьи 10 Конвенции о вручении за границей судебных или внесудебных документов по гражданским или торговым делам (заключена в г. Гааге 15.11.1965) также не влечет процессуально значимого уведомления гражданских ответчиков и противоречит закону.

Статья 3 указанной Конвенции устанавливает, что орган или судебное должностное лицо, полномочное в соответствии с законодательством запрашивающего государства, направляет центральному органу запрашиваемого государства запрос, составленный в соответствии с образцом, прилагаемым к настоящей Конвенции, без необходимости легализации или выполнения других эквивалентных формальностей. К запросу прилагается документ, подлежащий вручению, или его копия. Запрос и документ представляются в двух экземплярах.

В соответствии с пунктом II Заявлений РФ по данной Конвенции, на который ссылается адвокат АО «ОХК «Уралхим» в обоснование своего права направлять подобные запросы о вручении за границей судебных или внесудебных документов, в качестве органов, компетентных согласно законодательству Российской Федерации обращаться с запросом о правовой помощи в соответствии со статьей 3 Конвенции, выступают в рамках своих полномочий адвокаты (наряду с судебными и различными властными органами).

Оговорка «в рамках своих полномочий» имеет принципиальное значение: из нее явным образом следует, что для направления компетентным органам другого государства запроса о вручении судебного документа адвокат должен иметь соответствующие полномочия.

Как указывалось ранее, УПК РФ наделяет полномочиями по составлению и направлению судебных документов в адрес иностранных гражданских ответчиков исключительно суд и не наделяет таковыми адвоката.

В данном случае представителем потерпевшего АО «ОХК «Уралхим» были направлены исходящие от него самого уведомления о привлечении в качестве гражданского ответчика с приложением копии гражданского иска и ордера адвоката. Указанные документы не исходили от суда и не являлись согласно российскому процессуальному закону процессуально обязывающими для адресата. Их можно расценивать лишь как частную корреспонденцию адвоката, не имеющую для настоящего уголовного дела процессуального значения.

Также, никаких доказательств исполнения иностранными органами указанных запросов в материалы дела представлено не было.

Кроме того, исходящие от представителей потерпевшего АО «ОХК «Уралхим» информационные материалы не содержат сведений о датах судебных заседаний.

Таким образом, на основании статей 150, 167, 169 ГПК РФ рассмотрение данного уголовного дела в части гражданских исков без надлежащего уведомления гражданских ответчиков невозможно. Рассмотрение настоящего уголовного дела в части гражданских исков подлежит отложению на срок, обеспечивающий надлежащее уведомление гражданских ответчиков – иностранных юридических лиц.

 

Относительно попытки неосновательного обогащения АО «ОХК «УРАЛХИМ» за счет взыскания уже полученных им в качестве дивидендов сумм

Согласно тексту гражданского иска, истец считает, что подсудимые похитили у ОАО «Тольяттиазот» продукцию общей стоимостью 88 506 969 730,70 рублей. Однако, согласно материалам дела, указанная продукция была реализована ОАО «Тольяттиазот», в счет оплаты реализованной продукции ОАО «Тольяттиазот» получило 65 525 294 273,20 рублей, денежные средства поступили на счет ОАО «Тольяттиазот».

Стоимость продукции включает в себя не только прибыль, но также и ее себестоимость (сырье, зарплата работников, амортизация и пр.). Такие расходы были понесены за счет ОАО «Тольяттиазот», со стороны АО «ОХК «УРАЛХИМ» их несение не финансировалось.

Как мы неоднократно говорили, в обоснование гражданского иска истец необоснованно указывает, что обладает имущественными правами в отношении прибыли ОАО «Тольяттиазот», которая подлежит распределению в качестве дивидендов. Данный довод противоречит положениям гражданского законодательства РФ об обособленности имущества юридического лица.

Вместе с этим, даже если следовать ошибочной логике АО «ОХК «УРАЛХИМ» о наличии у него имущественных прав на прибыль ОАО «Тольяттиазот» от реализации продукции, не находит своего объяснения требование АО «ОХК «УРАЛХИМ» о взыскании в свою пользу не только прибыли от реализации продукции, но и ее себестоимости, расходы на которую были понесены ОАО «Тольяттиазот».

Расходы на себестоимость продукции, понесенные ОАО «Тольяттиазот», подлежат компенсации исключительно в его пользу. Выручкой от продажи продукции в размере 65 525 294 273,20 рублей были компенсированы расходы на себестоимость спорной продукции. После этих расходов и с учетом налоговых выплат была получена чистая прибыль.

Часть чистой прибыли ОАО «Тольяттиазот» была выплачена его акционерам, в том числе и АО «ОХК «УРАЛХИМ», в виде дивидендов в соответствии с решениями общих собраний акционеров по итогам 2008-2011 годов – об этом мы подробно, с указанием сумм выплат в пользу АО «ОХК «УРАЛХИМ» и, справочно, в пользу ОАО «Сбербанк» по проданным данной организации АО «ОХК «УРАЛХИМ» акциям, говорили ранее.

То есть, гражданский истец заявляет требование о повторном взыскании с гражданских ответчиков денежных средств, которые он ранее уже один раз получил в виде дивидендов.

Таким образом, требование о взыскании в свою пользу доли от расчетной стоимости продукции ОАО «Тольяттиазот» противоречит в том числе и собственному, хоть и очевидно незаконному, доводу АО «ОХК «УРАЛХИМ» о наличии у акционера имущественных прав на выручку от реализации продукции эмитента.

Целью заявления данного требования является не возмещение причиненного преступлением вреда, а неосновательное обогащение путем взыскания денежных средств, уже полученных ОАО «Тольяттиазот», часть из которых в виде дивидендов была перечислена акционерам, в том числе гражданскому истцу.

 

Об аффилированности, бенефициарном владении акциями ОАО «Тольяттиазот», заинтересованности в совершении сделок

Государственный обвинитель утверждает, что Королев Е.А., занимая должности директоров в различных компаниях-регистраторах, осуществляющих ведение реестра акцитонеров ОАО «Тольяттиазот», обеспечил создание и функционировании такой схемы управления, при которой сведения об аффилированности не могли быть раскрыты, что позволило проводить сделки с заинтересованностью, в том числе по продаже продукции на экспорт, без соответствующих процедур одобрения.

Обвинительное заключение, выступления государственного обвинителя, потерпевшего АО «ОХК «Уралхим» наполнены также и обширными описанием якобы установленных фактов бенефициарного владения акциями ОАО/ПАО «Тольяттиазот», которые, по мнению авторов, свидетельствуют об аффилированности, а также свидетельствуют о наличии признаков заинтересованности в сделках по реализации произведенной ОАО «Тольяттиазот» продукции в пользу NITROCHEM DISTRIBUTION AG.

При этом АО «ОХК «Уралхим» считает, что Махлай С.В., Махлай В.Н., Королев Е.А., Циви Э.Г., Рупрехт-Ведемайер Б. имели возможность утаивать сведения об акционерном составе ОАО «Тольяттиазот», и в обход обязательных корпоративных процедур предусмотренных положениями ФЗ «Об акционерных обществах», вывозить продукцию ОАО «Тольяттиазот» за рубеж под видом легальных сделок купли-продажи аммиака и карбамида без одобрения со стороны миноритарных акционеров.

В обоснование своих доводов представителем АО «ОХК «Уралхим» Ермизиным А.В. многократно приводились обстоятельства, подтверждения которым не находятся в материалах уголовного дела, а приводимые в подтверждение таких обстоятельств ссылки на письменные доказательства либо не содержат каких-либо подтверждающих сведений, либо являются недопустимыми доказательствами, о чем уже было сказано нами ранее.

Вместе с тем представителем АО «ОХК «Уралхим» Ермизиным А.В. и его коллегами на протяжении всего уголовного дела упорно повторяются ссылки на якобы существующую аффилированность между подсудимыми, компаниями ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, иностранными компаниями, в большом количестве приведенными в своем гражданском иске, а также о якобы имевшем месте нарушении корпоративных процедур при заключении сделок по реализации ОАО «Тольяттиазот» продукции компании NITROCHEM DISTRIBUTION AG.

Такие столь упорные усилия по бесчисленному повторению несоответствующих действительности и закону обстоятельств очень напоминает приписываемую рейхсминистру народного просвещения и пропаганды времен нацистской Германии Паулю Йозефу Геббельсу цитату: «Ложь, повторенная тысячу раз, становится правдой».

Воплощать в жизнь тот же принцип АО «ОХК «УРАЛХИМ» и следственные органы продолжают и в настоящий момент, если посмотреть на все то, что происходит сейчас за пределами этого зала. 


О правовой и фактической необоснованности доводов представителя АО «ОХК «УРАЛХИМ» А.В. Ермизина об аффилированности ОАО «Тольяттиазот» и компании Nitrochem Distribution AG.

Исследование показаний Ермизина А. В. позволяет выделить несколько групп аргументов, приводимых участником процесса в подтверждение своих доводов об аффилированности ОАО «Тольяттиазот» и компании Nitrochem Distribution AG.

К таким аргументам относятся:

1.      Все лица входят в одну группу лиц через владение и контроль над пакетами акций более 50%, а также через занятие руководящих должностей в органах управления;

2.      Все лица входят в группу в силу фактической возможности владельца и директора Nitrochem Distribution AG влиять на результаты хозяйственной деятельности ОАО «Тольяттиазот» и определения итогов такой деятельности ОАО «Тольяттиазот»;

3.      Фактическое поведение подсудимых, свидетельствующее о том, что они давали обязательные для исполнения такими компаниями указания о порядке ведения их деятельности, в том числе заключение между собой соглашения и его последующее исполнение на условиях недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В ходе судебного разбирательства 14.05.2019 г. допрошена Борзило Евгения Юрьевна, специалист в сфере антимонопольного и корпоративного права, профессор кафедры коммерческого права и процесса ФБГНУ «Исследовательский центр частного права им. С.С. Алексеева при Президенте Российской Федерации», к.ю.н. Данный специалист также представил свое письменное мнение (суждение) по вопросам корпоративного и антимонопольного права, которое было приобщего судом к материалам данного уголовного дела.

Изучив представленные материалы уголовного дела с учетом требований антимонопольного и корпоративного законодательства, специалист не выявил соответствие приведенной аргументации применимому к рассматриваемому периоду законодательству.

1. Владение и контроль более 50% акций, а также занятие должностей в органах управления.

С учетом требований ст. 9 Закона о защите конкуренции, вероятно, имеется в виду право распоряжаться более чем 50% голосов, приходящихся на акции в ОАО «Тольяттиазот». Поскольку количественный критерий (более чем 50%) не позволяет сразу 2 лицам подпадать под данную характеристику, то распоряжение боле чем 50% голосов совместно ОАО «Тольяттиазот» и компанией Nitrochem Distribution AG возможно только в случае, если они входят в группу лиц по основаниям, предусмотренным вышеназванной нормой. Таким образом, для подтверждения данного факта необходимо исследовать не только и не столько вопрос о том, как распределены голоса между акционерами ОАО «Тольяттиазот», но в первую очередь, вопрос о том, существуют ли между группой Nitrochem и ОАО «Тольяттиазот» и обществами его группы связи, предусмотренные ст. 9 Закона о защите конкуренции.

Согласно предоставленной АО «Райффайзенбанк» выписке по счету депо A.T.I. Limited по состоянию на 01.02.2012 данная компания владела 55198331 обыкновенных акций ОАО «Тольяттиазот», что позволяло данному обществу распоряжаться 12,96% голосов, приходящихся на акции в уставном капитале (л.д. 136 т. 5, л.д. 16 т.6). Выписка о движении ценных бумаг по счету депо Nitrochem Distribution AG в депозитарии АО «Тольяттихимбанк» свидетельствует о том, что с 2009 до 22.02.2013 компания владела 4275936 акций ОАО «Тольяттиазот» что составляет 4,4% голосов, приходящихся на акции в уставном капитале данного общества (л.д.71 т. 232, л.д. 77 т.372). Следовательно, с учетом данных о принадлежности A.T.I. Limited к группе Nitrochem есть основания утверждать, что на 01.02.2012 группа Nitrochem владела 17,36% голосов, приходящихся на акции в уставном капитале ОАО «Тольяттиазот». Данное количество голосов не позволяет отнести ОАО «Тольяттиазот» к группе Nitrochem либо установить аффилированность.

Из материалов дела следует, что пакет в размере 4,4 % акций ОАО «Тольяттиазот» были получены 22.02.2013 компанией Silvergrove Resources Limited (л.д.77,78 т. 372). Следует отметить, что материалы дела позволяют сделать вывод о том, что одним из вероятных бенефициаров компании Silvergrove Resources Limited является А.В. Махлай, что не позволяет отнести данную компанию к группе Nitrochem (л.д. 147, т. 330).

Следует отметить, что аналогичная информация имеется в материалах дела  относительно бенефициаров компаний Riverdelle Worldwide Limited (л.д. 227 т. 330), Sanita Global  Limited (л.д. 112 т. 331), Instantia Holdings Ltd (л.д. 38 т.332), Wickerton Limited (л.д.6 т.333).

Таким образом, в материалах дела отсутствует информация о том, что количество голосов, приходящихся на акции в уставном капитале ОАО «Тольяттиазот», которыми могла распоряжаться самостоятельно группа Nitrochem, превышала 20%, а тем более 50%.

Специалистом также не были обнаружены иные юридически значимые документы, подтверждающие аргумент представителя потерпевшего о владении группой Nitrochem каким-либо большим пакетом акций ОАО «Тольяттиазот».

Как видно из материалов дела (в частности, судебные акты по делу № А40-6292/13-115-14), Ameropa AG владеет 30% в ООО «ТАФКО», в которой 69% владеет ОАО «Тольяттиазот». Однако доля владения в 30 % не отвечает стандарту формирования группы лиц, предусмотренному ст. 9 Закона о защите конкуренции.

Специалистом также были изучены все материалы дела для целей проверки утверждения о том, что ОАО «Тольяттизот» и компания Nitrochem Distribution AG входят в одну группу лиц по основанию совпадения состава органов управления. 

Специалистом на основании исследования материалов дела были установлены полные данные о составе органов компаний группы Nitrochem, исходя из критериев аффилированности, установленных законодательством РФ применимого периода.

Аффилированность определена российским законодательством как правовой статус, содержанием которого является возможность влияния юридических или физических лиц на принятие корпоративных решений, устанавливаемая на основании формальных признаков, содержащихся ст. 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" и ст. 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

Для установления аффилированности, как и заинтересованности в совершении сделки требовалось выявление конкретных признаков, перечисленных в вышеназванных актах антимонопольного законодательства (для случаев аффилированности), а также в ст.  81 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" и ст. 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью» (для случаев заинтересованности в совершении сделки).

Следовательно, ОАО «Тольяттиазот» и компания Nitrochem Distribution AG могут быть признаны аффилированными если:

·         одна из компаний владеет 20 и более % акций/долей участия в другой, либо

·         они входят в одну группу лиц.

Учитывая, что данные компании являлись сторонами по сделкам купли-продажи продукции, выявление факта их аффилированности может позволить классифицировать сделки, совершенные между ними как сделки, в совершении которых имелась заинтересованность.

Специалистом были исследованы все документы, содержащиеся в томах настоящего уголовного дела, включая документы, представленные в материалы дела 23.04.2019.

Из представленных документов специалистом были сделаны следующие выводы.

 Из учредительного договора от 19.12.1994 следует, что компания Ameropa AG была преобразована в Ameropa Holding AG и стала учредителем компании Ameropa A.G. (л.д. 87-95 т. 408) Компания Nitrochem Distribution AG была учреждена Феликсом Циви (1%), Ameropa A.G. (49%), B.E.S. Establishment (50%) в 1997 году (л.д. 136-142 т. 221). Вступившим в законную силу судебным решением по делу № А40-6292/13-115-14 установлено, что по состоянию на 2009 г. единственным участником Nitrochem Holding AG была компания Ameropa Holding AG (Также подтверждается  книгой регистрации собственников именных акций Nitrochem Distribution AG (л.д. 141-142 т. 200, л.д. 152-153 т. 205), также единственный учредитель, впоследствии единственный участник компании Ameropa AG (л.д. 107—125, т. 272, л.д. 170, т.378). Из данных Интерпола следует, что Ameropa Holding AG является собственником компании ATI Limited, а Nitrochem Distribution AG является собственником компании Sun Pacific Development Company Limited. (л.д.67,68 т. 343). Таким образом, можно сделать вывод о том, что данные компании входят в одну группу лиц по признаку владения более чем 50% голосов из долей/акций (далее – группа Nitrochem). 

Следовательно, для установления аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и компанией Nitrochem Distribution AG необходимо установить альтернативно факт прямого или косвенного владения любой из этих компаний более чем 20% акций, либо установить факт принадлежности ОАО «Тольяттиазот» к группе Nitrochem по основаниям, предусмотренным ст. 9 Закона о защите конкуренции.

В предоставленных специалисту материалах дела не обнаружено документов, свидетельствующих о том, что какое-либо из названных обществ группы Nitrochem имеет право давать обязательные для исполнения указания ОАО «Тольяттиазот» или его дочерним обществам, как и документов, подтверждающих назначение выдвинутых ими членов органов управления ОАО «Тольятиазот». Таким образом, рассмотрению подлежат 2 критерия: совмещение должностей в органах управления и владение акциями и долями.

В период до 2009 года мажоритарный пакет акций ОАО «Тольяттиазот» был распределен между значительным количеством юридических и физических лиц, преимущественно инкорпорированных в иностранных юрисдикциях. В 2009 -2012 гг мажоритарный пакет акций был передан в доверительное управление 4 компаниям: Bairiki Inc. (16,08%), Kamara Ltd. (19,9%), Trafalgar Development (15,9%), Instantia Holdings Ltd (18,7%). Переданные в управление акции в разное время принадлежали компаниям: Borgat Investment Limited, Thornton Ventures Limited, Wickerton Limited, Magnum Investment Trading Corporation, Riverdelle Worldwide Limited, Sanita Global Limited, A.S. Industries, Нитерой Лимитед, Tech-Lord S.A., Silvergrove Resources Limited, Nitrochem Distribution S.A., Todan Limited, Halnure S.A., что подтверждается выписками по счетам депо за период с 2009 по 2015гг (т. 372, т. 380).

Из материалов дела следует, что бенефициарами компаний Silvergrove Resources Limited, Sanita Global Limited, Wickerton Limited, Riverdelle Worldwide Limited вероятно могут являются Махлай С.В. и Махлай А.В. (т.330, 331, 333). При этом конкретный правовой статус данных лиц не уточнен, что не позволят сделать достоверные выводы о возможности или невозможности отнесения их к одной и той же группе лиц, в том числе, с учетом требований Гаагской конвенции «О праве, применимом к трастам, и их признании» от 1 июля 1985 г. Акционеров остальных компаний, их правовой статус, как и принадлежность их к группе Nitrochem материалы дела установить не позволяют.

Согласно предоставленной АО «Райффайзенбанк» выписке по счету депо A.T.I. Limited по состоянию на 01.02.2012 данная компания владела 55198331 обыкновенных акций ОАО «Тольяттиазот», что позволяло данному обществу распоряжаться 12,96% голосов, приходящихся на акции в уставном капитале (л.д. 136 т. 5, л.д. 16 т.6). Выписка о движении ценных бумаг по счету депо Nitrochem Distribution AG в депозитарии АО «Тольяттихимбанк» свидетельствует о том, что с 2009 до 22.02.2013 компания владела 4275936 акций ОАО «Тольяттиазот» что составляет 4,4% голосов, приходящихся на акции в уставном капитале данного общества (л.д.71 т. 232, л.д. 77 т.372). Следовательно, есть основания утверждать, что на 01.02.2012 группа Nitrochem владела 17,36% голосов, приходящихся на акции в уставном капитале ОАО «Тольяттиазот». Данное количество голосов не позволяет отнести ОАО «Тольяттиазот» к группе Nitrochem либо установить аффилированность.

Уставом ООО «ТАФКО» предусмотрено, что Ameropa AG владеет 30% в его уставном капитале, доля ОАО «Тольяттиазот» составляет 69%. (л.д. 115-132 т. 370). Это позволяет отнести данное общество к группе лиц ОАО «Тольяттиазот», но не позволяет отнести его к группе лиц Nitrochem.

Применение критерия совмещения должностей в органах управления позволяет установить следующие обстоятельства и прийти к следующим выводам по состоянию на 2012 год. (т. 18).

 

Ameropa AG

 

Ameropa Holding AG

 

Nitrochem Distribution AG

 

Ян Каданик

Бит Рупрехт

Андреас Циви

Бенджамен Штеелин

Николь Мишер-Циви

Маркус Дамм

Мануэла Бобирнак

Ян Каданик

Николь Карен Мишер-Циви

Андреас Циви

 

Андреас Циви

Ян Каданик

Бит Рупрехт

 

Имеющиеся в материалах дела документы о персональном составе органов управления ОАО «Тольяттиазот» и органах управления ООО «ТАФКО» (т.195, 196, 241, 294, 347) не позволяют сделать вывод о том, что названные выше лица составляли более чем 50% органов управления или выполняли функции единоличного исполнительного органа в данных обществах или иных обществах, которые можно было бы отнести к группе лиц ОАО «Тольяттиазот» по основаниям, предусмотренным российским антимонопольным и корпоративным законодательством.

Специалистом также не обнаружены документы в изученных материалах дела, позволяющие отнести в рассматриваемый период компании-акционеры ОАО «Тольяттиазот» к группе лиц Nitrochem по основанию совмещения должностей в соответствии с критериями ст.9 Закона о защите конкуренции. Таким образом, мы не можем также сделать вывод об аффилированности Nitrochem Dictribution AG и ОАО «Тольяттиазот» и заключении ими сделок, в совершении которых имелась заинтересованность, в понимании российского корпоративного законодательства.

Специалист обращает внимание на то, что информация, содержащаяся в материалах дела, не систематизирована надлежащим образом и фрагментарна: часть документов представлена многократно (например, выписки из торговых реестров на одну и ту же дату с различными переводами, учредительные документы зарубежных компаний), значительная часть документов, необходимых для построения обоснованных выводов о наличии аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и Nitrochem Distribution AG, отсутствует вообще.

 Таким образом, по мнению специалиста, в материалах дела отсутствуют относимые документы, позволяющие подтвердить доводы представителя потерпевшего об аффилированности ОАО «Тольяттиазот» и Nitrochem Distribution AG.

 2. Критерий фактической возможности владельца и директора Nitrochem Distribution AG влиять на хозяйственную деятельность ОАО «Тольяттиазот» и определять итоги такой деятельности ОАО «Тольяттиазот».

Данного критерия аффилированности в российском корпоративном законодательстве не существует.

 3. Критерий фактического поведения подсудимых, свидетельствующего о том, что они давали обязательные для исполнения такими компаниями указания о порядке ведения их деятельности, в том числе заключение между собой соглашения и его последующее исполнение на условиях недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Критерий фактического поведения не предусмотрен российским корпоративным законодательством. Документы, содержащие обязанность ОАО «Тольяттиазот» или его акционеров следовать чьим-либо указаниям в ходе осуществления хозяйственной деятельности, специалистом не обнаружены.

 Специалистом в письменном заключении дана отдельная оценка толкованию АО «ОХК «УРАЛХИМ» норм антимонопольного законодательства применительно к установлению аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и компанией Nitrochem Distribution AG.

Аргумент

Комментарий

Подсудимый Циви Э.Г. одновременно владел правом распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции ОАО «Тольяттиазот», и более чем 20% компании Nitrochem Distribution AG;

В случае надлежащего документального подтверждения может свидетельствовать об аффилированности Циви Э.Г. по отношению к названным лицам, но не об их аффилированности.

Подсудимый Махлай В.Н., а впоследствии подсудимый Махлай С.В., владели правом распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции ОАО «Тольяттиазот»;

В случае надлежащего документального подтверждения может свидетельствовать только об аффилированности названных лиц по отношению к ОАО «Тольяттиазот», но не свидетельствует о наличии аффилированности общества с компанией Nitrochem Distribution AG

Подсудимые Королев Е.А., Махлай В.Н., а впоследствии подсудимый Махлай С.В., занимали должности в органах управления ОАО «Тольяттиазот»;

В случае надлежащего документального подтверждения свидетельствовать только об аффилированности названных лиц по отношению к ОАО «Тольяттиазот», но не свидетельствует о наличии аффилированности с компанией Nitrochem Distribution AG

Подсудимые Циви Э.Г., Рупрехт-Ведемайер Б. занимали должности в органах управления компании Nitrochem Distribution AG

Может свидетельствовать только об аффилированности названных лиц по отношению компании Nitrochem Distribution AG в понимании российского законодательства, но не свидетельствует об аффилированности их или  данного общества по отношению к ОАО «Тольяттиазот»

Подсудимые Циви Э.Г., Махлай В.Н., а впоследствии подсудимый Махлай С.В., совместно владели и управляли пакетом акций ОАО «Тольяттиазот» в размере 83,73%: 70,76% через компании-доверительные управляющие, учитывающие акций в депозитарии АКБ «Тольяттихимбанк»; 12.97% через компанию Эй.Ти.Ай. Лтд;

Не свидетельствует об аффилированности ОАО «Тольяттиазот» и Nitrochem Distribution AG в отсутствие доказательств:

- Циви Э.Г.  входит в группу лиц с Nitrochem Distribution AG;

- Махлай В.Н. и Махлай С.В. входят в группу лиц с ОАО «Тольяттиазот»;

- ОАО «Тольяттиазот» входит в группу лиц с Nitrochem Distribution AG

- Махлай В.Н. и Махлай С.В. входят в группу лиц с Циви Э.Г.

по основаниям, предусмотренным Законом о конкуренции.

Факт использования одного и того же депозитария не формирует аффилированность в соответствии с российским антимонопольным законодательством.

Подсудимый Махлай В.Н., а впоследствии подсудимый Махлай С.В., совместно с подсудимыми Королевым Е.А., Циви Э.Г., Рупрехтом-Ведемайером Б. одновременно оказывали существенное влияние на хозяйственную деятельность  ОАО «Тольяттиазот» через компанию Нитрохем Дистрибьюшн АГ, совместно управляя процессами производства и продажи аммиака и карбамида, а также процессами реализации продукции на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, то есть по значительно заниженным ценам.

 Не является критерием аффилированности в соответствии с Законом о конкуренции и Законом о защите конкуренции

 

По результатам оценки каждого из аргументов АО «ОХК «УРАЛХИМ» специалист пришел к однозначному выводу о том, что представителем потерпевшего Ермизиным А.В. использована произвольная и не основанная на нормах права методология доказывания аффилированности ОАО «Тольяттиазот» и Nitrochem Distribution AG, не учитывающая необходимость установить конкретные предусмотренные законом основания аффилированности применительно к данным обществам в рассматриваемый период. 


Отсутствие аффилированности и преюдициального значения установленных арбитражным судом обстоятельств взаимозависимости ОАО «Тольяттиазот» (ПАО «Тольяттиазот») и Nitrochem Distribution AG для уголовного дела

ООО «Томет» считает необходимым дать оценку содержащимся в обвинительном заключении не обоснованным и противоречащим закону доводам государственного обвинителя и АО «ОХК «Уралхим» о якобы имевшем место установлении судебными актами по налоговым делам ПАО «Тольяттиазот» №№ А40-243849/16, А40-6292/13, А40-5382/13, а также по делам №№ А55-1621/2018, А55-1618/2018, А55-1622/2018 обстоятельств соответствия признакам аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» (ПАО «Тольяттиазот») и Nitrochem Distribution AG.

 Прежде всего необходимо отметить, что российская правовая система традиционно делится на два крупных направления – частное и публичное право, различающиеся между собой преимущественно сферой, инструментарием и методами правового регулирования.

Налоговое право является частью системы публичного права, тогда как гражданское и корпоративное право относятся к системе частного права.

Несмотря на то, что и частное и публичное право не являются «в чистом виде» самодостаточными и содержат в себе элементы друг друга, базовые различия этих правовых систем не позволяют им заимствовать институты, сформировавшиеся в каждой системе права напрямую.

Так, институты, понятия и термины гражданского, семейного и других отраслей законодательства РФ, используемые в НК РФ, применяются в том значении, в каком они используются в этих отраслях законодательства, если иное не предусмотрено НК РФ (п.1 ст.11 НК РФ).

В свою очередь, ГК РФ установил, что к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством (п.3 ст.2 ГК РФ).

Таким образом, за исключением специально оговоренных законом случаев, гражданское и налоговое регулирование не пересекаются друг с другом и налоговое законодательство может обращаться к институтам гражданского законодательства исключительно в том значении, которое они имеют в гражданском законодательстве.

Цели использования института аффилированности определяются сферой его применения.

Так, например, в корпоративном праве такой целью является защита законных прав и интересов акционеров и самой корпорации. Антимонопольное право использует данную правовую категорию в публично-правовых интересах – регулировании функционирования товарных рынков, недопущении ограничения конкуренции и недобросовестных действий участников рынков.

Налоговый кодекс РФ не содержит определения аффилированности и обращается к этому термину только в одном случае – применительно к определению налоговой базы по операциям с ценными бумагами для целей налога на прибыль (пп.1 п.19 ст. 280 НК РФ).

Для налогового регулирования базовым является не понятие аффилированности, а специальное понятие «взаимозависимые лица», применяемое налоговыми органами преимущественно для контроля за трансфертным ценообразованием.

В приведенных государственным обвинителем и АО «ОХК «Уралхим» судебных актах по делу № А40-243849/16, суд сделал следующие выводы:

«на момент заключения долгосрочного соглашения, определяющего на 20 (двадцать) лет порядок осуществления реализации производимого обществом аммиака, ОАО «Тольяттиазот» являлось взаимозависимым (аффилированным) лицом с компанией Nitrochem Distribution AG.

Так согласно данным выписки из торгового реестра кантона Базель-Ланд (т. 4 л.д. 83-96) членом совета директоров компании Nitrochem Distribution AG (с правом совместной подписи с другим лицом) с 05.05.1997 по 08.01.2001 являлся гражданин России - Андрей Махлай.

Указанная информация подтверждается официальным торговым вестником Швейцарии, опубликованным 12.01.2001 (№ 8, стр. 269) (т. 4 л.д. 46-72).

При этом в указанный период времени председателем Совета директоров ОАО «Тольяттиазот», а также единоличным исполнительным органом (президентом) ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (с 28.01.2000 управляющая компания общества) являлся Махлай Владимир Николаевич – отец Андрея Махлая. Таким образом, долгосрочное соглашение, заключенное в 2001 году между взаимозависимыми компаниями (ОАО «Тольяттиазот» и Nitrochem Distribution AG), оказывало в 2011 году (в силу наличия положений, налагающих значительные негативные финансовые последствия на общество в случае желание прекратить его исполнение) влияние на условия и (или) экономические результаты деятельности общества и Nitrochem Distribution AG и является дополнительным обстоятельством, свидетельствующим о взаимозависимости названных компаний».

Суд употребил термин «аффилированность» в скобках с термином «взаимозависимость», то есть фактически приравнял их друг к другу

Между тем, понятия «взаимозависимость» и «аффилированность» имеют различные значения и сферы применения и не являются тождественными друг другу.

Как уже ранее было упомянуто, в налоговом законодательстве понятия других отраслей законодательства могут использоваться только в том значении, которое они имеют в соответствующих отраслях законодательства.

Понятие аффилированности содержится в Законе о конкуренции 1991 г., а понятие взаимозависимости в гл.14.1 НК РФ.

Позиция о не тождественности этих понятий разделяется и в судебной практике.

Так, в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 27 сентября 2017 г. N Ф05-13659/17 по делу N А40-169342/2016, суд кассационной инстанции указал на следующее.

«... суд апелляционной инстанции правомерно признал ошибочными выводы суда первой инстанции о тождественности понятий аффилированности и взаимозависимости лиц...

Вместе с тем, понятия: «аффилированные» и «взаимозависимые лица» - действительно имеют много общего, однако у них различное правовое содержание и используются они в разных целях и различных сферах правового регулирования. Так, понятие взаимозависимых лиц имеет значение для налогового регулирования и закреплено в налоговом законодательстве РФ, понятие аффилированных лиц имеет значение прежде всего для банковского, корпоративного законодательства и регулируется гражданским законодательством.»

Действительно, правовые категории «аффилированность» и «взаимозависимость» имеют определенные общие признаки, связанные с тем, что оба понятия отражают факт экономической зависимости субъектов правоотношений. Однако сравнительный анализ этих двух категорий показывает, что понятие «взаимозависимости» значительно шире понятия аффилированности. И это понятно, поскольку защита публично-правовых интересов, включая обеспечение своевременности и полноты уплаты налогов, требует более строгих механизмов правового регулирования, включая более широкое понимание связанных экономической зависимостью лиц.

В Обзоре практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 и статьи 269 НК РФ (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16 февраля 2017 г.) отмечается, что возможность признания лиц взаимозависимыми на основании п. 7 ст. 105.1 НК РФ не ограничена случаями, когда в соответствии с законодательством участники сделки признавались бы аффилированными лицами, дочерними и зависимыми организациями и т.п.

Объектом исследования арбитражным судом по приведенным налоговым делам являлись акты налоговой проверки и вынесенные налоговой службой решения по результатам их проверки. А установление правильности и законности содержащихся в них выводов являлось предметом исследования судом различных инстанций. В свою очередь одним из обстоятельств исследованных налоговой службы при проведении налоговых проверок являлось установление наличия или отсутствия взаимозависимости, а не аффилированности ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG.

В подтверждение этого могут служить также и показания данные свидетелями Шуйковым Александром Владимировичем - заместителем начальника отдела выездных проверок ИФНС России № 36 по городу Москве, а также Колган Светланой Александровной - начальником отдела выездных налоговых проверок Межрегиональной инспекции по крупнейшим налогоплательщикам № 3.

В судебном заседании 28.11.2018 г. был допрошен в качестве свидетеля Шуйков Александр Владимирович, который показал суду, что он в составе поверяющих проводил выездную налоговую проверку деятельности ОАО «Тольяттиазот» за 2009-2010 годы.

Свидетель пояснил, что в ходе данной выездной налоговой проверки аффилированность ОАО «Тольяттиазот» и «Нитрохем Дистрибьюшн АГ» не устанавливалась, а устанавливалась взаимозависимость, потому что взаимозависимость является одним из критериев проверки, а также потому, что налоговый орган апеллировал понятием «взаимозависимость», поэтому именно ее проверяющие и устанавливали.

В судебном заседании 28.11.2018 г. была допрошена в качестве свидетеля также Колган Светлана Александровна которая показала, что она в составе проверяющих проводила выездную налоговую проверку деятельности ОАО «Тольяттиазот» за период с 1 января 2011 года по 31 декабря 2013 года.

Колган С.А. пояснила, что в ходе проводимой ею совместно с проверяющими выездной налоговой проверки они устанавливали факт взаимозависимости ОАО «Тольяттиазот» и «Нитрохем Дистрибьюшн АГ». Факт аффлированности они не устанавливали.

Допрошенный по делу и представивший в материалы настоящего уголовного дела специалист Борзило Евгения Юрьевна пояснила, что смешение понятия «аффилированность» с дефинициями других отраслей недопустимо по причине кардинального различия их характеристик. В отношении дефиниции «взаимозависимые лица» налогового законодательства специалист пояснил относительно следующих принципиальных отличий характеристик от понятия «аффилированность».

 

Характеристика

Аффилированность

Взаимозависимость

Отрасль законодательства

Законодательство о хозяйственных обществах

Налоговое законодательство

К каким правоотношениям применяется

Порядок создания, реорганизации, ликвидации, правовое положение обществ, корпоративные процедуры, права и обязанности акционеров /участников хозяйственного общества.

 

Властные отношения по установлению, введению и взиманию налогов и сборов в Российской Федерации, а также отношения, возникающие в процессе осуществления налогового контроля, обжалования актов налоговых органов, действий (бездействия) их должностных лиц и привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения.

 

Ключевой критерий

Влияние на принятие корпоративных решений лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (ст. 4 Закона о конкуренции)

 

Влияние на условия или экономические результаты деятельности;

влияние на результаты сделок по реализации товаров (работ, услуг). (ст. 20 НК)

 

Перечень критериев

Закрытый

Открытый

Сфера использования

При подготовке публичной информации об обществе (ст. 92 ФЗ об АО)

 

Определение сделки, в совершении которой имеется заинтересованность (ст. 81 ФЗ об АО, ст. 45 ФЗ об ООО)

 

Применение правил о выкупе акций (глава ХI.1 ФЗ об АО)

 

Контроль правильности определения рыночных цен (ст. 40 НК РФ)

Определение налоговой базы (ст. 212, раздел V.1 НК РФ)

 

Анализируя признаки, которые, по мнению судов, свидетельствуют о взаимозависимости (аффилированности) между ПАО «Тольяттиазот» (ТОАЗ) и NITROCHEM DISTRIBUTION AG необходимо отметить следующее:

Признаками взаимозависимости (аффилированности) суд указал:

·         членство в совете директоров компании NITROCHEM DISTRIBUTION AG (с правом совместной подписи с другим лицом) с 05.05.1997 по 08.01.2001 Андрея Махлая.

·         в указанный период времени председателем Совета директоров ОАО «Тольяттиазот», а также единоличным исполнительным органом (президентом) ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (с 28.01.2000 управляющая компания общества) являлся Махлай Владимир Николаевич – отец Андрея Махлая.

В действовавшем на тот момент законодательстве, как, впрочем, и в настоящий момент, понятие аффилированности не приводится, закон только содержит признаки аффилированности, применительно к юридическому лицу и физическому лицу, осуществляющему предпринимательскую деятельность.

В доктрине аффилированность понималась как способность одного лица оказывать влияние на другое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность (Тотьев К. Новое в российском законодательстве: аффилированные лица // Хозяйство и право. 1999. № 1. С. 54.).

В соответствии со ст.4 Закона о конкуренции 1991 г. (в редакции, действовавшей на дату заключения якобы имевшего место быть долгосрочного соглашения - 01.01.2001 г.), аффилированными лицами юридического лица признавались:

1)      член его совета директоров или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

2)      лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

3)      лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на акции (вклады, доли), составляющие уставный (складочный) капитал данного юридического лица;

4)      юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на акции (вклады, доли), составляющие уставный (складочный) капитал данного юридического лица;

5)      если юридическое лицо является участником финансово - промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово - промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово - промышленной группы.

 Аффилированными лицами физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, признавались:

1)      лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное физическое лицо;

2)      юридическое лицо, в котором данное физическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на акции (вклады, доли), составляющие уставный (складочный) капитал данного юридического лица.

 К группе лиц ст.4 Закона о конкуренции 1991 г. (в редакции, действовавшей на дату заключения якобы имевшего место быть долгосрочного соглашения - 01.01.2001 г.) относила группу юридических и (или) физических лиц, применительно к которым выполняется одно или несколько следующих условий:

1)      лицо или несколько лиц совместно в результате соглашения (согласованных действий) имеют право прямо или косвенно распоряжаться (в том числе на основании договоров купли - продажи, доверительного управления, о совместной деятельности, поручения или иных сделок) более чем 50% от общего количества голосов, приходящихся на акции (вклады, доли), составляющие уставный (складочный) капитал юридического лица. При этом под косвенным распоряжением голосами юридического лица понимается возможность фактического распоряжения ими через третьих лиц, по отношению к которым первое лицо обладает вышеперечисленным правом или полномочием;

2)      лицо или несколько лиц получили возможность на основании договора или иным образом определять решения, принимаемые другими лицом или лицами, в том числе определять условия ведения другими лицом или лицами предпринимательской деятельности, либо осуществлять полномочия исполнительного органа других лица или лиц на основании договора;

3)      лицо имеет право назначать единоличный исполнительный орган и (или) более 50% состава коллегиального исполнительного органа юридического лица и (или) по предложению лица избрано более 50% состава Совета директоров или иного коллегиального органа управления юридического лица;

4)      физическое лицо осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа юридического лица;

5)      одни и те же физические лица, их супруги, родители, дети, братья, сестры и (или) лица, предложенные одним и тем же юридическим лицом, составляют более 50% состава коллегиального исполнительного органа и (или) Совета директоров или иного коллегиального органа управления двух и более юридических лиц или по предложению одних и тех же юридических лиц избрано более 50% состава Совета директоров или иного коллегиального органа управления двух и более юридических лиц;

6)      одни и те же физические лица, их супруги, родители, дети, братья, сестры и (или) юридические лица имеют право самостоятельно или через представителей (поверенных) распоряжаться в сумме более чем 50% голосов, приходящихся на акции (вклады, доли), составляющие уставный (складочный) капитал каждого из двух и более юридических лиц;

7)      физические лица и (или) юридические лица имеют право самостоятельно или через представителей (поверенных) распоряжаться в сумме более чем 50% голосов, приходящихся на акции (вклады, доли), составляющие уставный (складочный) капитал одного юридического лица, и одновременно данные физические лица, их супруги, родители, дети, братья, сестры и (или) лица, предложенные одним и тем же юридическим лицом, составляют более 50% состава коллегиального исполнительного органа и (или) Совета директоров или иного коллегиального органа управления другого юридического лица;

8)      юридические лица являются участниками одной финансово - промышленной группы;

9)      физические лица являются супругами, родителями и детьми, братьями и (или) сестрами.

 Исходя из используемой в законодательстве юридической техники (Конструкция аффилированности в соответствии со ст. 4 Закона РСФСР о конкуренции 1991 г. такова: «Аффилированными лицами юридического лица являются…», «Аффилированными лицами физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, являются…»), следует сделать вывод об одностороннем характере аффилированности в российском праве поскольку аффилированными признаются только лица, которые оказывают влияние на других лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

 Из вышеприведенных положений ст.4 Закона о конкуренции 1991 г. можно сделать выводы, что на момент предполагаемого совершения сделки – Соглашения от 01.01.2001 г.:

·         Андрей Махлай являлся аффилированным лицом компании NITROCHEM DISTRIBUTION AG, как член совета директоров данной компании;

·         Владимир Махлай являлся аффилированным лицом ОАО «Тольяттиазот» как член совета директоров данной компании;

·         Владимир Махлай являлся аффилированным лицом ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот по критерию группы лиц с ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» как лицо, осуществляющее полномочия единоличного исполнительного органа данного лица».

 Владимир Махлай и Андрей Махлай как отец и сын могли бы быть признаны аффилированными лицами по критерию группы лиц, при условии осуществления  лицом, на которое осуществляется влияние,  предпринимательской деятельности.

При этом необходимо учитывать, что в силу вышеприведенных положений законодательства вхождение физических лиц в одну группу лиц не означало их вхождения в группу лиц юридического лица, с которым каждое из этих физических лиц входило в группу лиц или являлось по отношению к нему аффилированным лицом. Такой вывод сделан нами из конструкции нормы ст.4 Закона о конкуренции 1991 г. (в редакции, действовавшей на дату заключения соглашения - 01.01.2001 г). Нетрудно заметить, что когда закон устанавливает аффилированность между физическим и юридическим лицами он указывает на это прямо, как, например, в п.п. 4-7 указанной статьи. А согласно п.9 этой статьи образование группы между физическими лицами возможно, только при условии осуществления физическим лицом, на которое оказывается влияние, предпринимательской деятельности.).

 Поскольку Андрей Махлай не входил в группу лиц NITROCHEM DISTRIBUTION AG, а Владимир Махлай не входил в группу лиц ОАО «Тольяттиазот», ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG не являлись между собой аффилированными лицами.

 Иные обстоятельства, которые приводятся в судебных актах по делам №№ А40-243849/16, А40-6292/13, А40-35382/13 в обоснование взаимозависимости для целей налогового законодательства также не свидетельствуют о наличии между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG отношений аффилированности.

 В судебных актах не приводится информация на какую дату была установлена взаимозависимость, однако:

·         предметом оспаривания в рамках дела №А40-6292/13 являлось признание недействительным решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части неполной уплаты налогов и сборов за 2009 г.;

·         предметом оспаривания в рамках дела № А40-35382/13 являлось признание недействительным решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части неполной уплаты налогов и сборов за 2010 г.;

·         предметом оспаривания в рамках дела А40-243849/16-108-2201 являлось признание недействительным решения налогового органа об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на прибыль организаций за 2011 год.

 В связи с этим далее мы приведем анализ соответствия перечисленных в судебных актах по делам №№ А40-243849/16, А40-6292/13, А40-5382/13 признаков взаимозависимости ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG критериям аффилированности, установленным законодательством РФ в 2009-2011 гг.

 Так, в частности, в доказательство взаимозависимости суды ссылаются на следующие обстоятельства:

·         Единственным учредителем NITROCHEM DISTRIBUTION AG является компания Ameropa Holding AG, также являющаяся единственным учредителем Ameropa AG. В свою очередь, Ameropa AG владеет 30% доли ООО «Тафко», которому принадлежит 25% ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот», являющейся управляющей компанией ОАО «Тольяттиазот». Доля участия ОАО «Тольяттиазот» в ООО «Тафко» составляет 69%;

·         Руководителем ООО «Тафко» является Волостнова В.В., получившая в 2009 году доход одновременно от ООО «Тафко», ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» и ОАО «Тольяттиазот»;

·         Инспекцией в материалы дела представлена схема взаимозависимости вышеперечисленных компаний, составленная по данным Единого государственного реестра налогоплательщиков, а также информационных агентств Амадеус и СПАРК (Международная информационная группа «Интерфакс»), из которого следует, что ООО «ТАФКО» создавалось как «Совместное Советско-Швейцарское предприятие ТИА». Кроме того, по данным информационного агентства СПАРК до 1999 года NITROCHEM DISTRIBUTION AG владело 18,3% доли в ОАО «Тольяттиазот»;

·         Налоговой Инспекцией были получены и представлены в материалы дела, предоставленные Управлением по Самарской области Следственного Комитета Российской Федерации, которое в рамках расследования уголовного дела в отношении ОАО «Тольяттиазот» представило Протокол осмотра предметов (документов) от 01.03.2013 с приложением отчета Компании Ernst & Young «Результаты диагностики системы управления и ключевых областей деятельности Группы ОАО «Тольяттиазот», при анализе которых установлено, что общество является взаимозависимым с компанией «NITROCHEM DISTRIBUTION AG» о чем свидетельствует Схема на 8 странице Отчета «Структура управления диверсифицированным портфелем активов Группы ОАО «Тольяттиазот»».

·         Из вышеуказанного Отчета также следует, что «в структуру Корпорации ТОАЗ, помимо основного производственного предприятия (ОАО «Тольяттиазот»), входит ряд диверсифицированных зависимых и аффилированных компаний. Структура управления группой и текущая роль Корпорации не прозрачны»;

·         Между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG заключено долгосрочное соглашение, которое оказывает влияние на результаты сделок по  реализации товаров (работ, услуг), в силу наличия условий, определяющих порядок реализации подавляющего объема, производимого аммиака, а также значительные негативные финансовые последствия в случае желания общества прекратить его исполнение. 

Сопоставим указанные судом и наличествующие в указанный период времени в законе основания аффилированности.

В рассматриваемый период времени в законодательстве были установлены следующие критерии аффилированности для юридических и физических лиц: 

Далее мы приведем анализ наличия признаков аффилированности в период 2009-2011 годов. Сначала мы будем называть установленный законом критерий, а затем давать его оценку применительно к аффилированности с ОАО «Тольяттиазот»: 

Таблица №1. «Анализ наличия признаков аффилированности в период 2009-2011 гг.»

Установленный законом критерий аффилированности

Оценка критерия применительно к аффилированности с ОАО «Тольяттиазот»

Критерии для юридических лиц:

член его совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

Отсутствует

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо

 

анализ на соответствие критерию аффилированности по принадлежности к группе будет дан отдельно немного позже (см.таблицы № 2 и 3)

лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица

Поскольку NITROCHEM DISTRIBUTION AG не имело права распоряжаться голосами, приходящимися на голосующие акции ОАО «Тольяттиазот», а ОАО «Тольяттиазот» не имело права распоряжаться голосами, приходящимися на голосующие акции NITROCHEM DISTRIBUTION AG по данным критериям они не могли быть признаны аффилированными лицами.

По данным критериям могли бы быть признаны аффилированными:

ООО «Тафко» и Ameropa AG поскольку Ameropa AG владеет 30% доли ООО «Тафко»;

ОАО «Тольяттиазот» и ООО «Тафко», поскольку ОАО «Тольяттиазот» владело 69% ООО «Тафко»;

ООО «Тафко» и ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот», поскольку ООО «Тафко» принадлежит 25% ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот».

 

юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица

если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы

Отсутствует

Критерии для физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность:

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное физическое лицо;

 

анализ на соответствие критерию принадлежности к группе будет дан отдельно немного позже ( см. таблицы № 2 и 3).

юридическое лицо, в котором данное физическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

 

Отсутствует

 

Теперь мы приведем анализ наличия признаков аффилированности по признаку группы лиц в соответствии с Законом о защите конкуренции в редакции, действовавшей до 19.07.2009 г. Сначала мы будем называть установленный законом критерий, а затем сообщать о наличии данного критерия исходя из фактов, указанных в судебных актах: 

Таблица №2 «Анализ наличия признаков аффилированности по признаку группы лиц в соответствии с Законом о защите конкуренции в редакции, действовавшей до 19.07.2009 г.».

Критерий

Наличие данного критерия исходя из фактов, указанных в судебных актах

1) хозяйственное общество (товарищество) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе) либо в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, более чем 50% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества);

По данным критериям аффилированными лицами  могли бы быть признаны:

Ameropa Holding AG и Ameropa AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем Ameropa AG (п.1 ст. 9)

NITROCHEM DISTRIBUTION AG и Ameropa Holding AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем NITROCHEM DISTRIBUTION AG

ОАО «Тольяттиазот» и ООО «Тафко», поскольку ОАО «Тольяттиазот» владело 69% ООО «Тафко»

2) хозяйственные общества (товарищества), в которых одно и то же физическое лицо или одно и то же юридическое лицо имеет в силу своего участия в этих хозяйственных обществах (товариществах) либо в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, более чем 50% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале каждого из этих хозяйственных обществ (товариществ);

3) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо осуществляет функции единоличного исполнительного органа этого хозяйственного общества;

По данному критерию аффилированными лицами могли бы быть признаны ОАО «Тольяттиазот» и ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот», поскольку ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» являлось управляющей компанией ОАО «Тольяттиазот».

4) хозяйственные общества, в которых одно и то же физическое лицо или одно и то же юридическое лицо осуществляет функции единоличного исполнительного органа;

Отсутствует

5) хозяйственное общество (товарищество) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу) обязательные для исполнения указания;

Отсутствует

6) хозяйственные общества (товарищества), в которых одно и то же физическое лицо или одно и то же юридическое лицо на основании учредительных документов этих хозяйственных обществ (товариществ) или заключенных с этими хозяйственными обществами (товариществами) договоров вправе давать этим хозяйственным обществам (товариществам) обязательные для исполнения указания;

Отсутствует

7) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества;

Отсутствует

8) хозяйственные общества, единоличный исполнительный орган которых назначен или избран по предложению одного и того же физического лица или одного и того же юридического лица;

Отсутствует

9) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем 50% количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

Отсутствует

10) хозяйственные общества, в которых более чем 50% количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета) избрано по предложению одного и того же физического лица или одного и того же юридического лица;

Отсутствует

11) хозяйственные общества, в которых более чем 50% количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета) составляют одни и те же физические лица;

Отсутствует

12) лица, являющиеся участниками одной и той же финансово-промышленной группы;

Отсутствует

13) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

Отсутствует, поскольку отсутствует обязательное условие осуществления  лицом, на которое осуществляется влияние,  предпринимательской деятельности

14) лица, каждое из которых по какому-либо указанному в пунктах 1-13 настоящей части основанию входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с каждым из таких лиц в одну группу по какому-либо указанному в пунктах 1-13 настоящей части основанию.

Ameropa Holding AG и Ameropa AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем Ameropa AG (п.1 ст. 9)

NITROCHEM DISTRIBUTION AG и Ameropa Holding AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем NITROCHEM DISTRIBUTION AG

ОАО «Тольяттиазот» и ООО «Тафко», поскольку ОАО «Тольяттиазот» владело 69% ООО «Тафко»

 

ОАО «Тольяттиазот» и ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот», поскольку ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» являлось управляющей компанией ОАО «Тольяттиазот».

 

Далее мы приведем анализ наличия признаков аффилированности по признаку группы лиц в соответствии с Законом о защите конкуренции в редакции, действовавшей с 20.07.2009 г. Сначала мы будем называть установленный законом критерий, а затем сообщать о наличии данного критерия исходя из фактов, указанных в судебных актах: 

Таблица № 3 «Анализ наличия признаков аффилированности по признаку группы лиц в соответствии с Законом о защите конкуренции в редакции, действовавшей с 20.07.2009 г.».

Критерий

Наличие данного критерия исходя из фактов, указанных в судебных актах

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

По данному критерию аффилированными лицами могли бы быть признаны:

Ameropa Holding AG и Ameropa AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем Ameropa AG (п.1 ст. 9)

NITROCHEM DISTRIBUTION AG и Ameropa Holding AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем NITROCHEM DISTRIBUTION AG

ОАО «Тольяттиазот» и ООО «Тафко», поскольку ОАО «Тольяттиазот» владело 69% ООО «Тафко»

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

По данному критерию аффилированными лицами могли бы быть признаны ОАО «Тольяттиазот» и ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот», поскольку ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» являлось управляющей компанией ОАО «Тольяттиазот».

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

Отсутствует

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров(наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

Отсутствует

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

Отсутствует

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

Отсутствует

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

Отсутствует, поскольку отсутствует обязательное условие осуществления  лицом, на которое осуществляется влияние,  предпринимательской деятельности

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

Аффилированными лицами по данному признаку являются:

Ameropa Holding AG и Ameropa AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем Ameropa AG;

NITROCHEM DISTRIBUTION AG и Ameropa Holding AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем NITROCHEM DISTRIBUTION AG;

ОАО «Тольяттиазот» и ООО «Тафко», поскольку ОАО «Тольяттиазот» владело 69% ООО «Тафко»;

ОАО «Тольяттиазот» и ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот», поскольку ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» являлось управляющей компанией ОАО «Тольяттиазот»;

ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» и ООО «Тафко» как лица, входящие в группу с одним и тем же лицом - ОАО «Тольяттиазот»;

Волостнова В.В., ООО «Тафко» (в тексте судебных актов Волостнова названа руководителем Тафко), ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» и ОАО «Тольяттиазот», как лица, входящие в группу с одним и тем же лицом - ОАО «Тольяттиазот».

 

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 – 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем 50% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Отсутствует

 

Как видно из анализа критериев аффилированности и исходя из указанной в рассматриваемых судебных актах информации, компании Ameropa Holding AG и Ameropa AG не образуют группу лиц с ООО «Тафко», поскольку владеют менее 50% в ее уставном капитале, а, следовательно, не образуют группу лиц с ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» и ОАО «Тольяттиазот».

Соответственно, в группу лиц NITROCHEM DISTRIBUTION AG не входило ООО «Тафко» и ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот», а, следовательно, NITROCHEM DISTRIBUTION AG и ОАО «Тольяттиазот» не составляли между собой группу лиц и по данному критерию не могли быть признаны аффилированными лицами.

NITROCHEM DISTRIBUTION AG не может быть признано аффилированным с ОАО «Тольяттиазот» также и постольку, поскольку, как указано в судебных актах, «по данным информационного агентства СПАРК до 1999 года NITROCHEM DISTRIBUTION AG владело 18,3% доли в ОАО «Тольяттиазот», то есть NITROCHEM DISTRIBUTION AG принадлежало менее 20% акций ОАО «Тольяттиазот».

Ссылка судов на наличие в материалах дела отчета Компании Ernst & Young, при анализе которого было установлено, что общество является взаимозависимым с компанией «NITROCHEM DISTRIBUTION AG», не имеет значения для установления аффилированности между лицами, так как аффилированность может быть подтверждена только определенными юридическими фактами (владение акциями (долями), избрание (назначение) в состав органов управления и т.п.) и не может основываться на предположениях любых лиц.

В отношении долгосрочного соглашения, если таковое в действительности было бы заключено между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, которое, по мнению судов, оказывает влияние на результаты сделок по реализации товаров (работ, услуг), в силу наличия условий, определяющих порядок реализации подавляющего объема, производимого аммиака, а также значительных негативных финансовых последствий в случае его расторжения отмечаем следующее.

Во-первых, соответствующего критерия аффилированности нет в Законе о конкуренции 1991 г.

Во-вторых, как было отмечено ранее, наличие между лицами письменного соглашения могло бы свидетельствовать об их аффилированности между собой только в том случае, если бы такое соглашение предоставляло юридическому лицу более чем 50% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) другого юридического лица (п.1 ст.9 Закона о конкуренции), а также право давать юридическому лицу обязательные для исполнения указания (п.3 ст.9 Закона о конкуренции).

Поскольку долгосрочное соглашение, если таковое в действительности было бы заключено между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, регулировало вопросы поставок продукции и ценообразования, но не предоставляло вышеуказанных прав, факт его заключения или отсутствие такого факта не свидетельствует о наличии между его сторонами признаков аффилированности.

Дополнительным критериям аффилированности, приведенным в судебных актах по делам №№ А55-1621/2018, А55-1618/2018, А55-1622/2018, совпадающим с приведенной аргументацией, предоставленной представителем потерпевшего АО «ОХК «Уралхим» Ермизиным, в части уже ранее была дана оценка. Из показаний специалиста однозначно следовало, что ни одно из приведенных представителем потерпевшего Ермизиным обстоятельств не подтверждает наличие аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, основанное на законе.

В другой части оценка таким дополнительным критериям будет дана позднее в нашем выступлении.

Исходя из вышеизложенного очевидным образом следует, что никакие из установленных судебными актами по делам № А40-243849/16, А40-6292/13, А40-5382/13, А55-1621/2018, А55-1618/2018, А55-1622/2018 обстоятельств не соответствуют признакам аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, установленным законодательством. Понятия «взаимозависимость» и «аффилированность» имеют различные значения и сферы применения и не являются тождественными друг другу. 


Невозможность установления аффилированности и заинтересованности в совершении сделок по признакам бенефициарного владения акциями ОАО «Тольяттиазот»

Возможно ли в соответствии с российским законодательством, действовавшим в период с ноября 2007 г. по март 2012 г., установление аффилированности и заинтересованности в совершении сделок по признакам бенефициарного владения, контроля за иностранными компаниями посредством трастовых схем, о чем утверждают государственный обвинитель и АО «ОХК «Уралхим»?

Ответ на этот вопрос: нет, это не является возможным.

В соответствии с российским законодательством, действовавшим в период с ноября 2007 г. по март 2012 г., по признакам бенефициарного владения, контроля за иностранными компаниями посредством трастовых схем, обстоятельства которых описаны в материалах настоящего уголовного дела, аффилированность и заинтересованность в совершении сделок не может быть установлена.

Факты бенефициарного владения акциями не имеют правового значения для установления аффилированности и наличия признаков заинтересованности в сделках.

 Факты бенефициарного владения акциями ОАО «Тольяттиазот» отсутствуют, не доказаны, а если таковые и имели бы место в действительности, не имеют правового значения для установления аффилированности и наличия признаков заинтересованности в сделках по следующим причинам.

 1) В рассматриваемый период времени (с ноября 2007 г. по март 2012 г.) понятия «бенефициар», «конечный бенефициар», «бенефициарный владелец», и аналогичные им не использовались в российском праве.

Соответствующе термины лишь фрагментарно встречались в российском законодательстве в более поздний период.

Так, понятие «бенефициарный владелец» появилось в Федеральном законе от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» только с 30.06.2013 г., понятие «лицо, имеющее фактическое право на доходы» появилось в НК РФ с 01.01.2015 г. Важно, что соответствующие понятия использовались исключительно для целей соответствующих законов (публично-правовых целей) и не заимствовались другими отраслями права, включая корпоративное право.

Данный вывод подтверждается и судебной практикой. Так, арбитражный суд, рассматривая иск об обязании ООО предоставить копии документов, связанных с деятельностью общества, лицу, считающему себя бенефициарным владельцем российской компании через цепочку иностранных юридических лиц на основании трастового договора, указал, что «используемое истцом понятие «бенефициарный владелец» юридически ничтожно, так как российское гражданское законодательство такого института не знает, данный термин в РФ применяется только для юридических лиц-клиентов российских банков; в соответствии с гражданским законодательством бенефициарный владелец не имеет прав и обязанностей, связанных со своим положением». (Решение Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.08.2015 г. по делу № А56-44200/2015. См. также Решение Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.09.2016 г. по делу № А56-28124/2016).

Вопросы аффилированности и заинтересованности в совершении сделок содержатся в нормах корпоративного права, которое, будучи частью гражданского права, не допускает регулирование корпоративных отношений публично-правовыми нормами и применение к таким отношениям норм публичного права по аналогии (п.3 ст.2 ГК РФ).

Если понятие бенефициарный владелец основано на наличии фактического влияния, то для установления наличия аффилированности важно наличие видимой правовой связи между субъектами правоотношения.

Так, критерием аффилированности между юридическими лицами является наличие у лица права распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли другого юридического лица. Такое право по российскому законодательству, действовавшему в рассматриваемый период времени, существовало исключительно у лица, имеющего статус акционера (участника) хозяйственного общества, а также у лица, которое было надлежащим образом уполномочено акционером (участником).

Кроме того, критерием аффилированности по признаку принадлежности к группе лиц являлось право лица давать хозяйственному обществу обязательные для исполнения указания на основании учредительных документов этого хозяйственного общества или заключенного с ним договора, то есть также в силу видимой, юридически оформленной связи между субъектами правоотношения.

 2) Сам по себе факт бенефициарного владения, то есть факт фактического владения лицом правами на акции, если таковой бы и имел место быть, еще не означает, что бенефициарный владелец имел права распоряжаться голосами, приходящимися на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал юридического лица, бенефициаром которого он является.

Бенефициаром в некоторых случаях может осуществляться фактический контроль, но эти обстоятельства требуют тщательного доказывания, и даже в случае их доказанности, наличие фактического контроля в рассматриваемый период не являлось и в настоящее время не является основанием аффилированности и квалифицирующим критерием для признания сделки как сделки с заинтересованностью.

 3) Обстоятельства бенефициарного владения акциями (долями) компаний, на которые ссылаются государственный обвинитель и АО «ОХК «Уралхим» и которые, по мнению авторов, подтверждаются материалами настоящего уголовного дела, такое бенефициарное владение не подтверждают.

Так, в доказательство данных обстоятельств приводятся свидетельские показания должностных лиц иностранных компаний, письмо Росфинмониторинга со ссылкой на данные финансовой разведки Британских Виргинских островов и некоторые другие.

Между тем, в практике международного частного права факты бенефициарного владения должны подтверждаться надлежащими письменными доказательствами, свидетельствующими о наличии правовой связи между фактическим бенефициаром и номинальным акционером компании. Такими доказательствами, например, могут быть документы, подтверждающие учреждение траста – трастовые декларации и т.п., письменные соглашения, например, соглашения о возмещении потерь (indemnity agreement), об опционах и т.п. В материалах настоящего уголовного дела соответствующие документы отсутствуют.

 4) Для установления факта наличия аффилированности в силу контроля над компанией посредством трастовых схем необходимо достоверно установить позволяли ли условия такого траста и нормы применимого к нему права распоряжаться голосами приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли юридического лица. В ином случае владение акциями (долями) через траст не может создавать аффилированности.

В силу норм права, подлежащих применению к конкретному трасту, полномочия по распоряжению корпоративными правами, в том числе правом голоса, могли принадлежать иному, чем бенефициарный собственник, лицу.

Это обусловлено специфической правовой природой траста.

Институт траста (доверительной собственности) известен странам англосаксонской правовой семьи, к которым относятся Великобритания, Кипр, Британские Виргинские острова и др.

Институт траста (от англ. trust – доверие) представляет собой систему взаимоотношений в отношении собственности, при которой учредитель траста – собственник (settlor) наделяет своими правами управляющего (trustee), который, выступая в имущественном обороте в роли собственника, должен действовать в интересах выгодоприобретателя (beneficiary).

Отличительной особенностью траста является то, что правами собственности на переданное в траст имущество обладают все участники трастового правоотношения: управляющий (trustee) является собственником по общему праву (common law), а выгодоприобретатель (beneficiary) – по праву справедливости (law of equity). За учредителем траста остается право на его изменение или отмену. Таким образом, в трастовом правоотношении могут одновременно участвовать два и более лица, и при этом учредитель траста и бенефициар (выгодоприобретатель) могут не совпадать в одном лице.

В ст.2 Конвенции о праве, применимом к доверительной собственности и ее последующем признании, принятой в Гааге 01.07.1985 года и вступившей в силу 1 января 1992 г., участницей которой Российская Федерация не является, установлено, что доверительный собственник наделен полномочиями и обязанностями, за исполнение которых он несет ответственность, по управлению, использованию или распоряжению активами на условиях доверительной собственности, а также имеет специальные обязанности, возложенные на него законодательством. При этом тот факт, что доверительный собственник может иметь права бенефициара, необязательно противоречат существованию доверительной собственности (ст.2 Конвенции).

Таким образом, как следует из Конвенции, права бенефициара, а также полномочия по распоряжению активами могут принадлежать и доверительному собственнику.

Соответственно для установления прав бенефициара российской компании по распоряжению голосами, приходящимися на акции, переданными им в траст, необходимо, во-первых, располагать достоверной информацией обо всех условиях траста, включая полномочия участников траста по распоряжению голосами из акций, а во-вторых, положения норм права, применимого к данному трасту, поскольку условия траста и (или) применимого к нему права могли просто не позволять бенефициару траста каким-либо образом влиять на осуществление корпоративных прав.

По этой причине ссылки на аффилированность упоминаемых в материалах уголовного дела иностранных компаний со сторонами сделок (ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG) не могут быть приняты во внимание для целей признания лиц аффилированными, а совершенных ими сделок – сделками с заинтересованностью по нормам российского законодательства.

Равным образом не имеют правового значения и иные факты, которые приводятся государственным обвинителем и АО «ОХК «Уралхим» как основание аффилированности между различными лицами, в частности: нахождение юридических лиц по одному и тому же адресу, представительство интересов различных лиц одним и тем же лицом либо представительство интересов иностранных компаний работниками ОАО «Тольяттиазот» или иными лицами, поскольку соответствующие обстоятельства не названы в законе в качестве критериев аффилированности.

 В связи с вышеизложенным, при определении фактов аффилированности и заинтересованности в совершении сделок не может быть принята во внимание информация, которая, по мнению авторов обвинения, свидетельствует об аффилированности между сторонами рассматриваемых сделок, поскольку те обстоятельства, на которые авторы обвинения ссылаются как на основания аффилированности и заинтересованности, не являются таковыми по российскому законодательству. 


Отсутствие аффилированности и заинтересованности в совершении сделок

Свидетельствуют ли такие обстоятельства, приведенные государственным обвинителем и АО «ОХК «Уралхим» об аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG? Если свидетельствуют, то создавали ли эти обстоятельства и факты обязанность по одобрению сделок, заключенных между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG?

Обстоятельства, приведенные государственным обвинителем и АО «ОХК «Уралхим» об аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG не свидетельствуют об аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG и не создавали обязанности по одобрению нижеуказанных сделок, заключенных между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, как сделок, в совершении которых имеется заинтересованность.

 Для установления факта аффилированности и заинтересованности в совершении сделки необходимо наличие установленных в законе критериев на момент совершения сделки.

В силу ст. 81 Закона «об акционерных обществах» заинтересованность в совершении обществом сделки необходимо устанавливать на момент ее совершения. Это подтверждается также п.14 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13 марта 2001 г. N 62 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением хозяйственными обществами крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность». Аналогичные положения содержатся также в п.9 Постановления Пленума ВАС РФ № 28 от 16 мая 2014 года и п.22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 июня 2018 г. N 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность».

Таким образом, для этого необходимо установить, существовали ли признаки заинтересованности в сделках между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG на дату заключения между этими компаниями каждого контракта и дополнительного соглашения к каждому контракту.

В связи с этим в дальнейшем нами будет приведен анализ наличия таких признаков применительно к каждому заключенному контракту и дополнительному соглашению к нему в соответствии с законодательством, действовавшим на соответствующие периоды времени.

Устав ОАО «Тольяттиазот» (в редакции на даты совершения всех сделок, приведенных в обвинительном заключении) не содержал иных, кроме установленных в ч.1 ст. 81 Закона об АО, случаев признания заинтересованными лицами при совершении сделок членов совета директоров, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, в том числе управляющей организации или управляющего, членов коллегиального исполнительного органа  или акционера общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

 Поскольку в определенные периоды времени состав лиц, в отношении которых в материалах уголовного дела содержатся указания на взаимную аффилированность, оставался неизменным, то мы систематизировали и сгруппировали заключенные между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG сделки (контракты и дополнительные соглашения к ним) по периодам, когда состав таких лиц и их группы оставался стабильным (неизменным). Мы основывались только на данных информации, содержащейся в материалах уголовного дела.

Иными словами, в дальнейшем мы будем приводить доводы в отношении наличия или отсутствия аффилированности и заинтересованности в отношении нескольких разных сделок одновременно, так как состав лиц, которые были указаны как аффилированные, и их группа были одинаковы на даты совершения соответствующих сделок либо имели незначительные изменения.

Для установления наличия признаков аффилированности и заинтересованности в соответствии с нормами российского законодательства необходимо установить на дату совершения каждой из сделок в отношении ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG:

·         членов совета директоров;

·         лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа, в том числе управляющую организации или управляющего;

·         членов коллегиального исполнительного органа (при его наличии)

·         акционеров, имеющих совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций;

·         лиц, имеющих право давать обязательные указания;

·         лиц, которые имеют право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

·         юридических лиц, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

·         лиц, принадлежащих к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

Применительно к каждому контракту (дополнительному соглашению), мы будем анализировать легальные основания установления аффилированности (основанные на законе), а также те обстоятельства, которые, по мнению стороны обвинения, доказывают аффилированность.

Отметим сразу, что такие обстоятельства не создают аффилированности и заинтересованности, но будут описаны и проанализированы нами в целях достижения определенности и опровержения не соответствующих закону утверждений государственных обвинителей и АО «ОХК «Уралхим».

 

Анализ отсутствия заинтересованности в совершении сделок 

Анализ первой группы сделок

·         Контракт № 643/00206492/07121 от 10.12.2007 г.,

·         Контракт № 643/00206492/07122 от 20.12.2007 г.  (вместе с дополнительными соглашениями № 1 от 28.12.2007 г., № 2 от 31.01.2008 г., № 3 от 29.02.2008 г., № 4 от 31.03.2008 г., № 5 от 30.04.2008 г. № 6 от 30.05.2008 г., № 7 от 23.06.2008 г., № 8 от 25.07.2008 г., № 9 от 31.07.2008 г., № 10 от 27.08.2008 г., № 11 от 30.09.2008 г., № 12 от 31.10.2008 г.),

·         Контракт № 643/00206492/08056 от 29.05.2008 г. (вместе с дополнением № 1 от 14.08.2008 г.)

 1. Опровержение наличия формальной аффилированности (по основаниям, установленным законодательством).

Данные сделки совершены от имени ОАО «Тольяттиазот» вице-президентом ЗАО «Корпорация Тольяттиазот» Виноградовым А.С., от имени NITROCHEM DISTRIBUTION AG президентом Рупрехтом Б., за исключением дополнительного соглашения № 11 от 30.09.2008 г. к Контракту № 643/00206492/07122 от 20.12.2007 г., подписанного от имени ОАО «Тольяттиазот» исполнительным директором ОАО «Тольяттиазот» Будановым Ю.Н.

В данном случае наличие признаков аффилированности и заинтересованности будет устанавливаться на даты совершения соответствующих сделок.

Далее (в таблице № 4) мы приводим информацию об аффилированных лицах ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG по состоянию на декабрь 2007 г. - декабрь 2008 г.


ТАБЛИЦА № 4. СВЕДЕНИЯ О ЛИЦАХ, ЯВЛЯЮЩИХСЯ АФФИЛИРОВАННЫМИ ЛИЦАМИ ОАО «ТОЛЬЯТТИАЗОТ» И NITROCHEM DISTRIBUTION AG НА ДЕКАБРЬ 2007 Г. - ДЕКАБРЬ 2008 Г.

 

№ п/п

Основание аффилированности

ФИО, наименование

ФИО, наименование

ОАО Тольяттиазот

 

Nitrochem Distribution AG

 

1

Члены совета директоров

Махлай Владимир Николаевич,

Виноградов Алексей Сергеевич,

Семенова Валентина Алексеевна,

Макаров Александр Владимирович,

Корнилов Валентин Михайлович,

Мамигонов Владимир Григорьевич,

Королев Евгений Анатольевич

Согласно показаниям Ермизина, письму Интерпола, обвинительному заключению (стр. 65 абз.  6, стр. 166 абз. 3),  материалам уголовного дела (том 343 л.д. 62-64, заявление Циви - том 341 л.д. 144-149, анкета юр. лица для депозитария - том 17 л.д. 38-39, справка Интерпола - том 200 стр. 43-52, выписка из торг реестра - том 416 л.д. 1-4)  :

 

с 2006 г. по 2010 г. Циви Ф. является председателем (президентом) совета директоров;

 

Циви Э.Г. является членом совета директоров;

 

2

Единоличный исполнительный орган

Полномочия переданы управляющей компании - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (ЗАО Корпорация «ТоАЗ»)

Рупрехт-Ведемайер Б. в период с 1997 г. по 23.04.2009 - показания Ермизина, а также обвинительным заключением (стр. 4 абз. 5, с. 114 абз. 3), материалы уголовного дела (том 288 л.д. 151-234, показания Рупрехта - том 289 л.д. 183-248)

 

Б. Рупрехт также член совета директоров Амеропа Холдинг АГ

3

Коллегиальный исполнительный орган

Отсутствует

Циви Э.Г.

 

4

Лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

Согласно данным ежеквартального отчета отсутствуют.

 

 

Ameropa Holding AG

5

Юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица

1) ООО «ГАТАРС» (доля 100%);

2) ООО «ТоАЗ-Краснодар» (доля 100%);

3) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

4) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

5) ООО «ТоАЗ-Ярославль» (доля 100%);

6) ООО «Порт-АМОТоАЗ» (доля 100%);

7) ООО «ШКДП» (доля 100%);

8) ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности» (доля 77,26%);

9) ООО «Тафко» (доля 69%);

10) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

11) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

12) ЗАО «ТоАЗ-Ком» (доля 51%);

13) ОАО «Агрофирма «Исаклинская» (доля 42,86%);

14) ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (доля 40%);

15) АО «КРИОС» (доля 22,07%);

16) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

17) ООО «ПОНТИКУС» (доля 25%);

 

У NITROCHEM DISTRIBUTION AG такие лица отсутствуют.

 

При этом Ameropa Holding AG владеет компанией Ameropa AG. (100%), которая, в свою очередь, владеет ООО «Тафко» (30%).

 

ООО «Тафко»:

 

Участники - Выписка из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «ТАФКО», предоставленная 20.03.2015 УФНС России по Самарской области - том 369 л.д. 2-9, том 370 л.д. 66-74, 75-83, 85-93, 94-294:

ОАО «Тольяттиазот» (с долей 69%);

швейцарская компания Ameropa AG.  (с долей 30%);

Волостнова В.В. (с долей 1%).

 

Волостнова В.В. назначена президентом ЗАО Корпорация «ТоАЗ» Махлаем В.Н. исполнять обязанности генерального директора ООО «ТАФКО» с 04.08.2004.

 

На ВОСУ 30.07.2007 г. решения принимались ОАО «Тольяттиазот» и фирмой Амеропа АГ.

 

Согласно изменениям и дополнениями к учредительному договору от 30.07.2007 г. доля ОАО «Тольяттиазот» составляет 69%, доля фирмы Амеропа АГ 30%, доля общества 1% - протоколы осмотра документов, изъятых 10.08.2015 в ходе выемки в МИ ФНС России № 19 по Самарской области, том 370 л.д. 66-74, 75-83, 85-93, 94-294

 

 

ЗАО Корпорация ТоАЗ:

 

Махлай В.Н. - президент».

 

Акционеры:

ООО «Тафко» -25%,

ООО «Контаз» – 25%,

АКБ Тольяттихимбанк – 10%,

ОАО «Тольяттиазот» – 40%.

 

Совет директоров в ЗАО Корпорация «ТоАЗ» в рассматриваемом периоде отсутствовал.

 

Учредителями ООО «Контаз» при регистрации выступали ОАО «Тольяттиазот», ОАО «Азотреммаш», ООО «ТАФКО» и физические лица, в числе которых Семенова В.А - письмо АКБ «Тольяттихимбанк» (ЗАО) от 05.05.2016. Точный размер долей не известен, однако поскольку в ежеквартальном отчете ОАО «Тольяттиазот» за 4 квартал 2007 г. информация ою ООО «Контаз» как о дочернем или зависимом обществе отсутствует, следует предположить, что такая доля составляла менее 20%.

 

Единственным акционером АКБ «Тольяттихимбанк» с августа 2006 г. является Махлай С.В., председатель правления – Попов А.Е., председатель совета директоров – Махлай С.В., ранее Махлай В.Н. - показания свидетелей Попова А.Е., Денисова А.М.

 

 

Лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо

По пп.1 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

1) ООО «ГАТАРС» (доля 100%);

2) ООО «ТоАЗ-Краснодар» (доля 100%);

3) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

4) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

5) ООО «ТоАЗ-Ярославль» (доля 100%);

6) ООО «Порт-АМОТоАЗ» (доля 100%);

7) ООО «ШКДП» (доля 100%);

8) ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности» (доля 77,26%);

9) ООО «Тафко» (доля 69%);

10) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

11) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

12) ЗАО «ТоАЗ-Ком» (доля 51%);

13) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

 

По пп.3 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

По пп.4 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ООО «ТоАЗ-Диоксид»

 

По пп.14 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

Волостнова В.В. (Волостнова являлась генеральным директором ООО «Тафко», а, следовательно, входила в одну группу с ОАО «Тольяттиазот», поскольку ООО «Тафко» входило в группу лиц ОАО «Тольяттиазот» по п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции).

По п.1 ст. 9 Закона о защите конкуренции:

Ameropa Holding AG.

 

По п. 3 ст. 9 Закона о защите конкуренции Рупрехт-Ведемайер Б.

 

По пп.14 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции Ameropa AG, т.к. NITROCHEM DISTRIBUTION AG составляет группу лиц с Ameropa Holding AG, то есть NITROCHEM DISTRIBUTION AG и Ameropa AG входят в группу с одним и тем же лицом.

 

Как следует из приведенных данных в рассматриваемый период времени:

1.                  ОАО «Тольяттиазот» не имел долей участия в NITROCHEM DISTRIBUTION AG, а NITROCHEM DISTRIBUTION AG владел 4,4% акций ОАО «Тольяттиазот», что меньше установленного законом порога (20%) для признания таких лиц аффилированными, а сделок, совершаемых между ними, сделками с заинтересованностью.

2.                  Члены органов управления ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG не пересекались, то есть лица, входящие в состав органов управления ОАО «Тольяттиазот» не входили в состав органов управления NITROCHEM DISTRIBUTION AG и наоборот.

3.                  Аффилированными лицами ОАО «Тольяттиазот» являлись:

·         Члены совета директоров ОАО «Тольяттиазот»: Махлай Владимир Николаевич, Виноградов Алексей Сергеевич, Семенова Валентина Алексеевна, Макаров Александр Владимирович, Корнилов Валентин Михайлович, Мамигонов Владимир Григорьевич, Королев Евгений Анатольевич (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·         Единоличный исполнительный орган: управляющая компания - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (ЗАО Корпорация «ТоАЗ») - ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.;

·         Лица, в которых ОАО «Тольяттиазот» имел право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли - ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.)

·         Лица, входящие в группу лиц с ОАО «Тольяттиазот»: Волостнова В.В. (Волостнова являлась генеральным директором ООО «Тафко», а, следовательно, входила в одну группу с ОАО «Тольяттиазот», поскольку ООО «Тафко» входило в группу лиц ОАО «Тольяттиазот» по п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции).

4.                  Аффилированными лицами NITROCHEM DISTRIBUTION AG являлись:

·         лицо, которое имело право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции, либо, составляющие уставный или складочный капитал, вклад, доли: Ameropa Holding AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем NITROCHEM DISTRIBUTION AG (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·         лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит NITROCHEM DISTRIBUTION AG: Ameropa AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем Ameropa AG, а, следовательно, они составляют группу лиц (п.1 ст. 9 Закона о защите конкуренции), а NITROCHEM DISTRIBUTION AG составляет группу лиц с Ameropa Holding AG, то есть NITROCHEM DISTRIBUTION AG и Ameropa AG входят в группу с одним и тем же лицом (п.8 ст.9 Закона о защите конкуренции);

·         Циви Ф, поскольку он являлся председателем (президентом) совета директоров и Циви Э.Г. поскольку он являлся членом совета директоров NITROCHEM DISTRIBUTION AG (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·         Рупрехт-Ведемайер Б. поскольку он осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа NITROCHEM DISTRIBUTION AG (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.).

При этом компания Ameropa AG не образует группу лиц с ООО «Тафко», а ООО «Тафко» не образует группу лиц с ЗАО «Корпорация ТоАЗ», поскольку владеют менее 50% в их уставных капиталах, а, следовательно, Ameropa AG и, как следствие, NITROCHEM DISTRIBUTION AG не образуют группу лиц с ОАО «Тольяттиазот».

Таким образом, исходя из имеющейся в материалах дела информации, на момент совершения рассматриваемых сделок отсутствовали установленные российским законодательством основания аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, а совершенные ими сделки (контракт № 643/00206492/07121 от 10.12.2007 г., Контракт № 643/00206492/07122 от 20.12.2007 г (вместе с дополнительными соглашениями № 1 от 28.12.2007 г., № 2 от 31.01.2008 г., № 3 от 29.02.2008 г., № 4 от 31.03.2008 г., № 5 от 30.04.2008 г. № 6 от 30.05.2008 г., № 7 от 23.06.2008 г., № 8 от 25.07.2008 г., № 9 от 31.07.2008 г., № 10 от 27.08.2008 г., № 11 от 30.09.2008 г., № 12 от 31.10.2008 г.), Контракт № 643/00206492/08056 от 29.05.2008 г. (вместе с дополнением № 1 от 14.08.2008 г.) не имели признаков сделок, в совершении которых имеется заинтересованность.

 Опровержение обстоятельств, которые, по мнению стороны обвинения, свидетельствуют об аффилированности между сторонами рассматриваемых сделок.

Согласно имеющейся в материалах дела информации акционерами ОАО «Тольяттиазот» в рассматриваемый период времени могли являться (точные периоды владения акциями в материалах уголовного дела в большинстве случаев отсутствуют. В связи с этим можно делать лишь предположение о наличии данных акционеров на даты совершения рассматриваемых сделок.):

1) A.T.I. Ltd – 12,965% акций ОАО «Тольяттиазот».

с 25.11.2004 г. 12,965% акций ОАО «Тольяттиазот», ранее принадлежащих NITROCHEM DISTRIBUTION AG, были переведены на счет (по договору купли-продажи от 30.08.2004 г. № 1А) Эй.Ти.Ай Лимитед (A.T.I. Ltd, Гонконг) и переданы на хранение в депозитарий Райффайзенбанка. Директорами компании были Au Wai Kwan и LEEP ui Yee Anita.

Акционерами этой компании по состоянию на 2006 г. являлись Семпер Фиделис Номинис Лимитед, Сине Номинис Лимитед. Данных за иной период нет.

Данная компания была аффилирована с компанией Триумф Девелопмент Лимитед и Сан Пасифик Девелопмент Компани Лимитед, поскольку одни и те же лица являлись директорами этих компаний (Au Wai Kwan и LEEP ui Yee Anita) – п.4 ст. 9 Закона о защите конкуренции и возможно имели одних и тех же акционеров (сведения по акционерам Триумфа доступны только на 28.04.2004 г.) в рассматриваемый период времени.

При этом Триумф Девелопмент Лимитед и Сан Пасифик Девелопмент Компани Лимитед не владели акциями ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG в рассматриваемый период времени.

Согласно показаниям Ермизина А.В. бенефициарами A.T.I. Ltd являлись Циви А. и его сестра Циви Николь.

Согласно письму ОНЦБ Интерпола ГУ МВД России по Нижегородской области от 03.02.2014 с приложением ответа из НЦБ Интерпола Китая, по адресу, где находятся иностранные компании «Эй.Ти.Ай. Лимитед» и «Сан Пасифик Девелопмент Компани Лимитед» фактически расположена компания, оказывающая секретарские услуги и помогающая в регистрации компаниям. Компании «Эй.Ти.Ай. Лимитед» и «Сан Пасифик Девелопмент Компани Лимитед» не имеют бизнеса в Гонконге. Директорами указанных компаний являются Ау Вай Кван и Ли Пуй. Собственниками-бенефициарами компаний «Эй.Ти.Ай. Лимитед» и «Сан Пасифик Девелопмент Компани Лимитед» являются компании «Амеропа Холдинг АГ» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG соответственно.

В РФ интересы компании представляла Ляпунова, которая ведет переписку, управляет счетом депо и расчетным счетом и совершала платежные операции по оплате за хранение акций в депозитарий банка. Имеется письмо от Райффайзенбанк Ляпуновой о перечислении дивидендов на счет компании A.T.I. Ltd (предположительно от акций ОАО «Тольяттиазот»). Ляпунова подписывала платежки A.T.I. Ltd о перечислении денег за акции Махлаю В.Н. по договору № 1А от 30.08.2004 г. В банковской карточке A.T.I. Ltd у Ляпуновой право первой подписи.

Ляпунова также возглавляет представительства компаний NITROCHEM DISTRIBUTION AG, Амеропа АГ, Амеропа Холдинг, а также A.S.Industries (Cyprus) Ltd, на которой числится 0,6% акций ОАО «Тольяттиазот».

Ни одно из приведенных обвинением обстоятельств применительно к данной компании не свидетельствует об аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG и, как следствие, наличии признаков заинтересованности в совершении рассматриваемых сделок.

Бенефициарное владение, даже если таковое имело бы место быть, не может быть установлено на основании свидетельских показаний, писем органов правопорядка, наличием одного и того же представителя у нескольких лиц.

 2) Tech-Lord SA – 19,90% акций ОАО «Тольяттиазот».

С неопределенной даты до 30.01.2009 г. владела 19,99% акций ОАО «Тольяттиазот».

Единственным участником и директором является Claude Lelais, являющийся также директором TLP S.A. Tech-Lord Projects, которая до 2003 г. управлялась Ф. Циви.

Согласно показаниям Ермизина Циви Э.Г. и Рупрехт-Ведемайер Б. учредили и управляют Тех-Лорд.

При этом согласно показаниям Claude Lelais от 01.09.2015 г. компания всегда владела 19,90% акций ОАО «Тольяттиазот» и ее экономическим бенефициаром с 01.01.2008 по 31.12.2011 была сама компания, то есть Tech-Lord SA (т.341, л.д.195-200).

Факт учреждения и управления данной компанией Циви Э.Г. и Рупрехт-Ведемайер Б. не подтвержден документально, и, кроме того, опровергается показаниями другого свидетеля.

И если бы даже этот факт был подтвержден документально, данное обстоятельство так же не порождает аффилированности и применения режима сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, поскольку соответствующий критерий отсутствует в законодательстве.

3) Wickerton Limited - 1,5% акций ОАО «Тольяттиазот».

Дата начала владения акциями неизвестна. Владела данным пакетом до 30.01.2009 г.

Акционерами данной компании являлись Хилари Номиниз Лимитед, Кей-Би (Си-Ай) Номиниз Лимитед, Инвестек Трастиз Лимитед, Инвестек Номиниз Лимитед, Менно Джордан.

На 24.03.2004 г.: Бодин Шон Брайн – директор, Кляйс Саймон Йоханн – директор, Кэмбэлл Джиллиан Лорн – директор, Хайм Эй-Джей Войгт.

Как следует из показаний г-на James Walfenzao (л.д.26 т.336), на вопрос о том, кто является бенефициаром этой компании он отвечает, что это Андрей и Сергей Махлаи, а также, что они являлись бенефициарами в период с 01.01.2008 по 31.12.2011. На вопрос о том, известны ли ему А. Махлай, С. Махлай, В. Махлай, И. Махлай, Е. Королев, А. Циви, Б. Рупрехт, когда они присоединились к компании, г-н  Walfenzao отвечает, что они присоединились с момента основания, но никакой роли в компании не играли.

На л.д.242 т.335 имеется документ, из которого следует, что конечными собственниками Wickerton являются Андрей Махлай и Джордж Мак (он же Сергей Махлай).

Согласно письму Росфинмониторинга от 22.05.2014 № 03-02-03/10975- дсп (т.343. л.д.44-45), в соответствии со сведениями, полученными из подразделения финансовой разведки Британских Виргинских островов, конечными бенефициарами компании «Викертон Лимитед» являются Махлай С.В. (Джордж Мак) и Махлай А.В.

Согласно показаниям Ермизина Циви Э.Г. и Рупрехт-Ведемайер Б. учередили и управляют компанией Викертон Лтд. 

Бенефициарное владение, даже если таковое имело бы место быть, не может быть установлено на основании свидетельских показаний, писем финансовых органов.

И если бы даже этот факт был подтвержден должным образом, данное обстоятельство так же не порождает аффилированности и применения режима сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, поскольку соответствующий критерий отсутствует в законодательстве.

4) Silvergrove Resources Limited - 7,4% акций ОАО «Тольяттиазот».

Дата начала владения акциями неизвестна. Владела данным пакетом до 30.01.2009 г.

Акционерами данной компании с 01.08.2006 г. до 07.12.2009 г. являлись: Инвестек Трастис Лимитед - 50% и Инвестек номиниз Лимитед - 50%.

С 20.07.2006 г. по 07.12.2009 г. Симпсон Кристина – директор, Грэм Питер Муран – директор, Клайв Гийоу – директор.

В обвинительном заключении в отношении данной компании указано, что: «Ее номинальными директорами являлись Кристин Симпсон, Грэм Питер Муран, Клив Гийу, Дейл МакНатт, Джеймс Майкл Спитталь, Карл ван дер Уолл-Арнеман, зарегистрированными номинальными держателями акций - компании «Инвестек Трастиз (Джерси) Лимитед» и «Инвестек Номиниз (Джерси) Лимитед», в последующем Карл ван дер Уолл-Арнеман, а конечными владельцами компании – Махлай С.В. (Джордж Мак) и Махлай А.В.».

Как следует из показаний г-на James Walfenzao (л.д. 25 т. 336), на вопрос о том, кто является бенефициаром Silvergrove он отвечает, что это Андрей и Сергей Махлаи, а также, что они являлись бенефициарами в период с 01.01.2008 по 31.12.2011. На вопрос о том, известны ли ему А. Махлай, С. Махлай, В. Махлай, И. Махлай, Е. Королев, А. Циви, Б. Рупрехт, когда они присоединились к компании Silvergrove, г-н  Walfenzao отвечает, что они присоединились с момента основания, но никакой роли в компании не играли.

Согласно письму Росфинмониторинга от 22.05.2014 № 03-02-03/10975- дсп (т.343. л.д.44-45), в соответствии со сведениями, полученными из подразделения финансовой разведки Британских Виргинских островов, конечными бенефициарами компании «Силвергров Ресурсес Лимитед» являются Махлай С.В. (Джордж Мак) и Махлай А.В.

Из показаний Ермизина А.В. следует, что Циви Э.Г. и Рупрехт-Ведемайер Б. учредили и управляют компранией Силвергров Ресорсез Лтд. 

Бенефициарное владение, даже если таковое и имело бы место быть, не может быть установлено на основании свидетельских показаний, писем финансовых органов.

И если бы даже этот факт был бы подтвержден должным образом, данное обстоятельство так же не порождает аффилированности и применения режима сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, поскольку соответствующий критерий отсутствует в законодательстве.

5) Riverdelle Worldwide Limited - 13% акций ОАО «Тольяттиазот».

Дата начала владения акциями неизвестна. Владела данным пакетом до 30.01.2009 г.

Акционерами данной компании с 01.08.2006 г. до 07.12.2009 г. являлись: Инвестек Трастис Лимитед - 50%, Инвестек номиниз Лимитед - 50%.

с 20.07.2006 г. до 03.06.2008 г. Грэм Питер Муран – директор, с 20.07.2006 г. по 05.12.2008 г. Клайв Гийоу – директор, с 20.07.2006 г. по 07.12.2009 г. Симпсон Кристина – директор, Грэм Питер Муран – директор, Дейл Маккнат – директор.

Как следует из показаний г-на James Walfenzao (л.д. 22 т. 336), где он на вопрос о том, кто является бенефициаром Riverdelle отвечает, что это Андрей и Сергей Махлаи, а также, что они являлись бенефициарами в период с 01.01.2008 по 31.12.2011. На вопрос о том, известны ли ему А. Махлай, С. Махлай, В. Махлай, И. Махлай, Е. Королев, А. Циви, Б. Рупрехт, когда они присоединились к компании Riverdelle, г-н  Walfenzao отвечает, что они присоединились с момента основания, но никакой роли в компании не играли.

Согласно письму Росфинмониторинга от 22.05.2014 № 03-02-03/10975- дсп (т.343. л.д.44-45), в соответствии со сведениями, полученными из подразделения финансовой разведки Британских Виргинских островов, конечными бенефициарами компании «Ривердель Уорлдвайд Лимитед» являются Махлай С.В. (Джордж Мак) и Махлай А.В.

Как следует из показаний Ермизина Циви Э.Г. и Рупрехт-Ведемайер Б. учередили и управляют Риверделле Ворлдвайд. 

Бенефициарное владение, даже если таковое имело бы место быть, не может быть установлено на основании свидетельских показаний, писем финансовых органов.

И если бы даже этот факт был подтвержден должным образом, данное обстоятельство так же не порождает аффилированности и применения режима сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, поскольку соответствующий критерий отсутствует в законодательстве.

6) Sanita Global Ltd - 1,9% акций ОАО «Тольяттиазот».

Дата начала владения акциями неизвестна. Владела данным пакетом до 30.01.2009 г.

Акционерами данной компании с 01.08.2006 г. до 07.12.2009 г. являлись: Инвестек Трастис Лимитед - 50%, Инвестек номиниз Лимитед - 50%

С 01.08.2006 г. по 07.12.2009 г. Симпсон Кристина – директор, с 03.08.2006 г. по 18.03.2009 г., Роберт Энтони Клиффорд – директор.

Как следует из показаний г-на James Walfenzao (л.д. 23, 24 т. 336), на вопрос о том, кто является бенефициаром Sanita отвечает, что это Андрей и Сергей Махлаи, а также, что они являлись бенефициарами в период с 01.01.2008 по 31.12.2011. На вопрос о том, известны ли ему А. Махлай, С. Махлай, В. Махлай, И. Махлай, Е. Королев, А. Циви, Б. Рупрехт, когда они присоединились к компании Sanita, г-н  Walfenzao отвечает, что они присоединились с момента основания, но никакой роли в компании не играли.

Согласно письму Росфинмониторинга от 22.05.2014 № 03-02-03/10975- дсп (т.343. л.д.44-45), в соответствии со сведениями, полученными из подразделения финансовой разведки Британских Виргинских островов, конечными бенефициарами компании «Санита Глобал Лимитед» являются Махлай С.В. (Джордж Мак) и Махлай А.В.

Как следует из показаний Ермизина А.В., Циви Э.Г. и Рупрехт-Ведемайер Б. учредили и управляют Санита Глобал.

Бенефициарное владение, даже если таковое и имело бы место быть, не может быть установлено на основании свидетельских показаний, писем финансовых органов.

И если бы даже этот факт был подтвержден должным образом, данное обстоятельство так же не порождает аффилированности и применения режима сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, поскольку соответствующий критерий отсутствует в законодательстве.

7) A.S. Industries (Cyprus) Ltd - 5% акций ОАО «Тольяттиазот».

Акционерами данной компании на 06.11.2000 г. являлись: Лиа Коста – 99,99% акций, Катерина Колиандри – 0,01% акций, а на 13.11.2008 г. Тибериус Инвестмент Груп Лимитед – 100%.

С 18.12.2001 директором A.S. Industries являлся А. Циви (л.д. 110 т.338)

До 25.11.2003 директорами компании являлись одновременно Рупрехт Б., А. и Ф.Циви.

С 25.11.2003 г. директор компании - Катерина Колиандри

 Как следует из показаний Ермизина Циви Э.Г. и Рупрехт-Ведемайер Б. учредили и управляют А.С. Индастриз.

 Факт учреждения и управления компанией не может быть установлен на основании свидетельских показаний и должен быть подтвержден документально, однако, в материалах дела соответствующие доказательства отсутствуют.

 8) Thornton Ventures Ltd (UK) - 11,79% акций ОАО «Тольяттиазот».

Дата начала владения акциями неизвестна. Владела данным пакетом до 30.01.2009 г.

Акционером данной компании являлось Инвестек Трастиз Лимитед, единственным акционером которой является Magnum Investment Trading.

До 2009 г. директором Thornton Ventures являлась компания Three Rivers Management, а корп. секретарем компания Three Rivers Secretaries Limited, которые входят в Corpag. В дальнейшем директором компании стал A. Greenfield.

Согласно трастовой декларации (л.д.164-165,182 т.345, л.д. 247 т.336) бенефициарным владельцем Magnum Investment Trading является The Viewpoint 2000 Trust.

Как следует из документа (л.д.242 т. 336), настоящими собственниками Magnum являются Андрей Махлай и Джордж Мак (он же Сергей Махлай).

В обвинительном заключении указано, что директором компании «Торнтон Венчурс Лимитед» являлся Эндрю Гринфилд, а сотрудник АКБ «Тольяттихимбанк» Бураков Г.А, имел полномочия на представление интересов этой компании.

Как пояснил Ермизин А.В. бенефициаром компании «Торнтон Венчурс Лимитед» являлся Махлай С.В.

Согласно показаниям Ермизина Циви Э.Г. и Рупрехт-Ведемайер Б. учредили и управляют Торнтон Венчурес.

Бураков Г.А. (начальник казначейства Тольяттихимбанка) представлял интересы Thornton Ventures по доверенности с широкими полномочиями.

По мнению Ермизина, компания фактически являлась номинальным собственником, а ее деятельность осуществляется в интересах Амеропы АГ, Амеропы Холдинг АГ, владеющей Nitrochem Distribution, поскольку полномочия на представление ее интересов в корпоративных отношениях на основании долгосрочной доверенности были предоставлены Ляпуновой (руководителю представительств Амеропы АГ и Nitrochem Distribution), которая управляла всей их деятельностью и счетами.

Бенефициарное владение, даже если таковое и имело бы место быть, не может быть установлено на основании свидетельских показаний, наличием одного и того же представителя у нескольких лиц.

И если бы даже этот факт был подтвержден должным образом, данное обстоятельство так же не порождает аффилированности и применения режима сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, поскольку соответствующий критерий отсутствует в законодательстве.

9) Halnure LTD (ранее Halnure SA) – до 02.02.2009 г. 1,94% акций ОАО «Тольяттиазот».

Акционерами данной компании являются Импексо Риал Стейтс – 50%, Танус Инвестмент Груп СА – 50%.

С 18.10.2007 по 29.01.2008 г. президентом компании являлся Пиньеро Ферро Хулио Исмаэль.

Как следует из показаний Ермизина А.В. бенефициаром данной компании является Махлай С.В.

В обвинительном заключении (стр.149) указано, что свидетель Нестор Густаво Кардосо Гарсия показал, что он выполняет административные задачи в качестве номинального директора нескольких компаний и только подписывает оставленные для него документы. Бенефициарным владельцем компании «Халнуре Лтд.» является Махлай С.В. и для него в 2006 г. данной компанией были приобретены акции ОАО «Тольяттиазот» в количестве 1 820 928 штук. Косвенное указание на бенефициарное владение – приобретение акций ОАО «Тольяттиазот» в интересах Сергея Махлая (протокол совета директоров) есть на л.д.264, т.453.

Бенефициарное владение, даже если таковое и имело бы место быть, не может быть установлено на основании свидетельских показаний.

И если бы даже этот факт был подтвержден должным образом, данное обстоятельство так же не порождает аффилированности и применения режима сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, поскольку соответствующий критерий отсутствует в законодательстве.

10) ООО «Контаз» - до 28.11.2008 г. – 0,88% акций ОАО «Тольяттиазот».

Учредителями ООО «Контаз» при регистрации выступали ОАО «Тольяттиазот», ОАО «Азотреммаш», ООО «ТАФКО» и физические лица, в числе которых Семенова В.А – член совета директоров ОАО «Тольяттиазот» в рассматриваемые периоды.

11) ООО «Родничок» - до 28.11.2008 г. – 1,75% акций ОАО «Тольяттиазот»

Согласно показаниям Ермизина А.В., участником ООО «Родничок» с долей в 70% до 2010 г. являлась Семенова В.А – член совета директоров ОАО «Тольяттиазот» в рассматриваемые периоды, которая является аффилированной с Амеропой АГ в силу того, что являлась членом совета директоров ООО «Тафко».

Данный вывод является ошибочным, поскольку Семенова В.А. как член совета директоров Тафко являлась аффилированной с Тафко, но при этом не являлась аффилированным лицом Амеропы АГ, поскольку аффилированность с лицом, являющимся, в свою очередь, аффилированным лицом другого лица, не создавала априори аффилированности этого аффилированного лица с таким другим лицом. В российском праве применялась и применяется до настоящего времени концепция односторонней аффилированности, за исключением аффилированности по критерию принадлежности к группе лиц.  Это следует из самой формулировки ст. 4 Закона о защите конкуренции, где аффилированность устанавливается в односторонней направленности («Аффилированным лицом юридического лица явлется…», «Аффилированным лицом физического лица является…»). По российскому праву если А является аффилированным лицом Б, а Б является аффилированным лицом В, то А и В не являются  между собой аффилированными лицами, за исключением принадлежности А,Б и В к одной группе лиц. Такой вывод является общераспространенным и единственно верным. Аффилированность Семеновой с Амеропой АГ могла бы быть в случае, если бы они входили в одну группу лиц, но член совета директоров компании не входит в группу лиц этой компании. Кроме того, Амеропа АГ и Тафко не составляли группы лиц, поскольку Амеропа АГ владела долей в уставном капитале Тафко в размере 30%.

12) Todan Limited - 4,4% акций ОАО «Тольяттиазот».

Акции были приобретены у A.S. Industries (Cyprus) Ltd 29.12.2007 г.

Акционерами Тодан до 28.02.2008 г. являлась Хайден инновейшенс Лимитед - 100 %, а с 28.02.2008 г. Зебадия Холдингз Лимитед - 100%.

Акционером компании Хайден инновейшенс, в свою очередь, являлась компания Винтек секюритиз ЛТД, а бенефициаром на 14.04.2016 г. Макаров А.М. Функции исполнительного органа компании Хайден инновейшенс осуществлял Корпаг Менеджмент ЛТД.

Николь Хрисантоу была директором, а по состоянию на 06.11.2012 г. директором компании являлась Зебадия Холдингз Лимитед.

В материалах уголовного дела содержится документ (л.д. 76 т. 338), исходящий от компании Todan, согласно которому инструкции этой компании направлялись от Corpag, которая, по их мнению, выполняла поручения Александра Макарова – члена совета директоров ОАО «Тольяттиазот».

Согласно показаниям Ермизина с целью выполнения условий траста Investec Trust обратилась к другой международной компании – Corporate Agents NV (Corpag), о-в Кюросао, Нидерландские антильские о-ва, с разветвленной сетью офисов и имеет свою дочернюю компанию на БВО - Corporate Agents BVI (Ltd), которая выполняя функции секретаря компаний – акционеров ОАО «Тольяттиазот», учредила и управляет компаниями, которым были переданы акции, принадлежащие А. и Ф. Циви, в т.ч. Тодан.

Согласно показаниям Ермизина А.В. группа иностранных граждан (А.Циви, Б. Рупрехт) учредила и управляет данной компанией

Бенефициарное владение, даже если таковое и имело бы место быть, не может быть установлено на основании свидетельских показаний.

И если бы даже этот факт был подтвержден должным образом, данное обстоятельство так же не порождает аффилированности и применения режима сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, поскольку соответствующий критерий отсутствует в законодательстве.

По версии обвинения в рассматриваемый период времени:

·         17,36% акций ОАО «Тольяттиазот» (12,96% через компанию Эй.Ти.Ай Лимитед, а 4,4% через NITROCHEM DISTRIBUTION AG) контролируются семьей Циви.

·         36,69%, фактически контролируются Циви и Рупрехтом-Ведемайером (через Tech-Lord, А.С. Индастриз, Торнтон, Todan)

·         23,8% акций ОАО «Тольяттиазот» ((1,5% через Виккертон, 7,4% через компанию Сильвергрув, 13% через Ривердель, 1,9% через Санита) фактически контролируются либо Андреем и Сергеем Махлаем (по показаниям James Walfenzao и письму Росфинмониторинга от 22.05.2014 № 03-02-03/10975- дсп) либо Циви Э.Г. и Рупрехт-Ведемайер Б. (согласно показаниям Ермизина А.В.).

·         1,94% акций ОАО «Тольяттиазот» через компанию Халнуре контролируется Сергеем Махлаем.

На дату совершения сделок компании Инвестек Трастиз Лимитед, Инвестек  Номиниз Лимитед владели в равных долях компаниями – владельцами 14,9% и предположительно владели компанией – владельцем 7,4%, то есть в совокупности 22,3%, а Инвестек Трастиз Лимитед также владела компанией – владельцем 11,79% акций. Соответственно Инвестек Траст Лимитед косвенно владела более 20% акций ОАО «Тольяттиазот».

Акционером компании Инвестек Траст Лимитед по состоянию на 01.01.2013 г. является Инвестек Холдингс Лимитед (т.411, л.д. 164).

В отношении Инвестек Номиниз Лимитед никаких данных нет.

Из показаний Ермизина А.В. следует, что Андреас и Феликс Циви передали в трастовое владение компании Investec Trust свои активы (акции ОАО «Тольяттиазот»). Условия управления активами, переданными Андреасом и Феликсом Циви в трастовое владение компании Investec Trust регулируются трастовой декларацией. По мнению Ермизина, условия трастовой декларации содержат указания работникам Investec Trust по созданию разветвленной сети офшорных компаний-нерезидентов, формальных юридических собственников, которые формально являются акционерами ОАО «Тольяттиазот».

Однако ссылок на такую трастовую декларацию Ермизин не делает, так как ее нет в материалах уголовного дела, если таковая вообще существовала.

При этом компании, акционерами которых являлись Инвестек Номиниз и Инвестек Траст, не входили в одну группу лиц друг с другом, поскольку доля компаний Инвестек Номиниз и Инвестек Траст не превышала 50%, а была равна 50%.

Ермизин А.В. также полагает, что с целью выполнения условий траста Investec Trust обратилась к другой международной компании – Corporate Agents NV (Corpag), о-в Кюросао, Нидерландские антильские о-ва, с разветвленной сетью офисов и имеющей свою дочернюю компанию на БВО -  Corporate Agents BVI (Ltd), которая выполняя функции секретаря компаний – акционеров ОАО «Тольяттиазот» учредила и управляет компаниями, которым были переданы акции, принадлежащие А. и Ф. Циви: компаниями Wickerton Limited, Silvergrove Resources Limited, Riverdelle Worldwide Limited, Sanita Global Ltd, Borgat Investment Limited, Кипр, Todan Limited, A.S. Industries (Cyprus) Ltd, Tech-Lord SA, Thornton Ventures Ltd (UK).

Следует отметить, что компании Silvergrove Resources Limited (7,4%), Riverdelle Worldwide Limited (13%), Sanita Global Ltd (1,9%), в совокупности владеющие 22,3% акций ОАО «Тольяттиазот», были аффилированными между собой поскольку в рассматриваемый период времени имели одного директора - Симпсон Кристину, а, следовательно, входили в одну группу лиц, при условии, что данное лицо занимало во всех компаниях должность единоличного исполнительного органа (п.4 ст.9 Закона о защите конкуренции).

В материалах дела упоминаются также иные компании, бенефициарными собственниками которых указываются совместно или по отдельности Махлай В.Н., Махлай А.В., Махлай С.В., Циви Ф., Циви Э., Рупрехт, NITROCHEM DISTRIBUTION AG, Ameropa, например, Киззи Консалтинг Лимитед, Фарадот Консалтинг Лимитед, Сан Пасифик Девелопмент, Химрост Трейдинг АГ, Лейтон Девелопмент Лимитед, Томет, Тибериус Инвестмент Груп и ряд других.

Эти компании не владели акциями ОАО «Тольяттиазот» в рассматриваемый период времени, но в ряде случаев имели «пересечения» в составе органов управления. Так, в частности, в компании Химрост Трейдинг АГ по состоянию на 2006 г. Циви Ф. являлся председателем, а Рупрехт-Ведемайер Б. и Махлай А.В. членами совета директоров.

Однако точной информации относительно членов органов управления этих компаний на даты совершения рассматриваемых сделок, а также о размерах предположительно принадлежащих обвиняемым долей участия в материалах уголовного дела не содержится. В этой связи невозможно сделать сколько-нибудь достоверных выводов о наличии аффилированности между вышеуказанными лицами через участие или вхождение в состав органов управления таких компаний.

При этом согласно заключению швейцарского аудитора «Confiducia AG» от 09.01.2014 г. в период с 2008 по 2012 г. NITROCHEM DISTRIBUTION AG и Ameropa Holding AG не имело долей участия в компаниях Халнуре, Боргат, Тодан, АС Индастриз, Тех-Лорд, Тортон, Эй.Ти.Ай, Санита, Риверделле, Силвергрув, Викертон, Триумф - (том 341, л.д. 164-165, 166-167).

Все вышеперечисленные обстоятельства не имеют значения для установления наличия аффилированности и заинтересованности в совершении сделок по российскому законодательству по причине отсутствия в законодательстве соответствующих критериев. 


Анализ второй группы сделок

·         Дополнительное соглашение № 13 от 28.11.2008 г. к контракту № 643/00206492/07122 от 20.12.2007 г.,

·         Дополнение № 1 от 23.12.2008  к Контракту № 643/00206492/07121 от 10.12.2007 г.

·         Контракт № 643/00206492/08121 от 09.12.2008

·         Контракт № 643/00206492/08122 от 22.12.2008 (вместе  с дополнительным соглашением № 1 от 30.12.2008 г.).

 1. Опровержение наличия формальной аффилированности (по основаниям, установленным законодательством).

Данные сделки совершены от имени ОАО «Тольяттиазот» вице-президентом ЗАО «Корпорация Тольяттиазот» (исполнительным директором ОАО «Тольяттиазот») Виноградовым А.С., от имени NITROCHEM DISTRIBUTION AG президентом Рупрехтом Б.

В данном случае наличие признаков аффилированности и заинтересованности будет устанавливаться на даты совершения указанных сделок.

В рассматриваемый период состав лиц, которые являлись аффилированными лицами ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, не менялся. В связи с этим дополнительное соглашение № 13 от 28.11.2008 г. к контракту № 643/00206492/07122 от 20.12.2007 г., дополнение № 1 от 23.12.2008  к Контракту № 643/00206492/07121 от 10.12.2007 г., контракт № 643/00206492/08121 от 09.12.2008  г., контракт № 643/00206492/08122 от 22.12.2008 (вместе с дополнительным соглашением № 1 от 30.12.2008 г.), заключенные между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, на момент их заключения не имели признаков сделок, в совершении которых имеется заинтересованность.

 2. Опровержение обстоятельств, которые, по мнению стороны обвинения, свидетельствуют об аффилированности между сторонами рассматриваемых сделок.

По сравнению с рассмотренным нами предыдущим периодом времени произошли следующие изменения в составе предполагаемых акционеров ОАО «Тольяттиазот».

Компания «Borgat Investment Limited» (далее - Боргат) приобрела:

·         28.11.2008 г. у ООО «Родничок» 1705728 шт. акций, что составляло 1,75% акций ОАО «Тольяттиазот»;

·         01.12.2008 г. у ООО Контаз 861408 шт. акций, что составляло 0,88% акций ОАО «Тольяттиазот».

В совокупности Боргат стала владельцем 2,63% акций ОАО «Тольяттиазот», которыми владела до 30.01.2009 г.:

Таким образом ООО «Родничок» с 28.11.2008 г., а ООО «Контаз» с 01.12.2008 г. перестали быть акционерами ОАО «Тольяттиазот».

В соответствии с показаниями Ермизина А.В. директором, секретарем и 100% акционером Боргат является Chrysanthoy Nicol (Николь Хрисантоу), обсуживающая компания на Кипре Oxford Management Limited, которая, по мнению Ермизина А.В., аффилирована с Corpag и Investec Trust.

Согласно протоколу осмотра документов, изъятых в АКБ «Тольяттихимбанк» в ходе выемки 01.12.2014, установлено, что директором компании «Боргат Инвестментс Лимитед», зарегистрированной 15.03.2008 на территории Республики Кипр является Николь Хрисантоу.

В материалах дела имеется документ (л.д. 78 т. 338), исходящий от компании Borgat, согласно которому инструкции этой компании направлялись от Corpag, которая, по мнению Боргат, выполняла поручения Андрея и Сергея Махлая.

Согласно показаниям Ермизина А.В. группа иностранных граждан (А.Циви, Б. Рупрехт) учредила и управляет этой компанией, которой были переданы в управление акции, принадлежащие А. Циви.

По версии обвинения в рассматриваемый период времени:

·         17,36% акций ОАО «Тольяттиазот» (12,96% через компанию Эй.Ти.Ай Лимитед, а 4,4% через NITROCHEM DISTRIBUTION AG) контролируются семьей Циви;

·         36,69%, фактически контролируются Циви и Рупрехтом-Ведемайером (через Tech-Lord, А.С. Индастриз, Торнтон, Todan);

·         23,8% акций ОАО «Тольяттиазот» ((1,5% через Виккертон, 7,4% через компанию Сильвергрув, 13% через Ривердель, 1,9% через Санита) фактически контролируются либо Андреем и Сергеем Махлаем (по показаниям James Walfenzao и письму Росфинмониторинга от 22.05.2014 № 03-02-03/10975- дсп) либо Циви Э.Г. и Рупрехт-Ведемайер Б. (согласно показаниям Ермизина);

·         1,94% акций ОАО «Тольяттиазот» через компанию Халнуре контролируется Сергеем Махлаем;

·         2,63% акций ОАО «Тольяттиазот» через Боргат контролируется либо А.Циви (согласно показаниям Ермизина) либо Андреем и Сергеем Махлай (по мнению сотрудников компании Боргат, которые получал инструкции от Corpag, компания Corpag выполняла их поручения).

Приведенные обвинением обстоятельства, указанные выше, не могут быть учтены при установлении факта аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG по причине отсутствия соответствующих критериев в российском законодательстве, а кроме того, они не подтверждены надлежащими доказательствами.

Как следствие, изменения, произошедшие в данном периоде времени в составе предполагаемых акционеров ОАО «Тольяттиазот», не свидетельствуют об аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, а рассматриваемые сделки не отвечают признакам сделок, в совершении которых имелась заинтересованность. 


Анализ третьей группы сделок

·         Дополнительные соглашения № 2 от 29.01.2009 г., № 3 от 26.02.2009 г., № 4 от 23.03.2009 г., № 5 от 29.04.2009 г.,  № 6 от 28.05.2009 г., № 7 от 29.06.2009 г., № 8 от 15.07.2009 г., № 9 от 29.07.2009 г., № 10 от 28.08.2009 г., № 11 от 30.09.2009 г., № 12 от 30.10.2009 г., № 13 от 04.12.2009 г., № 14 от 24.12.2009 г., № 15 от 30.12.2009 г., № 16 от 25.01.2010 г., № 17 от 29.01.2010 г. к контракту № 643/00206492/08122 от 22.12.2008 г.

·         Контракт № 643/00206492/09049 от 24.04.2009 (вместе с дополнительными соглашениями № 1 от 12.05.2009 г., № 2 от 28.05.2009 г., № 3 от 29.06.2009 г., № 4 от 15.07.2009 г., № 5 от 29.07.2009 г., № 6 от 28.08.2009 г.).

·         Дополнительные соглашения № 2 от 29.12.2009 г., № 3 от 29.01.2010 г.

·         № 4 от 01.03.2010 г., № 5 от 31.03.2010 г., № 6 от 30.04.2010 г., № 7 от 01.06.2010 г., № 8 от 01.07.2010 г., № 9 от 30.07.2010  г. к Контракту № 643/00206492/08056 от 29.05.2008

·         Контракт № 643/00206492/09121 от 09.12.2009 (вместе с дополнительными соглашениями № 1 от 11.01.2010 г., № 2 от 29.01.2010 г., № 3 от 01.03.2010 г., № 4 от 31.03.2010 г., № 5 от 30.04.2010 г., № 6 от 01.06.2010 г., № 7 от 01.07.2010 г., № 8 от 30.07.2010 г., № 9 от 31.08.2010 г., № 10 от 30.09.2010 г., № 11 от 01.11.2010 г., № 12 от 01.12.2010 г., № 13 от 31.12.2010 г.

·         Контракт № 643/00206492/09122 от 22.12.2009 г. (вместе с дополнительными соглашениями № 1 от 01.03.2010 г., № 2 от 05.04.2010 г., № 3 от 30.04.2010 г.)

·         Контракт № 643/00206492/10032 от 01.03.2010 (вместе с дополнительным соглашением № 1 от 01.06.2010 г., № 2 от 01.07.2010 г., № 3 от 30.07.2010 г., № 4 от 31.08.2010 г., № 5 от 30.09.2010 г., № 6 от 01.11.2010 г., № 7 от 01.12.2010 г., № 8 от 14.12.2010 г., № 9 от 05.01.2011 г., № 10 от 01.02.2011 г., № 11 от 01.03.2011 г.)

·         Контракт № 643/00206492/10054 от 11.05.2010 г. (вместе с дополнительными соглашениями № 1 от 17.05.2010 г., № 2 от 01.06.2010 г., № 3 от 01.07.2010 г., № 4 от 30.07.2010 г., № 5 от 31.08.2010 г., № 6 от 30.09.2010 г.)

·         Контракт № 643/00206492/10088 от 17.08.2010 г. (вместе с дополнительным соглашением № 1 от 31.08.2010 г., № 2 от 30.09.2010 г., № 3 от 01.11.2010 г., № 4 от 01.12.2010 г., № 5 от 05.01.2011 г., № 6 от 01.02.2011 г., № 7 от 01.03.2011 г.)

·         Контракт № 643/00206492/10121 от 17.12.2010 г. (вместе с дополнительными соглашениями № 1 от 31.12.2010 г., № 2 от 01.02.2011 г., № 3 от 01.03.2011 г.) 

1. Опровержение наличия формальной аффилированности (по основаниям, установленным законодательством).

Данные сделки совершены от имени ОАО «Тольяттиазот» вице-президентом ЗАО «Корпорация Тольяттиазот» (исполнительным директором ОАО «Тольяттиазот») Виноградовым А.С., от имени NITROCHEM DISTRIBUTION AG президентом Рупрехтом Б., за исключением:

дополнительных соглашений № 13-17 к контракту № 643/00206492/08122 от 22.12.2008 г.; дополнительных соглашений № 2 -9 к контракту № 643/00206492/08056 от 29.05.2008 г.; контракта № 643/00206492/09121 от 09.12.2009 (вместе с дополнительными соглашениями № 1 -13), контракта № 643/00206492/09122 от 22.12.2009 г. (вместе с дополнительными соглашениями № 1 -3), контракта № 643/00206492/10032 от 01.03.2010 г. (вместе с дополнительными соглашениями № 1-11), контракта № 643/00206492/10054 от 11.05.2010 г. (вместе с дополнительными соглашениями № 1 -6), контракта № 643/00206492/10088 от 17.08.2010 г. (вместе с дополнительными соглашениями № 1 -7), контракта № 643/00206492/10121 от 17.12.2010 г. (вместе с дополнительными соглашениями № 1 -3), подписанных от имени ОАО «Тольяттиазот» исполнительным директором Королевым Е.А.

Наличие или отсутствие признаков аффилированности и заинтересованности будет устанавливаться на даты совершения соответствующих сделок.

Далее (в таблице № 5) мы приводим информацию об аффилированных лицах ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG на 2009 г., 1-3 квартал 2010 г.


ТАБЛИЦА № 5. СВЕДЕНИЯ О ЛИЦАХ, ЯВЛЯЮЩИХСЯ АФФИЛИРОВАННЫМИ ЛИЦАМИ ОАО «ТОЛЬЯТТИАЗОТ» И NITROCHEM DISTRIBUTION AG НА 2009 Г., 2010 Г.

 

Основание аффилированности

ФИО, наименование

ФИО, наименование

ОАО Тольяттиазот

 

Nitrochem Distribution AG

 

 

1 квартал

2 квартал

3 -4 квартал 2009 г.,  2010 г.

 

Члены совета директоров

Махлай Владимир Николаевич,

Виноградов Алексей Сергеевич,

Семенова Валентина Алексеевна,

Макаров Александр Владимирович,

Корнилов Валентин Михайлович,

Мамигонов Владимир Григорьевич,

Королев Евгений Анатольевич

Махлай Владимир Николаевич,

Виноградов Алексей Сергеевич,

Семенова Валентина Алексеевна,

Макаров Александр Владимирович,

Корнилов Валентин Михайлович,

Мамигонов Владимир Григорьевич,

Королев Евгений Анатольевич

Махлай Владимир Николаевич,

Виноградов Алексей Сергеевич,

Семенова Валентина Алексеевна,

Макаров Александр Владимирович,

Корнилов Валентин Михайлович, Мамигонов Владимир Григорьевич,

Королев Евгений Анатольевич.

 

С 29.05.2010 г. из совета директоров выбыл Виноградов Алексей Сергеевич, в совет директоров избран Корушев Сергей Иванович.

Согласно показаниям Ермизина, письму Интерпола, обвинительному заключению (стр. 65 абз.  6, стр. 166 абз. 3),  материалам уголовного дела (том 343 л.д. 62-64, заявление Циви - том 341 л.д. 144-149, анкета юр. лица для депозитария - том 17 л.д. 38-39, справка Интерпола - том 200 стр. 43-52, выписка из торг реестра - том 416 л.д. 1-4)  :

 

с 2006 г. по 2010 г. Циви Ф. является председателем (президентом) совета директоров;

 

Циви Э.Г. является членом совета директоров;

 

Единоличный исполнительный орган

Полномочия переданы управляющей компании - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (ЗАО Корпорация «ТоАЗ»)

Полномочия переданы управляющей компании - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (ЗАО Корпорация «ТоАЗ»)

Полномочия переданы управляющей компании - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (ЗАО Корпорация «ТоАЗ»)

Рупрехт-Ведемайер Б. в период с 1997 г. по 23.04.2009 - показания Ермизина, а также обвинительным заключением (стр. 4 абз. 5, с. 114 абз. 3),  материалами уголовного дела (том 288 л.д. 151-234, показаниями Рупрехта - том 289 л.д. 183-248)

Б. Рупрехт также член совета директоров Амеропа АГ

Коллегиальный исполнительный орган

Отсутствует

Отсутствует

Отсутствует

Циви Э.Г.

 

Лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

Согласно данным ежеквартального отчета отсутствуют.

 

 

Согласно данным ежеквартального отчета отсутствуют.

Согласно данным ежеквартального отчета отсутствуют.

Ameropa Holding AG

Юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица

 

1) ООО «ТоАЗ-Краснодар» (доля 100%);

2) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

3) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

4) ООО «ТоАЗ-Ярославль» (доля 100%);

5) ООО «Порт-АМОТоАЗ» (доля 100%);

6) ООО «ШКДП» (доля 100%);

7) ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности» (доля 77,26%);

8) ООО «Тафко» (доля 69%);

9) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

10) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

11)   ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (доля 40%);

12) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

13) ООО «ПОНТИКУС» (доля 25%).

 

 

 

1) ООО «ТоАЗ-Краснодар» (доля 100%);

2) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

3) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

4) ООО «ТоАЗ-Ярославль» (доля 100%);

5) ООО «Порт-АМОТоАЗ» (доля 100%);

6) ООО «ШКДП» (доля 100%);

7) ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности» (доля 77,26%);

8) ООО «Тафко» (доля 69%);

9) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

10) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

11) ОАО Агрофирма «Исаклинская» (42,86%);

12)   ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (доля 40%);

13) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

14) ООО «ПОНТИКУС» (доля 25%).

 

1) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

2) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

3) ООО «ТоАЗ-Ярославль» (доля 100%);

4) ООО «АмоКем» (доля 100%);

5) ООО «ШКДП» (доля 100%);

6) ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности» (доля 77,26%);

7) ООО «Тафко» (доля 69%);

8) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

9) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

10) ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (доля 40%);

11) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

12) ООО «ПОНТИКУС» (доля 25%)

У NITROCHEM DISTRIBUTION AG такие лица отсутствуют.

 

При этом Ameropa Holding AG владеет компанией Ameropa AG. (100%), которая, в свою очередь, владеет ООО «Тафко» (30%).

 

ООО «ТоАЗ-Диоксид»

 

Совет директоров отсутствует. Полномочия единоличного исполнительного органа переданы управляющей организации - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ»

 

Совет директоров отсутствует. Единоличный исполнительный орган Лягушов Сергей Анатольевич

 

ООО «ТоАЗ-Ярославль»

 

Совет директоров отсутствует. Единоличный исполнительный орган Слепой Борис Борисович

 

ООО «АмоКем»

 

Совет директоров отсутствует. Полномочия единоличного исполнительного органа переданы управляющей организации - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

ООО «ШКДП»

 

Совет директоров отсутствует. Полномочия единоличного исполнительного органа переданы управляющей организации - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности»

 

Совет директоров отсутствует. Полномочия единоличного исполнительного органа переданы управляющей организации - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

ООО «Тафко»:

 

Участники[1]:

ОАО «Тольяттиазот» (с долей 69%);

швейцарская компания Ameropa AG.  (с долей 30%);

Волостнова В.В. (с долей 1%).

 

Совет директоров отсутствует. Единоличный исполнительный орган Волостнова Виктория Викторовна.

 

ООО «Лада-Азот»

 

Совет директоров отсутствует. Единоличный исполнительный орган Петров Роман Дмитриевич

 

ОАО «Азотреммаш»

 

В состав совета директоров входили: Махлай Владимир Николаевич, Комин Анатолий Васильевич, Хайбулин Равиль Родикович, Юрлов Анатолий Григорьевич, Тихонова Валентина Михайловна, Ермизина Ольга Анатольевна, Афанасьев Сергей Васильевич.

 

Полномочия единоличного исполнительного органа переданы управляющей организации - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

 

ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

Махлай В.Н. - президент».

 

Совет директоров:

Махлай Владимир Николаевич

Виноградов Алексей Сергеевич

Семенова Валентина Алексеевна

Макаров Александр Владимирович

Акименко Раиса Николаевна

С 30.06.2010 г. в совет директоров вместо Виноградова А.С. был избран Королев Е.А.

 

Коллегиальный исполнительный орган:

Махлай Владимир Николаевич

Корушев Сергей Иванович

Наквасин Александр Иванович

Буданов Юрий Николаевич

 

Акционеры:

ООО «Тафко» -25%,

ООО «Контаз» – 25%,

АКБ Тольяттихимбанк – 10%,

ОАО «Тольяттиазот» – 40%.

 

Учредителями ООО «Контаз» при регистрации выступали ОАО «Тольяттиазот», ОАО «Азотреммаш», ООО «ТАФКО» и физические лица, в числе которых Семенова В.А.

Единственным акционером АКБ «Тольяттихимбанк» с августа 2006 г. является Махлай С.В., председатель правления – Попов А.Е., председатель совета директоров – Махлай С.В., ранее Махлай В.Н.

 

ООО «МАБЛ»

Совет директоров отсутствует. Единоличный исполнительный орган Романова Оксана Николаевна

 

ООО «ПОНТИКУС»

 

Совет директоров отсутствует. Единоличный исполнительный орган Иванов Андрей Владимирович

Лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо

 

По пп.1 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

1) ООО «ТоАЗ-Краснодар» (доля 100%);

2) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

3) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

4) ООО «ТоАЗ-Ярославль» (доля 100%);

5) ООО «Порт-АМОТоАЗ» (доля 100%);

6) ООО «ШКДП» (доля 100%);

7) ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности» (доля 77,26%);

8) ООО «Тафко» (доля 69%);

9) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

10) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

11) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

 

По пп.3 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

По пп.4 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ООО «ТоАЗ-Диоксид»

 

По пп.11 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ОАО «Тольяттиазот» и ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот», поскольку более 50% членов совета директоров указанных организаций составляют одни и те же лица.

 

По пп.14 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

Волостнова В.В. (Волостнова являлась генеральным директором ООО «Тафко», а, следовательно, входила в одну группу с ОАО «Тольяттиазот», поскольку ООО «Тафко» входило в группу лиц ОАО «Тольяттиазот» по п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции).

 

По пп.1 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

1) ООО «ТоАЗ-Краснодар» (доля 100%);

2) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

3) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

4) ООО «ТоАЗ-Ярославль» (доля 100%);

5) ООО «Порт-АМОТоАЗ» (доля 100%);

6) ООО «ШКДП» (доля 100%);

7) ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности» (доля 77,26%);

8) ООО «Тафко» (доля 69%);

9) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

10) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

11) ООО «МАБЛ» (доля 100%).

 

По пп.3 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

По пп.4 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ООО «ТоАЗ-Диоксид»

 

По пп.11 .1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ОАО «Тольяттиазот» и ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот», поскольку более 50% членов совета директоров указанных организаций составляют одни и те же лица.

 

 

По пп.14 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

Волостнова В.В. (Волостнова являлась генеральным директором ООО «Тафко», а, следовательно, входила в одну группу с ОАО «Тольяттиазот», поскольку ООО «Тафко» входило в группу лиц ОАО «Тольяттиазот» по п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции).

По пп.1 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

1) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

2) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

3) ООО «ТоАЗ-Ярославль» (доля 100%);

4) ООО «АмоКем» (доля 100%);

5) ООО «ШКДП» (доля 100%);

6) ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности» (доля 77,26%);

7) ООО «Тафко» (доля 69%);

8) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

9) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

10) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

 

По пп.3 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

По пп.4 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ООО «ТоАЗ-Диоксид»

ООО «АмоКем»

ООО «ШКДП»

ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности»

ОАО «Азотреммаш»

 

По пп.11 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ОАО «Тольяттиазот» и ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот», поскольку более 50% членов совета директоров указанных организаций составляют одни и те же лица.

 

 

По пп.14 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

Волостнова В.В., Лягушов С. А., Слепой Б.Б., Петров Р. Д., Романова О.Н., Иванов А.В. (указанные лица осуществляли полномочия единоличных исполнительных органов дочерних обществ ОАО «Тольяттиазот», а, следовательно, входили в одну группу с ОАО «Тольяттиазот», поскольку соответствующие дочерние общества входили в группу лиц ОАО «Тольяттиазот» по п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции).

 

По п.1 ст. 9 Закона о защите конкуренции:

Ameropa Holding AG.

 

По п. 3 ст. 9 Закона о защите конкуренции Рупрехт-Ведемайер Б.

 

По пп.14 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции Ameropa AG, т.к. NITROCHEM DISTRIBUTION AG составляет группу лиц с Ameropa Holding AG, то есть NITROCHEM DISTRIBUTION AG и Ameropa AG входят в группу с одним и тем же лицом



В соответствии с данными ежеквартального отчета ОАО «Тольяттиазот» за 1 квартал 2009 г. отношении аффилированных лиц ОАО «Тольяттиазот» по сравнению с перечнем аффилированных лиц за предыдущий период (указанным в таблице № 4) произошли следующие изменения.

Из перечня юридических лиц, в которых ОАО «Тольяттиазот» имел право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли выбыли следующие лица: ООО «ГАТАРС»; ЗАО «ТоАЗ-Ком»; АО «КРИОС»; ОАО «Агрофирма «Исаклинская».

В ЗАО «Корпорация Тольяттиазот» был образован коллегиальный орган управления – совет директоров, в состав которого вошли Махлай Владимир Николаевич, Виноградов Алексей Сергеевич, Семенова Валентина Алексеевна, Макаров Александр Владимирович, Акименко Раиса Николаевна.

В остальном перечень аффилированных лиц не изменился.

В соответствии с данными ежеквартального отчета ОАО «Тольяттиазот» за 2 квартал 2009 г. в отношении аффилированных лиц ОАО «Тольяттиазот»  по сравнению с 1 кварталом 2009 г. произошли следующие изменения: в перечень юридических лиц, в которых ОАО «Тольяттиазот» имел право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли добавилась ОАО «Агрофирма «Исаклинская».

В остальном перечень аффилированных лиц во 2 квартале по отношению к 1 кварталу 2009 г. не изменился.

В 3 квартале 2009 г. в управляющей организации ОАО «Тольяттиазот»  – ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» был образован коллегиальный исполнительный орган, в состав которого вошли Махлай Владимир Николаевич, Корушев Сергей Иванович, Наквасин Александр Иванович, Буданов Юрий Николаевич.

Из перечня юридических лиц, в которых ОАО «Тольяттиазот» имело право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли исключены ООО «ТоАЗ-Краснодар», ОАО Агрофирма «Исаклинская». В указанный перечень добавлено ООО «АмоКем».

В остальном перечень аффилированных лиц в 3-4 квартале по отношению ко 2 кварталу 2009 г. не изменился.

С 29.05.2010 г. из совета директоров ОАО «Тольяттиазот» выбыл Виноградов Алексей Сергеевич, в совет директоров избран Корушев Сергей Иванович.

Иных изменений до 15.03.2011 г. не было.

 Таким образом, в рассматриваемый период времени:

1.                 ОАО «Тольяттиазот» не имел долей участия в NITROCHEM DISTRIBUTION AG, а NITROCHEM DISTRIBUTION AG до 30.01.2009 г. владело 4,4% акций ОАО «Тольяттиазот», что меньше установленного законом порога (20%) для признания таких лиц аффилированными, а сделок, совершаемых между ними, сделками с заинтересованностью.

2.                 Члены органов управления ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG не пересекались, то есть лица, входящие в состав органов управления ОАО «Тольяттиазот» не входили в состав органов управления NITROCHEM DISTRIBUTION AG и наоборот.

3.                 Аффилированными лицами ОАО «Тольяттиазот» являлись:

·                   Члены совета директоров ОАО «Тольяттиазот»: Махлай Владимир Николаевич, Виноградов Алексей Сергеевич (с 29.05.2010 г. вместо Виноградова А.С. в совет директоров избран Корушев Сергей Иванович), Семенова Валентина Алексеевна, Макаров Александр Владимирович, Корнилов Валентин Михайлович, Мамигонов Владимир Григорьевич, Королев Евгений Анатольевич (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·                   Единоличный исполнительный орган: управляющая компания - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (ЗАО Корпорация «ТоАЗ») - ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.;

·                   лица, в которых ОАО «Тольяттиазот» имел право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли; (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·                   Лица, входящие в группу лиц с ОАО «Тольяттиазот»: данные приведены нами ранее (в таблице № 5).

4.                 Аффилированными лицами NITROCHEM DISTRIBUTION AG являлись:

·                   лицо, которое имело право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли: Ameropa Holding AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем NITROCHEM DISTRIBUTION AG (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·                   лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит NITROCHEM DISTRIBUTION AG: Ameropa AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем Ameropa AG, а, следовательно, они составляют группу лиц (п.1 ст. 9 Закона о защите конкуренции), а NITROCHEM DISTRIBUTION AG составляет группу лиц с Ameropa Holding AG, то есть NITROCHEM DISTRIBUTION AG и Ameropa AG входят в группу с одним и тем же лицом (п.8 ст.9 Закона о защите конкуренции);

·                   Циви Ф, поскольку он являлся председателем (президентом) совета директоров и Циви Э.Г. поскольку он являлся членом совета директоров NITROCHEM DISTRIBUTION AG (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·                   Рупрехт-Ведемайер Б. поскольку он осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа NITROCHEM DISTRIBUTION AG (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.).

Таким образом, исходя из имеющейся в материалах дела информации, на момент совершения рассматриваемых сделок отсутствовали установленные российским законодательством основания аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, а совершенные ими сделки (дополнительные соглашения № 2 от 29.01.2009 г., № 3 от 26.02.2009 г., № 4 от 23.03.2009 г., № 5 от 29.04.2009 г.,  № 6 от 28.05.2009 г., № 7 от 29.06.2009 г., № 8 от 15.07.2009 г., № 9 от 29.07.2009 г., № 10 от 28.08.2009 г., № 11 от 30.09.2009 г., № 12 от 30.10.2009 г., № 13 от 04.12.2009 г., № 14 от 24.12.2009 г., № 15 от 30.12.2009 г., № 16 от 25.01.2010 г., № 17 от 29.01.2010 г. к контракту № 643/00206492/08122 от 22.12.2008 г.; контракт № 643/00206492/09049 от 24.04.2009 (вместе с дополнительными соглашениями № 1 от 12.05.2009 г., № 2 от 28.05.2009 г., № 3 от 29.06.2009 г., № 4 от 15.07.2009 г., № 5 от 29.07.2009 г., № 6 от 28.08.2009 г.); дополнительные соглашения № 2 от 29.12.2009 г., № 3 от 29.01.2010 г.,  № 4 от 01.03.2010 г., № 5 от 31.03.2010 г., № 6 от 30.04.2010 г., № 7 от 01.06.2010 г., № 8 от 01.07.2010 г., № 9 от 30.07.2010  г. к Контракту № 643/00206492/08056 от 29.05.2008 г.; контракт № 643/00206492/09121 от 09.12.2009 (вместе с дополнительными соглашениями № 1 от 11.01.2010 г., № 2 от 29.01.2010 г., № 3 от 01.03.2010 г., № 4 от 31.03.2010 г., № 5 от 30.04.2010 г., № 6 от 01.06.2010 г., № 7 от 01.07.2010 г., № 8 от 30.07.2010 г., № 9 от 31.08.2010 г., № 10 от 30.09.2010 г., № 11 от 01.11.2010 г., № 12 от 01.12.2010 г., № 13 от 31.12.2010 г.; контракт № 643/00206492/09122 от 22.12.2009 г. (вместе с дополнительными соглашениями № 1 от 01.03.2010 г., № 2 от 05.04.2010 г., № 3 от 30.04.2010 г.); контракт № 643/00206492/10032 от 01.03.2010 (вместе с дополнительным соглашением № 1 от 01.06.2010 г., № 2 от 01.07.2010 г., № 3 от 30.07.2010 г., № 4 от 31.08.2010 г., № 5 от 30.09.2010 г., № 6 от 01.11.2010 г., № 7 от 01.12.2010 г., № 8 от 14.12.2010 г., № 9 от 05.01.2011 г., № 10 от 01.02.2011 г., № 11 от 01.03.2011 г.); контракт № 643/00206492/10054 от 11.05.2010 г. (вместе с дополнительными соглашениями № 1 от 17.05.2010 г., № 2 от 01.06.2010 г., № 3 от 01.07.2010 г., № 4 от 30.07.2010 г., № 5 от 31.08.2010 г., № 6 от 30.09.2010 г.); контракт № 643/00206492/10088 от 17.08.2010 г. (вместе с дополнительным соглашением № 1 от 31.08.2010 г., № 2 от 30.09.2010 г.,  3 от 01.11.2010 г., № 4 от 01.12.2010 г., № 5 от 05.01.2011 г., № 6 от 01.02.2011 г., № 7 от 01.03.2011 г.); контракт № 643/00206492/10121 от 17.12.2010 г. (вместе с дополнительными соглашениями № 1 от 31.12.2010 г., № 2 от 01.02.2011 г., № 3 от 01.03.2011 г.) не имели признаков сделки, в совершении которой имеется заинтересованность.

 Опровержение обстоятельств, которые, по мнению стороны обвинения, свидетельствуют об аффилированности между сторонами рассматриваемых сделок.

Из материалов уголовного дела (выписки по счету депо Инстантания Холдингз, Силвергров Ресорсез Лимитед, Нитрохем Дистрибьюшн АГ, Тодан Лимитед, Халнуре С.А., Трафальгар Девелопмент, Торнтон Венчурс, Магнум Инвестмент Трейдинг Корпорейшн, Камара Лтд., Байрики,Санита Глобал Лимитед,А.С. Индастриз (Сайпрус) Лимитед, Нитерой Лимитед, Риверделле Ворлдвайд Лимитед) за период с 29.01.2009 г. по 26.02.2015 г. (УД том 372 л.д. 60-80) следует, что:

1) на счет депо компании Instantania Holdings Ltd (Инстантания):

·                    30.01.2009 г. зачислены 7,4% акций ОАО «Тольяттиазот» от Silvergrove Resources Limited;

·                    30.01.2009 г. зачислены 4,4% акций ОАО «Тольяттиазот» от NITROCHEM DISTRIBUTION AG;

·                    30.01.2009 г. зачислены 4,4% акций ОАО «Тольяттиазот» от Todan;

·                    02.02.2009 зачислены 1,9% акций ОАО «Тольяттиазот» от Halnure S.A.

Соответственно на счете депо Инстантании учитывалось 18,1% акций ОАО «Тольяттиазот».

2) на счет депо компании Trafalgar Development Ltd (Трафальгар):

·                    30.01.2009 г. зачислены 1,50% акций ОАО «Тольяттиазот» от Wickerton Limited;

·                    30.01.2009 г. зачислены 2,63% акций ОАО «Тольяттиазот» от Borgat Investment Limited;

·                    30.01.2009 г. зачислены 11,79% акций ОАО «Тольяттиазот» от Thornton Ventures Ltd (UK).

Соответственно на счете депо Трафальгар учитывалось 15,92% акций ОАО «Тольяттиазот».

 3) 30.01.2009 г. на счет депо  Kamara Ltd (Камара) зачислены 19,9% акций ОАО «Тольяттиазот» от Tech-Lord SA;

4) на счет депо Bairiki Inc (Байрики):

·                    30.01.2009 г. зачислены 13% акций ОАО «Тольяттиазот» от Riverdelle;

·                    30.01.2009 г. зачислены 1,9% акций ОАО «Тольяттиазот» от Sanita.

Соответственно на счете депо Байрики учитывалось 14,9% акций ОАО «Тольяттиазот».

Всего на счетах депо вышеуказанных компаний – доверительных управляющих учитывалось 68,82% акций ОАО «Тольяттиазот».

При этом ни одна компания не владела более 20% акций ОАО «Тольяттиазот», то есть не могла быть признана с ОАО «Тольяттиазот» аффилированным лицом по соответствующему критерию и не имела права давать ОАО «Тольяттиазот» обязательные для исполнения указания.

Как указано в материалах уголовного дела, в частности, в протоколах допроса Ермизина, из документов, изъятых в депозитарии Тольяттихимбанк (анкет депонентов, поручений на зачисление, списание бумаг ОАО «Тольяттиазот») следует, что являвшиеся ранее акционерами ОАО «Тольяттиазот» компании-нерезиденты все акции ОАО «Тольяттиазот» передали в доверительное управление компаниям Трафальгар, Инстантания, Камара, Байрики, созданным и управляемым компанией Corpag, информацию о которой Ермизин получил с сайта в Интернете.

Директором компании Трафальгар с 13.02.2009 г. являлся James Walfenzao (Джеймс Вальфензао), директором Инстантании Catherine Wilma Walfenzao (Кэтрин Вальфензао - жена Джеймса Вальфензао), директором Камары с 13.02.2009 г. Wolfgang Out (Вольфганг От), директором Байрики до 2012 г. David te Boekhorst (Дэвид те Бэкфорст).

Поскольку компания Трафальгар и компания Инстантания возглавлялись аффилированными между собой лицами (мужем и женой), данные компании составляли между собой группу лиц в соответствии с пп.3 п.1, пп.14 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции.

Однако данное обстоятельство также не создавало аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG.

На листе 21 т. 336 имеется допрос г-на Джеймса Вальфензао, где он на вопрос о том, кто является бенефициаром Instantania отвечает, что это Андрей и Сергей Махлаи. На вопрос о том, известны ли ему А. Махлай, С. Махлай, В. Махлай, И. Махлай, Е. Королев, А. Циви, Б. Рупрехт, когда они присоединились к компании Instantania, г-н Вальфензао отвечает, что они присоединились с момента основания, но никакой роли в компании не играли.

Ермизин А.В. отмечает, что эти компании являются доверительными управляющими и имеют счета депо доверительных управляющих в Тольяттихимбанк. Как правило, в соответствии с договорами ДУ указанные компании вправе действовать только в интересах учредителя управления. Все директора компаний – доверительных управляющих одновременно занимают руководящие должности в группе компаний Corpag (в представительствах и дополнительных офисах).

Вышеуказанные документы и сведения, по мнению Ермизина А.В., подтверждают, что через сложную схему трастов и доверительного управления, номинального владения скрыт факт аффилированности А. Циви, Б. Рупрехта, Амеропы АГ, Амеропы Холдинг АГ, NITROCHEM DISTRIBUTION AG с ОАО «Тольяттиазот» через владение ими более 50% акций ОАО «Тольяттиазот», а, кроме того, Амеропа Холдинг АГ и NITROCHEM DISTRIBUTION AG являются аффилированными через своих должностных лиц (А.Циви, Ф. Циви, Б. Рупрехта).

Также, по мнению Ермизина, Instantania владеет акциями ОАО «Тольяттиазот» в интересах Амеропа АГ и Махлая С.В., то есть является их аффилированным лицом.

Согласно сведениям от подразделения финансовой разведки США, предоставленным Росфинмониторингом от 08.09.2016, Махлай С.В. (Джордж Мак) проживает в США и является гражданином данной страны. Махлай С.В. контролирует различные компании, получает крупные суммы денежных средств из России и размещает их в том числе на счете компании «Трафальгар Девелопментс Лтд.», зарегистрированной на Джеймса Вальфензао, являющегося также владельцем компании «Корпаг Сервисес». (Обвинительное заключение, с.163, том 343 л.д. 207-208).

При этом согласно заключению швейцарского аудитора от 09.01.2014 г. в период с 2008 по 2012 г. Нитрохем Дистрибьюшн не имело долей участия в компаниях: Трафальгар, Инстантани, Камара, Байрики, Халнуре, Боргат, Тодан, АС Индастриз, Тех-Лорд, Тортон, Эй.Ти.Ай, Санита, Риверделле, Силвергрув, Викертон, Триумф - (т. 341, л.д. 166-167).

Необходимо отметить, что факт владения акциями в чьих-либо интересах российским законодательством не признается критерием аффилированности.

Кроме того, необходимо учитывать, что передача акций в доверительное управление не влечет перехода права собственности на акции к доверительному управляющему. Такая концепция установлена как в российском праве (п.1 ст. 1012 ГК РФ, ст. 5 Закона о рынке ценных бумаг), так и в нормах международного права (например, ст.2 Конвенции о праве, применимом к доверительной собственности и ее последующем признании (Гаага, 1 июля 1985 г.). Договоры или иные документы, определяющие условия доверительного управления акциями ОАО «Тольяттиазот» четырьмя вышеупомянутыми компаниями, в материалах уголовного дела отсутствуют. В связи с этим невозможно установить объем правомочий доверительных управляющих по распоряжению голосами, приходящимися на переданные им акции, а также возможность давать ОАО «Тольяттиазот» обязательные для исполнения указания.

Таким образом, приведенные АО «ОХК «Уралхим» и государственным обвинителем обстоятельства, указанные выше, не могут быть учтены при установлении факта аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG.

Как следствие, изменения, произошедшие в данном периоде времени в составе предполагаемых акционеров ОАО «Тольяттиазот», не свидетельствуют об аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, а рассматриваемые сделки не отвечают признакам сделок, в совершении которых имелась заинтересованность. 


Анализ четвертой группы сделок

·         Дополнительные соглашения № 12 от 01.04.2011 г., № 13 от 29.04.2011 г.  к Контракту № 643/00206492/10032 от 01.03.2010 г.;

·         Дополнительные соглашения № 8 от 01.04.2011 г. № 9 от 29.04.2011 г. к Контракту № 643/00206492/10088 от 17.08.2010 г.;

·         Дополнительные соглашения № 4 от 01.04.2011 г., № 5 от 29.04.2011 г.

·         к Контракту № 643/00206492/10121 от 17.12.2010 г.

Данные сделки совершены от имени ОАО «Тольяттиазот» исполнительным директором ОАО «Тольяттиазот» Виноградовым А.С., от имени NITROCHEM DISTRIBUTION AG президентом Рупрехтом Б., за исключением дополнительных  соглашений № 13 от 29.04.2011 г.  к Контракту № 643/00206492/10032 от 01.03.2010 г., № 9 от 29.04.2011 г. к Контракту № 643/00206492/10088 от 17.08.2010 г., № 5 от 29.04.2011 г. к Контракту № 643/00206492/10121 от 17.12.2010 г. подписанных от имени ОАО «Тольяттиазот» врио генерального директора ОАО «Тольяттиазот» Крюковым О.А.

Далее мы приведем (в таблице № 6) информацию об аффилированных лицах ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG на 1 квартал 2011 г.



ТАБЛИЦА № 6. АФФИЛИРОВАННЫЕ ЛИЦА ОАО «ТОЛЬЯТТИАЗОТ» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG НА 2011 Г.

Основание аффилированности

ФИО, наименование

ФИО, наименование

ОАО Тольяттиазот

 

Nitrochem Distribution AG

 

 

1 квартал

2 квартал

3 – 4 квартал

 

Члены совета директоров

С 15.03.2011 г.

Махлай Сергей Владимирович,

Макаров Александр Владимирович,

Суслов Вячеслав Валерьевич,

Орджоникидзе Сергей Александрович,

Королев Евгений Анатольевич,

Корнилов Валентин Михайлович,

Мамигонов Владимир Григорьевич.

 

Махлай Сергей Владимирович,

Макаров Александр Владимирович,

Суслов Вячеслав Валерьевич,

Орджоникидзе Сергей Александрович,

Королев Евгений Анатольевич,

Корнилов Валентин Михайлович,

Мамигонов Владимир Григорьевич.

 

Махлай Сергей Владимирович,

Макаров Александр Владимирович,

Суслов Вячеслав Валерьевич,

Орджоникидзе Сергей Александрович,

Королев Евгений Анатольевич,

Корнилов Валентин Михайлович,

Мамигонов Владимир Григорьевич.

 

Согласно показаниям Ермизина, письму Интерпола, обвинительному заключению (стр. 65 абз.  6, стр. 166 абз. 3),  материалам уголовного дела (том 343 л.д. 62-64, заявление Циви - том 341 л.д. 144-149, анкета юр. лица для депозитария - том 17 л.д. 38-39, справка Интерпола - том 200 стр. 43-52, выписка из торг реестра - том 416 л.д. 1-4):

 

с 2006 г. по 2010 г. Циви Ф. является председателем (президентом) совета директоров;

 

Циви Э.Г. является членом совета директоров;

 

Единоличный исполнительный орган

Полномочия переданы управляющей компании - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (ЗАО Корпорация «ТоАЗ»)

С 05.04.2011 по 13.05.2011 Крюков О.А.

 

С 13.05.2011 г. полномочия осуществляет управляющая компания - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (ЗАО Корпорация «ТоАЗ»)

Полномочия переданы управляющей компании - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (ЗАО Корпорация «ТоАЗ»)

Рупрехт-Ведемайер Б. в период с 1997 г. по 23.04.2009 - показания Ермизина, а также обвинительным заключением (стр. 4 абз. 5, с. 114 абз. 3)

 

Б. Рупрехт также член совета директоров Амеропа АГ

Коллегиальный исполнительный орган

Отсутствует

Отсутствует

Отсутствует

Циви Э.Г.

 

Лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

Согласно данным ежеквартального отчета отсутствуют.

 

Согласно списку лиц, имеющих право на участие в собрании на 04.02.2011 и на 21.02.2011 г., подготовленным регистратором ВТБ:

 

Байрики 16,08%

Инстантания 18,74%

Камара 19,99%

Трафальгар 15,94%

Сбербанк 9,73%

СРВП ЕвроТОАЗ (Венгрия) 4,4%

ЭйТиАй Лимитед 12,96%

Тольяттихимбанк 70,76% - номинальный держатель акций Байрики, Инстантании, Камары и Трафальгара

Депозитарно-клиринговая компания 9,9% - номинальный держатель

Райффайзенбанк 12,96% - номинальный держатель акций ЭйТиАй Лимитед

 

 

Согласно данным ежеквартального отчета отсутствуют.

 

Согласно списку лиц, имеющих право на участие в собрании на 05.04.2011, подготовленным регистратором ВТБ:

 

Байрики 16,08%

Инстантания 18,74%

Камара 19,99%

Трафальгар 15,94%

Сбербанк 9,73%

СРВП ЕвроТОАЗ (Венгрия) 4,4%

ЭйТиАй Лимитед 12,96%

Тольяттихибанк 70,76%

Депозитарно-клиринговая компания 9,9%

Райффайзенбанк 12,96%

 

Согласно данным ежеквартального отчета отсутствуют.

 

Данных по акционерам за 3-4 квартал нет.

Ameropa Holding AG

Юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица

1) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

2) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

3) ООО «ТоАЗ-Ярославль» (доля 100%);

4) ООО «АмоКем» (доля 100%);

5) ООО «ШКДП» (доля 100%);

6) ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности» (доля 77,26%);

7) ООО «Тафко» (доля 69%);

8) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

9) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

10) ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (доля 40%);

11) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

12) ООО «ПОНТИКУС» (доля 25%)

1) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

2) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

3) ООО «АмоКем» (доля 100%);

4) ООО «ШКДП» (доля 100%);

5) ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности» (доля 39,88%);

6) ООО «Тафко» (доля 69%);

7) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

8) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

9) ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (доля 40%);

10) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

11) ООО «ПОНТИКУС» (доля 25%)

1) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

2) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

3) ООО «АмоКем» (доля 100%);

4) ООО «ШКДП» (доля 100%);

5) ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности» (доля 39,88%);

6) ООО «Тафко» (доля 69%);

7) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

8) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

9) ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (доля 40%);

10) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

11) ООО «ПОНТИКУС» (доля 25%)

 

В 4 квартале 2011 г. из перечня лиц выбыло ООО «Лада-Азот».

У NITROCHEM DISTRIBUTION AG такие лица отсутствуют.

 

При этом Ameropa Holding AG владеет компанией Ameropa AG. (100%), которая, в свою очередь, владеет ООО «Тафко» (30%).

 

ООО «ТоАЗ-Диоксид»

 

Совет директоров отсутствует. Полномочия единоличного исполнительного органа переданы управляющей организации - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ»

 

Совет директоров отсутствует. Единоличный исполнительный орган Лягушов Сергей Анатольевич

 

ООО «АмоКем»

 

Совет директоров отсутствует. Полномочия единоличного исполнительного органа переданы управляющей организации - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

ООО «ШКДП»

 

Совет директоров отсутствует. Полномочия единоличного исполнительного органа переданы управляющей организации - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности»

 

Совет директоров отсутствует. Полномочия единоличного исполнительного органа переданы управляющей организации - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

ООО «Тафко»:

 

Участники - Выписка из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «ТАФКО», предоставленная 20.03.2015 УФНС России по Самарской области - том 369 л.д. 2-9, том 370 л.д. 66-74, 75-83, 85-93, 94-294:

ОАО «Тольяттиазот» (с долей 69%);

швейцарская компания Ameropa AG.  (с долей 30%);

Волостнова В.В. (с долей 1%).

Совет директоров отсутствует. Единоличный исполнительный орган Волостнова Виктория Викторовна.

 

ООО «Лада-Азот»

 

Совет директоров отсутствует. Единоличный исполнительный орган Петров Роман Дмитриевич

 

ОАО «Азотреммаш»

 

В состав совета директоров входили: Махлай Владимир Николаевич, Комин Анатолий Васильевич, Хайбулин Равиль Родикович, Судникова Галина Евгеньевна, Тихонова Валентина Михайловна, Ярмизина Ольга Анатольевна, Головенко Александр Владимирович.

 

Во 2 квартале 2011 г. из состава совета директоров выбыл  Махлай Владимир Николаевич.

 

Полномочия единоличного исполнительного органа переданы управляющей организации - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

 

ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

Махлай В.Н. - президент».

 

Совет директоров:

Махлай Владимир Николаевич

Виноградов Алексей Сергеевич

Семенова Валентина Алексеевна

Макаров Александр Владимирович

Акименко Раиса Николаевна

 

Во 2 - 4 квартале 2011 г. состав совета директоров:

Махлай Сергей Владимирович

Макаров Александр Владимирович

Королев Евгений Анатольевич

Петрунин Александр Иванович

Иванов Андрей Владимирович

 

Коллегиальный исполнительный орган:

Махлай Владимир Николаевич

Корушев Сергей Иванович

Наквасин Александр Иванович

Буданов Юрий Николаевич

 

Во 2 - 4 квартале 2011 г. состав коллегиального исполнительного органа:

Махлай Владимир Николаевич

Корушев Сергей Иванович

Наквасин Александр Иванович

Морехов Денис Александрович

 

Акционеры:

ООО «Тафко» -25%,

ООО «Контаз» – 25%,

АКБ Тольяттихимбанк – 10%,

ОАО «Тольяттиазот» – 40%.

 

Учредителями ООО «Контаз» при регистрации выступали ОАО «Тольяттиазот», ОАО «Азотреммаш», ООО «ТАФКО» и физические лица, в числе которых Семенова В.А.

 

Единственным акционером АКБ «Тольяттихимбанк» с августа 2006 г. является Махлай С.В., председатель правления – Попов А.Е., председатель совета директоров – Махлай С.В., ранее Махлай В.Н.

 

ООО «МАБЛ»

Совет директоров отсутствует. Единоличный исполнительный орган Романова Оксана Николаевна

 

 

ООО «ПОНТИКУС»

 

Совет директоров отсутствует. Единоличный исполнительный орган Иванов Андрей Владимирович

Лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо

По пп.1 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

1) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

2) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

3) ООО «ТоАЗ-Ярославль» (доля 100%);

4) ООО «АмоКем» (доля 100%);

5) ООО «ШКДП» (доля 100%);

6) ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности» (доля 77,26%);

7) ООО «Тафко» (доля 69%);

8) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

9) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

10) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

 

По пп.3 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

По пп.4 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ООО «ТоАЗ-Диоксид»

ООО «АмоКем»

ООО «ШКДП»

ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности»

ОАО «Азотреммаш»

 

По пп.14 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

Волостнова В.В., Лягушов С. А., Слепой Б.Б., Петров Р. Д., Романова О.Н., Иванов А.В. (указанные лица осуществляли полномочия единоличных исполнительных органов дочерних обществ ОАО «Тольяттиазот», а, следовательно, входили в одну группу с ОАО «Тольяттиазот», поскольку соответствующие дочерние общества входили в группу лиц ОАО «Тольяттиазот» по п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции).

 

По пп.1 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

1) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

2) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

3) ООО «АмоКем» (доля 100%);

4) ООО «ШКДП» (доля 100%);

5) ООО «Тафко» (доля 69%);

6) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

7) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

8) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

 

По пп.3 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

Крюков О.А.

 

По пп.4 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ООО «ТоАЗ-Диоксид»

ООО «АмоКем»

ООО «ШКДП»

ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности»

ОАО «Азотреммаш»

 

По пп.14 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

Волостнова В.В., Лягушов С. А., Петров Р. Д., Романова О.Н., Иванов А.В. (указанные лица осуществляли полномочия единоличных исполнительных органов дочерних обществ ОАО «Тольяттиазот», а, следовательно, входили в одну группу с ОАО «Тольяттиазот», поскольку соответствующие дочерние общества входили в группу лиц ОАО «Тольяттиазот» по п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции).

 

По пп.1 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

1) ООО «ТоАЗ-Диоксид» (доля 100%);

2) ЗАО «ТоАЗ-ПРОФ» (доля 100%);

3) ООО «АмоКем» (доля 100%);

4) ООО «ШКДП» (доля 100%);

5) ООО «Тафко» (доля 69%);

6) ООО «Лада-Азот» (доля 51%);

7) ОАО «Азотреммаш» (доля 65,16%);

8) ООО «МАБЛ» (доля 100%);

 

По пп.3 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот»

 

По пп.4 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

ООО «ТоАЗ-Диоксид»

ООО «АмоКем»

ООО «ШКДП»

ОАО «Тольяттинский институт азотной промышленности»

ОАО «Азотреммаш»

 

По пп.14 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции:

 

Волостнова В.В., Лягушов С. А., Петров Р. Д., Романова О.Н., Иванов А.В. (указанные лица осуществляли полномочия единоличных исполнительных органов дочерних обществ ОАО «Тольяттиазот», а, следовательно, входили в одну группу с ОАО «Тольяттиазот», поскольку соответствующие дочерние общества входили в группу лиц ОАО «Тольяттиазот» по п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции).

 

По п.1 ст. 9 Закона о защите конкуренции:

Ameropa Holding AG.

 

По п. 3 ст. 9 Закона о защите конкуренции Рупрехт-Ведемайер Б.

 

По пп.14 п.1 ст.9 Закона о защите конкуренции Ameropa AG, т.к. NITROCHEM DISTRIBUTION AG составляет группу лиц с Ameropa Holding AG, то есть NITROCHEM DISTRIBUTION AG и Ameropa AG входят в группу с одним и тем же лицом

 

По сравнению с данными по аффилированным лицам ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG за предыдущий период, приведенными ранее (в таблице № 5), в составе аффилированных лиц произошли следующие изменения.

 Из совета директоров ОАО «Тольяттиазот» выбыл Махлай Владимир Николаевич, Семенова Валентина Алексеевна, Виноградов Алексей Сергеевич. В совет директоров 15.03.2011 г. были впервые избраны Махлай Сергей Владимирович, Суслов Вячеслав Валерьевич, Орджоникидзе Сергей Александрович.

 Согласно списку лиц, имеющих право на участие в собрании на 04.02.2011 и на 21.02.2011 г., подготовленным регистратором ВТБ, в список лиц были включены Байрики с 16,08%, Инстантания с 18,74%, Камара с 19,99%, Трафальгар с 15,94%, Сбербанк с 9,73%, СРВП ЕвроТОАЗ (Венгрия) с 4,4%, Эй Ти Ай Лимитед с 12,96%, Тольяттихибанк 70,76% (номинальный держатель Байрики, Инстантании, Камара, Трафальгар), депозитарно-клиринговая компания с 9,9% (номинальный держатель), Райффайзенбанк с 12,96% (номинальный держатель акций Эй Ти Ай Лимитед).

 Тольяттихимбанк был номинальным держателем 70% акций, переданных в доверительное управление иностранным компаниям, а Махлай С.В. единственным акционером банка.

Как правило, номинальные держатели не признаются аффилированными лицами компании, акции которой они учитывают, а также своих клиентов, права которых на ценные бумаги они учитывают, как номинальные держатели. Однако, в любом случае, даже если признать Тольяттихимбанк аффилированным лицом ОАО «Тольяттиазот», то данный факт не имеет значения для целей выявления заинтересованности в совершенных сделках, поскольку банк не владел акциями NITROCHEM DISTRIBUTION AG и не являлся аффилированным лицом NITROCHEM DISTRIBUTION AG по иным основаниям.

 Таким образом, в рассматриваемый период времени:

1)      ОАО «Тольяттиазот» не имел долей участия в NITROCHEM DISTRIBUTION AG, а NITROCHEM DISTRIBUTION AG не владел акциями ОАО «Тольяттиазот».

2)      Члены органов управления ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG не пересекались, то есть лица, входящие в состав органов управления ОАО «Тольяттиазот» не входили в состав органов управления NITROCHEM DISTRIBUTION AG и наоборот.

3)      Аффилированными лицами ОАО «Тольяттиазот» являлись:

·         Члены совета директоров ОАО «Тольяттиазот»: Махлай Сергей Владимирович, Макаров Александр Владимирович, Суслов Вячеслав Валерьевич, Орджоникидзе Сергей Александрович, Королев Евгений Анатольевич, Корнилов Валентин Михайлович, Мамигонов Владимир Григорьевич (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·         Единоличный исполнительный орган: управляющая компания - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (ЗАО Корпорация «ТоАЗ») - ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.;

·         лица, в которых ОАО «Тольяттиазот» имел право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли - ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.;

·         Лица, входящие в группу лиц с ОАО «Тольяттиазот»: ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.

4)      Аффилированными лицами NITROCHEM DISTRIBUTION AG являлись:

·         лицо, которое имело право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли: Ameropa Holding AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем NITROCHEM DISTRIBUTION AG (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·         лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит NITROCHEM DISTRIBUTION AG: Ameropa AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем Ameropa AG, а, следовательно, они составляют группу лиц (п.1 ст. 9 Закона о защите конкуренции), а NITROCHEM DISTRIBUTION AG составляет группу лиц с Ameropa Holding AG, то есть NITROCHEM DISTRIBUTION AG и Ameropa AG входят в группу с одним и тем же лицом (п.8 ст.9 Закона о защите конкуренции);

·         Циви Ф, поскольку он являлся председателем (президентом) совета директоров и Циви Э.Г. поскольку он являлся членом совета директоров NITROCHEM DISTRIBUTION AG (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·         Рупрехт-Ведемайер Б. поскольку он осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа NITROCHEM DISTRIBUTION AG (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.).

При этом компания Ameropa AG не образует группу лиц с ООО «Тафко», а ООО «Тафко» не образует группу лиц с ЗАО «Корпорация ТоАЗ», поскольку владеют менее 50% в их уставных капиталах, а, следовательно, Ameropa AG  и, как следствие, NITROCHEM DISTRIBUTION AG не образуют группу лиц с ОАО «Тольяттиазот».

Таким образом, исходя из имеющейся в материалах дела информации, на момент совершения рассматриваемых сделок отсутствовали установленные российским законодательством основания аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, а совершенные ими сделки (дополнительные соглашения № 12 от 01.04.2011 г., № 13 от 29.04.2011 г. к контракту № 643/00206492/10032 от 01.03.2010 г.; дополнительные соглашения № 8 от 01.04.2011 г. № 9 от 29.04.2011 г. к контракту № 643/00206492/10088 от 17.08.2010 г.; дополнительные соглашения № 4 от 01.04.2011 г., № 5 от 29.04.2011 г. к контракту № 643/00206492/10121 от 17.12.2010 г.) не имели признаков сделки, в совершении которой имеется заинтересованность. 


Анализ пятой группы сделок

·         Дополнительное соглашение № 14 от 31.05.2011 г.  к Контракту № 643/00206492/10032 от 01.03.2010 г.;

·         Дополнительное соглашение № 10 от 31.05.2011 г. к контракту № 643/00206492/10088 от 17.08.2010 г.;

·         Дополнительное соглашение № 6 от 31.05.2011 г. к контракту № 643/00206492/10121 от 17.12.2010 г.;

·         Дополнительные соглашения № 15 от 30.06.2011 г., № 16 от 29.07.2011 г., № 17 от 30.08.2011 г., № 18 от 30.09.2011 г.,  № 19 от 31.10.2011 г. к контракту № 643/00206492/10032 от 01.03.2010 г.

·         Дополнительные соглашения № 11 от 30.06.2011 г., № 12 от 30.08.2011 г., № 13 от 30.09.2011 г., № 14 от 31.10.2011 г. к контракту № 643/00206492/10088 от 17.08.2010 г.;

·         Дополнительные соглашения № 7 от 30.06.2011 г., № 8 от 29.07.2011 г., № 9 от 30.08.2011 г., № 10 от 30.09.2011 г., № 11 от 31.10.2011 г. к контракту № 643/00206492/10121 от 17.12.2010 г.

·         Дополнительное соглашение № 20 от 05.12.2011 г. к контракту № 643/00206492/10032 от 01.03.2010 г.;

·         Дополнительное соглашение № 15 от 05.12.2011 г. к контракту № 643/00206492/10088 от 17.08.2010 г.;

·         Дополнительное соглашение № 12 от 05.12.2011 г. к контракту № 643/00206492/10121 от 17.12.2010 г.

 

Данные сделки совершены от имени ОАО «Тольяттиазот» генеральным директором ЗАО Корпорация Тольяттиазот Королевым Е.А., от имени NITROCHEM DISTRIBUTION AG президентом Рупрехтом Б.

В данном случае наличие или отсутствие признаков аффилированности и заинтересованности будет устанавливаться на даты совершения соответствующих сделок.

Согласно списку лиц, имеющих право на участие в собрании на 05.04.2011 г., подготовленным регистратором ВТБ в список лиц были включены Байрики с 16,08%, Инстантания с 18,74%, Камара с 19,99%, Трафальгар с 15,94%, Сбербанк с 9,73%, СРВП ЕвроТОАЗ (Венгрия) с 4,4%, Эй Ти Ай Лимитед с12,96%, Тольяттихибанк 70,76% (номинальный держатель Байрики, Инстантании, Камара, Трафальгар), депозитарно-клиринговая компания с 9,9% (номинальный держатель), Райффайзенбанк с 12,96% (номинальный держатель акций Эй Ти Ай Лимитед).

С учетом изменений, произошедших в составе аффилированных лиц ОАО «Тольяттиазот» во 2 квартале 2011 г., в рассматриваемый период времени:

1)      ОАО «Тольяттиазот» не имело долей участия в NITROCHEM DISTRIBUTION AG, а NITROCHEM DISTRIBUTION AG не владело акциями ОАО «Тольяттиазот».

2)      Члены органов управления ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG не пересекались, то есть лица, входящие в состав органов управления ОАО «Тольяттиазот» не входили в состав органов управления NITROCHEM DISTRIBUTION AG и наоборот.

3)      Аффилированными лицами ОАО «Тольяттиазот» являлись:

·         Члены совета директоров ОАО «Тольяттиазот»: Махлай Сергей Владимирович, Макаров Александр Владимирович, Суслов Вячеслав Валерьевич, Орджоникидзе Сергей Александрович, Королев Евгений Анатольевич, Корнилов Валентин Михайлович, Мамигонов Владимир Григорьевич (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·         Единоличный исполнительный орган: управляющая компания - ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» (ЗАО Корпорация «ТоАЗ») - ст.4 Закона о конкуренции 1991 г., с 05.04.2011 по 13.05.2011 ВРИО генерального директора Крюков О.А. (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·         лица, в которых ОАО «Тольяттиазот» имел право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли - ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.;

·         Лица, входящие в группу лиц с ОАО «Тольяттиазот»: ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.

4)      Аффилированными лицами NITROCHEM DISTRIBUTION AG являлись:

·         лицо, которое имело право распоряжаться более чем 20% общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли: Ameropa Holding AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем NITROCHEM DISTRIBUTION AG (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·         лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит NITROCHEM DISTRIBUTION AG: Ameropa AG, поскольку Ameropa Holding AG является единственным учредителем Ameropa AG, а, следовательно, они составляют группу лиц (п.1 ст. 9 Закона о защите конкуренции), а NITROCHEM DISTRIBUTION AG составляет группу лиц с Ameropa Holding AG, то есть NITROCHEM DISTRIBUTION AG и Ameropa AG входят в группу с одним и тем же лицом (п.8 ст.9 Закона о защите конкуренции);

·         Циви Ф, поскольку он являлся председателем (президентом) совета директоров и Циви Э.Г. поскольку он являлся членом совета директоров NITROCHEM DISTRIBUTION AG (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.);

·         Рупрехт-Ведемайер Б. поскольку он осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа NITROCHEM DISTRIBUTION AG (ст.4 Закона о конкуренции 1991 г.).

Таким образом, исходя из имеющейся в материалах дела информации, на момент совершения рассматриваемых сделок отсутствовали установленные российским законодательством основания аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, а совершенные ими сделки (дополнительное соглашение № 14 от 31.05.2011 г.  к контракту № 643/00206492/10032 от 01.03.2010 г.; дополнительное соглашение № 10 от 31.05.2011 г. к контракту № 643/00206492/10088 от 17.08.2010 г.; дополнительное соглашение № 6 от 31.05.2011 г. к контракту № 643/00206492/10121 от 17.12.2010 г.; дополнительные соглашения № 15 от 30.06.2011 г., № 16 от 29.07.2011 г., № 17 от 30.08.2011 г., № 18 от 30.09.2011 г.,  № 19 от 31.10.2011 г. к контракту № 643/00206492/10032 от 01.03.2010 г.; дополнительные соглашения № 11 от 30.06.2011 г., № 12 от 30.08.2011 г., № 13 от 30.09.2011 г., № 14 от 31.10.2011 г. к контракту № 643/00206492/10088 от 17.08.2010 г.; дополнительные соглашения № 7 от 30.06.2011 г., № 8 от 29.07.2011 г., № 9 от 30.08.2011 г., № 10 от 30.09.2011 г., № 11 от 31.10.2011 г. к контракту № 643/00206492/10121 от 17.12.2010 г.; дополнительное соглашение № 20 от 05.12.2011 г. к контракту № 643/00206492/10032 от 01.03.2010 г.; дополнительное соглашение № 15 от 05.12.2011 г. к контракту № 643/00206492/10088 от 17.08.2010 г.; дополнительное соглашение № 12 от 05.12.2011 г. к контракту № 643/00206492/10121 от 17.12.2010 г.) не имели признаков сделки, в совершении которой имеется заинтересованность.

 Принимая во внимание приведенные ранее доводы утверждаем, что:

·         в соответствии с теми критериями, которые были установлены российским законодательством в периоды времени, соответствующие датам совершения рассматриваемых сделок, ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG не являлись аффилированными лицами, а совершаемые ими сделки не отвечали признакам сделок, в совершении которых имеется заинтересованность;

·         обстоятельства, которые по версии обвинения свидетельствуют об аффилированности и заинтересованности в совершении сделок (бенефициарное владение акциями через контроль иностранных компаний и другие), не подтверждены должным образом документально;

·         даже если предположить, что обстоятельства, которые по версии обвинения свидетельствуют об аффилированности и заинтересованности в совершении сделок, были бы подтверждены документально, этот факт не повлиял бы выводы, поскольку в любом случае такие обстоятельства не отвечают признакам аффилированности и заинтересованности по законодательству РФ.

 

Отсутствие безусловного основания для признания совершенной сделки сделкой с заинтересованностью и необходимости осуществления корпоративных процедур при наличии аффилированности в соответствии с законодательством, действовавшим в период с ноября 2007 года по март 2012 года

Поскольку государственным обвинителем и представителями АО «ОХК «Уралхим» довольно фривольно, в разрез с требованиями закона, определяются аффилированные лица ОАО «Тольяттиазот», NITROCHEM DISTRIBUTION AG и других компаний, а также сделки, в совершении которых имелась заинтересованность, то ООО «Томет» считает необходимым также пояснить следующее.

В инкриминируемый период не во всех случаях, установленных действовавшим в период с ноября 2007 года по март 2012 года законодательством, наличие аффилированности свидетельствовало о наличии сделки с заинтересованностью и требовало необходимости осуществления корпоративных процедур.

Лишь в случаях, непосредственно предусмотренных законодательством, действовавшим в указанный временной период, аффилированность между сторонами сделки, в совершении которой имелась заинтересованность, создавала правовые последствия в виде необходимости совершения корпоративных процедур – одобрения совершения сделки советом директоров или общим собранием акционеров.

Заинтересованность в совершении сделки, исходя из закона, возникала в случаях, если аффилированные лица члена органа управления (совета директоров, единоличного и коллегиального исполнительного органа) или акционера общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества, а также лица, имеющие право давать обществу обязательные для него указания, включая супругов, родителей, детей, полнородных и неполнородных братьев и сестер, усыновителей и усыновленных всех вышеперечисленных лиц и (или) их аффилированные лица:

·         являлись стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

·         владели (каждый в отдельности или в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

·         занимали должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица;

·         в иных случаях, определенных уставом общества.

Понятие аффилированности в российском законодательстве, по сути, является межотраслевым, но сферой его преимущественного применения является корпоративное право.

Реформа корпоративного законодательства, осуществленная принятием Федерального закона от 3 июля 2016 г. N 343-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью» в части регулирования крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», вступившим в силу с 1 января 2017 г., кардинально изменила подход к правовому регулированию экстраординарных сделок, включая крупные сделки и сделки в совершении которых имеется заинтересованность, а также использование категории «аффилированность» в корпоративном праве.

В частности, категория аффилированности была исключена из квалифицирующих признаков сделок, в совершении которых имеется заинтересованность.

С момента анализируемых правоотношений и до настоящего времени понятие и критерии аффилированности определены в статье 4 Закона о конкуренции 1991 г.

Применительно к сделкам, в совершении которых имеется заинтересованность, аффилированность выступала одним из квалифицирующих признаков таких сделок в случае, если между аффилированными лицами, участвующими в сделке (сторона, выгодоприобретатель, посредник, представитель) возникал конфликт интересов.

Конфликт интересов - это предполагаемое законом противоречие интересов одного и того же лица, являющееся следствием участия этого лица в нескольких правоотношениях, которое может повлиять на формирование его воли в ущерб правам и охраняемым законом интересам корпорации и ее участников.

Так, в силу ст.81 Закона об АО (в редакции, действовавшей до 01.01.2017 г.) сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, в том числе управляющей организации или управляющего, члена коллегиального исполнительного органа общества или акционера общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями главы ХI Закона об АО.

Таким образом, при совершении акционерным обществом сделок аффилированность акционера или члена органа управления обществом со стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке рассматривалась как квалифицирующий признак сделки – такая сделка признавалась сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность и требовала специального порядка ее совершения.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, это сделка с потенциальным конфликтом интересов. Законодатель устанавливает некую презумпцию конфликта интересов. Действительно, сделка считается сделкой с заинтересованностью, даже если стороны сделки, признаваемые заинтересованными лицами, не имели намерения причинить ущерб интересам других участников корпоративных отношений.

Суть конфликта интересов состоит не в самом факте нарушения корпоративного интереса в пользу индивидуального или группового, а в потенциальной возможности возникновения ситуации, когда может встать вопрос выбора между двумя противостоящими интересами лица, способного повлиять на принятие решения о совершении сделки на определенных условиях.

Кандидат юридических наук О. Сыродоева верно отмечает, что «противоречие интересов само по себе не является преступлением или правонарушением… В противоположность широкому пониманию иметь противоречие интересов – это не значит быть в этом «виноватым», это просто состояние дел».

Цель специального регулирования таких сделок заключалась в установлении дополнительного контроля со стороны общего собрания и совета директоров (но никак ни со стороны отдельного акционера общества) за деятельностью исполнительных органов, которые способны воспользоваться имеющимися у них полномочиями и в собственных интересах причинить ущерб обществу.

Совершение сделок с заинтересованностью не является противоправным. Конфликт интересов – явление, распространенное в современной хозяйственной жизни, характеризующейся значительной степенью интеграции и активности хозяйствующих субъектов и отдельных индивидов. Понятно, что законодатель не может устранить или предотвратить конфликт интересов, а способен только обеспечить правовые механизмы защиты «слабой стороны» и, соответственно, повышения эффективности совершаемой сделки, что он и делает, устанавливая особый правовой режим совершения сделок с заинтересованностью.

Таким образом, в соответствии с нормами права, действовавшими в период с ноября 2007 года по март 2012 года, наличие аффилированности автоматически не влекло за собой наличия сделки с заинтересованностью и, следовательно, необходимости совершения корпоративных процедур. Лица, заинтересованные в совершении сделки, должны были определяться для конкретной сделки и на конкретную дату, а совершение сделок с заинтересованностью не являлось противоправным. Эти же истины применимы и по состоянию на сегодняшний день.

 

Отсутствие аффилированности подсудимых и иностранных компаний к ОАО «Тольяттиазот» и к компании «Nitrochem Distribution AG»

Государственный обвинитель и АО «ОХК «Уралхим» также утверждают, что содержащиеся в приведенных судебных актах по налоговым делам помимо установленных фактов аффилированности между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, также содержатся факты аффилированности подсудимых и ряда перечисленных в данных судебных актах компаний к ОАО «Тольяттиазот» и к компании «Nitrochem Distribution AG», якобы имеющие преюдициальное значение для настоящего уголовного дела.

Приводимые государственным обвинителем и АО «ОХК «Уралхим» якобы установленные факты абсолютно не следуют из приведенных судебных актов.

Во-первых, аффилированность (либо ее отсутствие) между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG не является установленным фактом, а представляет собой правовую оценку обстоятельств дела, с нашей точки зрения, ошибочную и не основанную на применимых к данным правоотношениям нормах права.

Во-вторых, в рассматриваемых судебных дана лишь правовая оценка взаимозависимости, но не аффилированности.

Применение ст.90 УПК РФ имеет свои пределы, которые объясняются спецификой уголовного судопроизводства (цели, задачи, принципы, средства, формы и проч.).

В доктрине, включая источник, подкрепленный личным авторитетом председателя ВС РФ Лебедева В.М., выражена следующая позиция: «Применяя ст. 90 УПК, нельзя игнорировать и то обстоятельство, что принципы организации гражданского (арбитражного) и административного процесса существенно отличаются от принципов организации уголовного судопроизводства. Если базовый принцип первых - диспозитивность, то основа уголовного процесса - стремление к материальной истине. Поэтому нет ничего удивительного в том, что факт, установленный судом за пределами уголовного процесса, далеко не всегда равнозначен фактам, выявленным по уголовному делу. В первом случае он может всего лишь отражать позицию сторон по определенной проблеме, во втором - должен точно соответствовать реальности. Сказанное означает, что автоматическое появление знака равенства между решением арбитражного суда и приговором недопустимо… Без дополнительной проверки могут быть признаны только те обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением, которые не вызывают у правоприменителя сомнений… Органы предварительного расследования, суды общей юрисдикции имеют право на ревизию судебного решения, постановленного по правилам гражданского (арбитражного) судопроизводства» (Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Часть 2. Актуальные вопросы судебной практики, рекомендации судей Верховного Суда РФ по применению уголовно-процессуального законодательства на основе новейшей судебной практики: Практическое пособие / В.А. Давыдов, В.В. Дорошков, Н.А. Колоколов и др.; под ред. В.М. Лебедева. 7-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2016. С.100)

Эта ограниченность преюдиции отмечена Конституционным судом РФ в Постановлении от 21.12.2011 N 30-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан В.Д. Власенко и Е.А. Власенко": «введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения».

Как уже было указано ранее, понятия «аффилированные» и «взаимозависимые лица» имеют различное правовое содержание и используются в разных целях и различных сферах правового регулирования. Понятие взаимозависимых лиц имеет значение для налогового регулирования и закреплено в налоговом законодательстве РФ, понятие аффилированных лиц имеет значение прежде всего для банковского, корпоративного законодательства и регулируется гражданским законодательством.

В этой связи одним из обстоятельств, которым арбитражным судами давалась правовая оценка, являлась взаимозависимость ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG, но ни при каких обстоятельствах не их аффилированность.

Объектом исследования арбитражным судом по приведенным делам являлись акты налоговой проверки и вынесенные налоговой службой решения по результатам их проверки. А установление правильности и законности содержащихся в них выводов являлось предметом исследования судом различных инстанций. В свою очередь одним из обстоятельств, исследованных налоговой службой при проведении налоговых проверок, являлось установление наличия или отсутствия взаимозависимости, а не аффилированности ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG.

Подтверждением этого могут являются также и показания свидетелей Шуйкова Александра Владимировича - заместителя начальника отдела выездных проверок ИФНС России № 36 по городу Москве, а также Колган Светланы Александровны - начальника отдела выездных налоговых проверок Межрегиональной инспекции по крупнейшим налогоплательщикам № 3.

В судебном заседании 28.11.2018 г. свидетель Шуйков Александр Владимирович показал суду, что он в составе поверяющих проводил выездную налоговую проверку деятельности ОАО «Тольяттиазот» за 2009-2010 годы.

Свидетель пояснил, что в ходе данной выездной налоговой проверки аффилированность ОАО «Тольяттиазот» и «Нитрохем Дистрибьюшн АГ» не устанавливалась, а устанавливалась взаимозависимость, потому что взаимозависимость является одним из критериев проверки, а также потому, что налоговый орган апеллировал понятием «взаимозависимость», поэтому именно ее проверяющие и устанавливали.

В судебном заседании 28.11.2018 г. свидетель Колган Светлана Александровна показала, что она в составе проверяющих проводила выездную налоговую проверку деятельности ОАО «Тольяттиазот» за период с 1 января 2011 года по 31 декабря 2013 года.

Колган С.А. пояснила, что в ходе проводимой ею совместно с проверяющими выездной налоговой проверки они устанавливали факт взаимозависимости ОАО «Тольяттиазот» и «Нитрохем Дистрибьюшн АГ». Факт аффлированности они не устанавливали.

Таким образом, правовая оценка обстоятельств дела, сделанная арбитражным судом, не может иметь преюдициальное значение для суда, рассматривающего настоящее уголовное дело. То есть данная в рамках другого дела судом оценка взаимозависимости (но не аффилированности) между ОАО «Тольяттиазот» и NITROCHEM DISTRIBUTION AG не имеет преюдициального значения по настоящему делу. Другие же обстоятельства, приводимые АО «ОХК «Уралхим» об аффилированности подсудимых и ряда перечисленных в судебных актах компаний к ОАО «Тольяттиазот» и к компании «Nitrochem Distribution AG» не имеют преюдициального значения еще и в силу того, что установление наличия или отсутствия таких обстоятельств не входило в предмет доказывания по приведенным налоговым делам.

 

Заключение

Подводя итог нескольким дням нашего выступления в судебных прениях, хотим возвратиться к тем вопросам, которые мы поставили в самом начале. Напомним, что каждый из этих вопросов означает не праздное любопытство с нашей стороны или наше немотивированное несогласие с позицией гражданского истца. Каждый из этих вопросов соответствует целой группе существенных объективных недостатков заявленного иска. При наличии хотя бы одного из таких недостатков гражданский иск не отвечает требованиям процессуального закона о содержании искового заявления. Без полного устранения всех этих недостатков невозможно удовлетворения исковых требований посредством законного и обоснованного судебного акта. Без заполнения этих пустот, что в части аргументации, что в части доказательной базы, имеющие значение для дела факты не могут быть подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона.

Так вышло, что заполнять пустоты за истца, где это вообще оказалось возможным, пришлось гражданскому ответчику. И это вопреки распределению бремени доказывания в гражданско-правовом споре, каждая сторона обязана допустимыми доказательствами доказать все то, на что она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В данном гражданско-правовом споре суд не представляет государство и не защищает некие общественные блага. Его задача – не устанавливать истину, не проводить самостоятельное расследование, не действовать самостоятельно в поиске и обеспечении доказательств для выяснения чего-либо. Закон предписывает суду по гражданскому спору разрешить частный спор между организациями, основываясь только на том, что они сами представили его вниманию, насколько сами они были убедительны, насколько ответственно и уважительно к установленному порядку они выполнили свою работу по доказыванию своей правоты.

Проведя значительную работу по исследованию материалов дела, результатом которой стала эта речь в судебных прениях, мы пришли к абсолютной убежденности в том, что не находит никакого подтверждения на основании имеющихся в материалах дела доказательств ни обвинение по уголовному делу, ни исковое заявление АО «ОХК «УРАЛХИМ» о возмещении якобы причиненного ему вреда.

Почему мы так считаем, все присутствовавшие в судебных заседаниях услышали из нашего выступления.

 Итак, наши вопросы и единственно возможные на них ответы.

 Что означает формальность владения ООО «Томет» оборудованием, находящимся на его балансе? В чем выражается фактическая принадлежность этого оборудования подсудимым и каким именно из них?

Причем здесь ООО «Томет» и другие гражданские ответчики, не являющиеся обвиняемыми по данному уголовному делу? По каким установленным Гражданским кодексом РФ основаниям все гражданские ответчики несут материальную ответственность за действия обвиняемых по данному делу физических лиц, даже независимо от обоснованности предъявленных им обвинений?

Изучение гражданского иска и всех материалов дела оставляет эти вопросы без ответа. Невозможно ответить на вопрос, порожденный одним лишь голословным утверждением.

Что касается ответственности ООО «ТОМЕТ» за своих участников и участников своих участников – такой ответственности нет в силу прямых указаний закона, которые мы перечислили.

Что касается ответственности ООО «ТОМЕТ» за своих якобы контролирующих лиц, включая Циви – такой ответственности нет по всему спектру возможных причин. И в силу отсутствия указаний закона, и в силу неприменимости приведенных гражданским истцом положений закона что в части содержания, что в части действия во времени.

Имеются ли в такой ситуации основания для удовлетворения колоссального гражданского иска против ООО «Томет»? Не имеется никаких.

Какими были бы последствия удовлетворения такого незаконного и необоснованного гражданского иска для действующего промышленного предприятия ООО «Томет», сотен его настоящих и будущих сотрудников, программ инвестиций, строительства и расширения производства, ожидаемых налоговых выплат и социальных программ? Обычные при банкротстве крупного предприятия: отсутствие всего этого.

В каком размере, по мнению АО «ОХК «УРАЛХИМ», все же причинен предполагаемый ущерб ПАО «Тольяттиазот» - 84 981 476 397,34 ₽ или 78 067 810 553,08 ₽? Какая из этих величин составляет 100% предполагаемого ущерба ПАО «Тольяттиазот»: первая, вторая или обе сразу? Кому, по мнению АО «ОХК «УРАЛХИМ», причинен ущерб в размере 6 913 665 844,26 ₽: ПАО «Тольяттиазот», АО «ОХК «УРАЛХИМ» или обоим?

Почему не привлечены в качестве других потерпевших и гражданских истцов более 800 остальных акционеров ПАО «Тольяттиазот», и как бы при их участии определялась сумма ущерба, причиненная ПАО «Тольяттиазот»? Кому полагался бы причиненным ущерб в таком случае – ПАО «Тольяттиазот» или его акционерам?

Потому что в этом случае стало бы слишком очевидно своеобразие математики АО «ОХК «УРАЛХИМ». Когда сумма заявленного против воли потерпевшего ОАО «Тольяттиазот» якобы имевшего место для этой организации ущерба составляет почти 130% от фактической выручки от продажи продукции, затем порядка 10% этой суммы должно быть взыскано во второй раз - как ни из чего не проистекающая доля АО «ОХК «УРАЛХИМ» в этих 130% выручки, а затем часть этой суммы истребуется еще и в третий раз – как повторное взыскание уже выплаченных гражданскому истцу дивидендов на сотни рублей.

С одним АО «ОХК «УРАЛХИМ» и пренебрежимо малой долей Е.Я. Седыкина эти расчеты еще как-то можно спрятать, но если руководствоваться логикой и по единому принципу учесть аналогичные доли всех акционеров, то к взысканию было бы заявлено уже порядка 300% выручки ОАО «Тольяттиазот», и это не считая требования о повторной выплате дивидендов.

 Почему требования заявлены применительно к суммам выручки ПАО «Тольяттиазот» до применения налогов, уплата которых превращает ее в чистую прибыль? Почему при расчете требований не учтены удерживаемые при начислении и выплате дивидендов налоги?

А просто так больше получается – про 300% мы только что говорили. Можно назвать требования гражданского истца проще – «налогом на Уралхим», когда на единицу выручки предприятия необходимо такую же единицу отдавать гражданскому истцу. То есть всю выручку отдавать акционерам, и это не считая дважды причитающихся им дивидендов.

Вопрос об экономическом смысле деятельности предприятия при такой логике расчетов оставим открытым.

 Кому принадлежало право собственности на якобы похищенную продукцию ОАО «Тольяттиазот» на сумму 6 913 665 844,26 ₽: ОАО «Тольяттиазот», АО «ОХК «УРАЛХИМ» или обоим сразу? По какому правовому основанию?

Какую гражданско-правовую природу имеют требования АО «ОХК «УРАЛХИМ» о выплате в его пользу доли в гипотетической выручке ОАО «Тольяттиазот»? Кому принадлежит эта выручка, находится ли она в долевой или совместной собственности с АО «ОХК «УРАЛХИМ» и по каким основаниям из нее подлежит выделению доля данного общества?

Производимая продукция принадлежит ОАО «Тольяттиазот». Так было на протяжении всего рассматриваемого периода и вообще всего периода действия современного гражданского законодательства РФ.

Выручка от реализации производимой ОАО «Тольяттиазот» продукции принадлежит ОАО «Тольяттиазот». Никаких прав, включая долевую или даже совместную собственность, АО «ОХК «УРАЛХИМ» на имеет. Никаких законных оснований выделять из нее чьи-либо доли не имеется. Соответственно, гражданско-правовой природой этого требования может быть только ранее упомянутый «налог на Уралхим», но никак не предусмотренное нормой закона основание.

 Соответствует ли такая доля данному в законе определению дивидендов и регулируется ли она в силу этого нормами закона о дивидендах, при том, что самой специалистом Семеновой данная величина рассчитана вовсе не как дивиденды?

Такая доля не имеет ничего общего с дивидендами – единственной выплатой от общества по результатам года, на которую вправе претендовать его акционер, и то исключительно в случае принятия общим собранием акционеров этого общества решения что-либо выплачивать. Обязанности принимать такое решение у общества и общего собрания его акционеров тоже нет.

Никакого юридического значения произведенный специалистом Семеновой расчет не имеет. В законе не предусмотрено такой величины и операций с ее применением. Какая-либо ценность у результатов вычислений Семеновой отсутствует.

 Подлежат ли в соответствии с гражданским законодательством начислению на какие-либо заявленные АО «ОХК «УРАЛХИМ» к взысканию суммы проценты за пользование чужими денежными средствами?

Проценты могут быть начислены исключительно в случае удовлетворения судом гражданского иска, для чего никаких оснований не имеется, и только с даты его удовлетворения. Требования АО «ОХК «УРАЛХИМ» о взыскании таких процентов совершенно незаконны и необоснованы.

 Обладало ли АО «ОХК «УРАЛХИМ» декларируемым им количеством акций в течение всего периода с 12.11.2007 по 10.03.2012 или хотя бы по состоянию на те даты, которые могут являться значимыми для определения наличия у него права на заявление требований?

На протяжении значительной части рассматриваемого периода АО «ОХК «УРАЛХИМ» или вообще не обладал правами акционера ОАО «Тольяттиазот», или обладал таковыми в несоизмеримо меньшем размере, чем он заявляет. Это обстоятельство значимо для критической оценки довода гражданского истца о том, на протяжении какого периода ему причинялся вред.

 Какие нормы закона делают орудие преступления сопричинителем вреда, несущим солидарную ответственность наряду с лицом, совершившим преступление?

Таких норм нет. Сама эта идея полностью противоречит закону, да и крайне сомнительна даже с самых смелых позиций теории права.

 Свидетельствуют ли о заинтересованности в совершении сделок между ОАО «Тольяттиазот» и Nitrochem Distribution AG якобы следующие из материалов данного уголовного дела факты аффилированности между перечисленными АО «ОХК «УРАЛХИМ» российскими и иностранными юридическими лицами?

АО «ОХК «УРАЛХИМ» не доказало наличия заинтересованности в совершении сделок между ОАО «Тольяттиазот» и Nitrochem Distribution AG.

АО «ОХК «УРАЛХИМ» не доказало наличия аффилированности в понимании применимого законодательства РФ между теми лицами, наличие аффилированности между которыми формировало бы заинтересованность в совершении сделок.

Те факты, на которые ссылается АО «ОХК «УРАЛХИМ», не свидетельствуют о заинтересованности в совершении сделок между ОАО «Тольяттиазот» и Nitrochem Distribution AG.

Та интерпретация фактов, которую предлагает АО «ОХК «УРАЛХИМ», выглядит как преднамеренное представление реальной картины совершенно иным образом.

 Все ранее изложенное нами в полной мере применимо и к исковым требованиям гражданского истца Е.Я. Седыкина, исторически являющихся откровенной калькой с требований АО «ОХК «УРАЛХИМ».

Просим вынести оправдательный приговор в отношении всех подсудимых и отказать в удовлетворении гражданского иска в полном объеме.





Заявка на продукт

Заказать звонок

Есть вопросы? Свяжитесь с нами: